Чтение онлайн

"Мария Селеста".

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ТУМАН

1

Хотя Джордж Райан никогда раньше не был на борту корабля - если не считать лодочной прогулки на озере - он сразу понял, что ему что-то не нравится в "Маре Кордэй". Опытный моряк сказал бы, что с ней что-то не так. Но Джордж не был моряком. Не служил ни в военном, ни в торговом флоте. Только провел три года в армии, вдали от воды, простым рядовым в саперном батальоне. В непосредственной близости от океана он оказался лишь во время шестинедельного пребывания в Эдвардсе, штат Калифорния, где они перекладывали покрытие взлетно-посадочных полос. На выходные они с группой товарищей выезжали в Вентуру, позагорать, поплавать, и поразвлечься с женщинами. И все.

Поэтому на море он был впервые.

Деньги деньгами, но он решил, что это будет первый и последний раз.

Они отплыли в шесть утра, около двенадцати часов назад, и поначалу Джордж расхаживал по палубе как бывалый моряк. Он повсюду замечал зеленые лица своих коллег - все они почти сразу стали жертвами морской болезни. Никто из них, кроме Сакса, не был раньше в открытом море. Длинные волны и сильная качка в тот момент не особо влияли на Джорджа. И все же, ему было сложно ходить по спардеку, не шатаясь (к большому удовольствию членов экипажа, которые, казалось, были самим воплощением равновесия и контроля над собственным телом), а в остальном, все было в порядке. Все его прежние волнения и беспокойства оказались впустую.

В отличие от остальных, он чувствовал себя нормально. Как Сакс. Он докажет им, что он тоже крутой парень.

В Норфолке, вечером накануне отправления, Сакс предупредил всех, что с первого же дня у них будут проблемы.

– Поверьте мне, девочки. Море превратит вас в младенцев. Когда покинем сушу, вы, сосунки, будете плакать и звать маму, выблевывая собственные кишки.

Но Джордж решил, несмотря на свой страх перед морем, что справится с тошнотой. Лишит Сакса этого удовольствия. Он решил доказать горластому мачо, что тот заблуждается.

И он это сделал. О, да.

Во всяком случае, пока они не достигли так называемого "Кладбища Атлантики", что напротив мыса Хаттерас. Района бурных течений и частых штормовых ветров. Здесь теплое течение Гольфстрим, устремлявшееся на север, встречалось с холодными водами Арктики. Как масло и вода, смешивались они не очень хорошо. Море сразу же словно взбесилось. "Мара Кордэй" ответила тем, что у моряков называется "легкой качкой", но для желудка Джорджа это стало настоявшим испытанием. И, без лишних церемоний, его обед довольно скоро попросился наружу.

Тут его, конечно, скрутило по-настоящему.

У остальных к тому времени дела шли чуть лучше. Но Джордж лежал на своей койке и чувствовал, будто проглотил рой бабочек. Его мучила тошнота, прошибал пот, бил озноб... Голова кружилась так, что он не мог даже встать, чтобы отлить. К нему заглянул Сакс. Не упустил возможность. Грубое, загорелое лицо расплылось в ехидной ухмылке.

– Что, уже не так крут, а, Джордж?

– Да пошел... ты, - борясь с рвотными спазмами, выдавил Джордж.

Сакс был его боссом - формально, бригадиром - но ему, казалось, нравилось, когда с ним пререкались. Его это веселило. Поднимало настроение, как предположил Джордж, знавший, на какие кнопки давить, чтобы вывести человека из себя. Вот что за парень был Сакс.

Портер дал Джорджу кое-какие лекарства от его недуга. Через пару часов пришло небольшое облегчение.

Он смог хотя бы сидеть.

Чуть позднее, цепляясь за стены каюты как пьяный слепец, Джордж добрался до иллюминатора и посмотрел на море. Оно было относительно спокойным. И все же судно швыряло и качало, как вагончик на американских горках. Хотя, возможно, ему это только казалось.

– Боже, во что я влез?
– застонал он, откинувшись на койку.

Если б ему не так были нужны деньги и банк не выкручивал бы ему яйца, он никогда б не подписался на это.

Даже закрыв глаза и погружаясь в сон, он не мог избавиться от чувства, что что-то в "Маре Кордэй" ему все-таки не нравилось.

2

– Хорошо идем, - сказал Кушинг, вглядываясь над водой, которая казалась почти черной под серым мартовским небом.
– Полагаю, сейчас мы прямо над абиссальной равниной Хаттераса на краю Саргассова моря.

Фабрини вытер брызги воды с загорелого лица.

– Что, черт возьми, за абиссальная равнина, умник?

– Просто подводная равнина. Как на суше, только на глубине примерно 16000 футов, - объяснил Кушинг.

Фабрини попятился от перил фальшборта.

– Черт, - воскликнул он, видимо, испугавшись, что его засосет с палубы в бушующую черноту.

Кушинг усмехнулся.

– Да, я полагаю, Багамы и Куба сейчас от к юго-востоку от нас.

– Куба?
– переспросил Менхаус, прикуривая сигарету от окурка предыдущей.
– Будь я проклят.

Кушинг крепко вцепился в перила, даже крепче, чем остальные. Когда ему было двенадцать, его старший брат ради шутки столкнул его с моста в воду. Высота моста была футов двенадцать, не больше. Поэтому он не пострадал при падении. Выплыл на берег целый и невредимый. Но с тех пор любые перила заставляли его нервничать.

– Эй! Парни!
– рявкнул первый помощник капитана Гослинг, проходя мимо.
– Осторожней там, ради бога. Одна хорошая волна, и ваши задницы окажутся за бортом этой посудины.

Они проигнорировали его предупреждение, словно опытные мореходы. Они чувствовали, что прошли посвящение. Морская болезнь и все такое, и знали, что делали. Теперь они тертые калачи.

– Не беспокойся насчет нас, - рассмеялся Менхаус.

Он всегда смеялся.

– Да, не переживай, - сказал Фабрини.

– Ага, конечно, - проворчал Гослинг.
– А потом мне придется вылавливать ваши задницы, пока до них не добрались акулы.