Чтение онлайн

Но она безумно скучала – по нежным закатам и огненно-красным восходам, по суровой красоте пустыни, по теплому ароматному воздуху дворцовых садов. И, если честно, могла ли она не скучать по всем тем привилегиям, которыми она пользовалась в Харастане? Разве она не привыкла к прислуге, выполнявшей каждое ее желание? Ей стирали и гладили одежду, готовили и подавали обед…

Но больше всего Соррель скучала по Малику, по его красивому лицу, глубокому, низкому голосу. Ей не хватало сладостного чувства ожидания, что он в любой момент может появиться из-за поворота в окружении своих многочисленных советников, которые неизменно почти бежали за ним, не в силах шагать так же широко и упруго…

Но все это говорило лишь о том, как безнадежны ее фантазии. Попытавшись проанализировать их с Маликом отношения, Соррель поняла, что их, по сути, и не было. Она всего лишь несколько раз в день мельком видела Малика, с восторгом слушала его, когда он произносил речи, но разве это похоже на дружеские отношения? Скорее, Соррель вела себя как фанатка, испытывающая благоговение перед знаменитостью.

Я никогда не была равной ему.

До того, как стало известно, что Малик является законным наследником трона, у нее еще оставалась надежда – он мог полюбить ее тогда… Но не полюбил. Возможно, Малик всегда чувствовал, что его ждет необычная судьба. Соррель осталось только покориться и научиться жить без него – сперва в Харастане, затем здесь.

Конечно, для меня это большой стресс, но именно он необходим мне, чтобы начать жизнь заново, думала Соррель, выписывая чек для Джулиана.

Джулиан взял его, свернул и положил в задний карман джинсов.

– Итак, если вы ищете работу и знаете несколько языков, почему бы вам не обратиться в «Альтернативное туристическое агентство»? – спросил он и, поймав ее удивленный взгляд, пояснил: – Оно специализируется на нестандартных туристических маршрутах, но и обычный тур там тоже можно заказать. К ним часто обращаются клиенты, не говорящие по-английски. У агентства есть маленький офис на набережной.

– И им сейчас нужны сотрудники?

Джулиан усмехнулся.

– Им постоянно нужны сотрудники. Много они не платят, но атмосфера там довольно расслабляющая.

Джулиан оказался прав. Агентство находилось в паре минут ходьбы от дома, где находилась квартирка Соррель, между магазином одежды и баром. На подоконниках офиса медленно увядали цветы, по столам были разбросаны журналы с вырезанными рекламными объявлениями, из магнитофона в углу доносилась музыка.

Соррель задали несколько элементарных вопросов на французском языке, и она тут же получила работу. Проводить в офисе надо было только первую половину дня и каждую вторую субботу… Она быстро подружилась со своими коллегами – Джейн, только что окончившей университет и не знавшей, чем заниматься дальше, и очень привлекательным молодым человеком по имени Чарли. Он работал манекенщиком, но решил временно отдохнуть.

– Да ты всегда отдыхаешь, – захихикала Джейн.

Общение с людьми ее возраста в дружеской обстановке принесло Соррель много удовольствия.

Впервые с того момента, как ее самолет вылетел из аэропорта Харастана, она смогла расслабиться.

Работа оказалась такой легкой, что Соррель могла бы выполнять ее с закрытыми глазами. В свободное время она поливала растения и читала все, что только смогла найти о Брайтоне.

Когда Джейн и Чарли расспрашивали Соррель о ее прошлом, она отвечала: мол, работала на Ближнем Востоке, но захотела перемен. Говоря так, девушка не кривила душой. Она понемногу привыкала к работе, но никак не могла избавиться от нервного напряжения.

Еще несколько месяцев назад я запросто общалась с политическими лидерами, президентами, королями и королевами… Куда же подевались мои обычные спокойствие и невозмутимость?

Окажись рядом с ней мудрый опытный советчик, он объяснил бы Соррель: ее волнение связано не только с необходимостью обосноваться в практически чужой для нее стране, она к тому же вынуждена была стать совсем другой личностью, в буквальном смысле слова начать жизнь с чистого листа.

Но такого человека не нашлось.

Первым делом Соррель купила подходящую новую одежду и теперь чувствовала себя не в своей тарелке – так необычно для нее было отсутствие строгого дресс-кода, к которому она привыкла в Харастане.

Ей казалось, она почти раздета – хотя, конечно, это было не так, особенно по сравнению с другими девушками. Соррель купила пару длинных юбок из легкой ткани и джинсы, но они слишком низко сидели на бедрах, а ее новые футболки слишком сильно облегали грудь. Соррель не привыкла ходить в таком виде, и ей приходилось постоянно напоминать себе, что это Англия, не Харастан.

На самом деле одежда, которую носила Соррель, была очень скромной, особенно принимая во внимание стоявшую в Англии невыносимую жару. Несмотря на то, что они оставляли дверь широко открытой, офис был похож на раскаленную печку, и даже ночь не приносила облегчения. Соррель постоянно мечтала о прохладе комнат дворца, где постоянно работали кондиционеры.

– Тебе не жарко в этой одежде? – однажды утром спросила ее Джейн – Ты же не на Ближнем Востоке! В сарафане гораздо прохладней.

– Да, наверное, ты права, – вздохнув, сказала Соррель, с легкой завистью посмотрев на обнаженные ноги Джейн. – Но я такая бледная – не то что ты.

– А ты разве не загорала… ну, там, где жила раньше? – спросила Джейн.

– Там такое не одобрялось.

– Вообще-то, мой загар не настоящий, – призналась Джейн и, увидев бледную кожу Соррель, счастливо рассмеялась. Потирая руки, она сказала с энтузиазмом: – Всегда хотела попробовать преобразить кого-нибудь, как в телешоу!

Соррель никогда не забудет этот день – сперва они отправились в салон красоты, где на все ее тело нанесли автозагар. Когда девушка увидела, что ее кожа как будто покрылась грязными пятнами, она даже вскрикнула от испуга, но ее заверили – цвет выровняется. Затем ее ногти на руках и ногах накрасили переливающимся розовым лаком.

– Ты никогда не делала педикюр? – удивленно воскликнула Джейн.

– Никогда, – подтвердила девушка, пытаясь представить себе, что бы сказал Малик, увидев ее. Соррель отогнала сомнения – теперь она европейская женщина и может делать все, что пожелает, – никто ее больше не контролирует и не опекает. Малик вычеркнул ее из своей жизни – как еще объяснить тот факт, что он не отвечает на ее письма и звонки?..

На глаза Соррель навернулись слезы, и она поморгала, чтобы прогнать их. Она бы хотела, чтобы ей не было так плохо и больно, ведь в реальности между ней и Маликом ничего не происходило. Она все напридумывала. Не было никаких знаков внимания с его стороны, и уж тем более он никогда не целовал и даже не дотрагивался до нее… К горлу подступил комок. Действительно, если не считать того раза, когда она еще ребенком училась ездить верхом и он подсадил ее на лошадь, Малик никогда не дотрагивался до нее.