Чтение онлайн

Какое-то время Малик и Соррель молча смотрели друг на друга. Девушка поймала себя на мысли, что шейх выглядит как-то необычно, но не смогла понять, почему ей так показалось. Взгляд его черных глаз был холодным и жестким, и это напугало Соррель. Она вдруг поняла, что выглядит просто ужасно.

– Как это понимать? – отрывисто спросил шейх.

– Малик… – она хотела объясниться, но он взмахом руки заставил ее замолчать.

Увидев, что происходит за ее спиной, Малик содрогнулся.

– Что ты здесь устроила? – с отвращением проговорил он.

Не дожидаясь ответа, шейх обернулся к своим телохранителям и что-то отрывисто произнес. Телохранители прошли в квартиру. Соррель видела, как один из них подошел к радио и выключил его. Музыка стихла, все замерли, с недоумением глядя на смуглых темноволосых мужчин.

– Что за черт… – Скотт нетвердой походкой направился к Соррель, и она с трудом подавила желание предупредить его, чтобы он не приближался к ней и Малику.

Девушка видела, с каким омерзением Малик взглянул на Скотта. Шагнув в холл, шейх резко приказал ей:

– Вышвырни его отсюда.

Она знала: спорить с ним бесполезно и надеялась, что Скотт и остальные тоже это поймут.

– Быстро! – выкрикнул Малик.

Скотт прошмыгнул мимо них в открытую дверь.

– Не могли бы вы все уйти… пожалуйста, – торопливо сказала Соррель.

Ей не пришлось повторять дважды – ее гости тут же собрали свои вещи, разбросанные по всей комнате, и торопливо покинули квартиру.

– Ты пила? – прошипел Малик.

– Два или три бокала, и все.

– И все? – ему с трудом удавалось контролировать себя. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, чтобы не схватить ее и…

Он отдал еще один приказ телохранителям. Как во сне Соррель видела, что они вышли из холла. В квартире остались только она и Малик.

– Закрой дверь, – мягко сказал он.

– Малик…

– Я сказал, закрой дверь.

Ей пришлось подчиниться, внезапно она снова почувствовала себя шестнадцатилетней девчонкой.

Но взглянув в черные глаза Малика, Соррель осознала, что сегодня он смотрит на нее совсем иначе – не так, как тогда, когда ей было шестнадцать. В его взгляде она читала ярость и еще что-то, незнакомое ей. Соррель надеялась, что, выпустив пар, Малик сменит гнев на милость, однако шейх не торопился ее прощать. Его лицо превратилось в неподвижную маску, и Соррель вдруг поняла, что ее так удивило, когда она увидела Малика на пороге своей квартиры.

Он был в костюме!

Ее глаза расширились от изумления. Во дворце он всегда носил национальную одежду, и она привыкла видеть его в широких шелковых халатах. Сейчас ей было странно смотреть на него, одетого в европейский костюм светло-серого цвета. Мягкие брюки обтягивали его крепкие бедра, пиджак облегал широкие плечи и мускулистый торс, а в расстегнутом вороте рубашки Соррель заметила темные волосы на его груди. Девушка смутилась. Она никогда не видела Малика таким. Харастанская одежда скрывала фигуру, а европейская, наоборот, подчеркивала ее.

– Ты выглядишь по-другому, – неожиданно мягко произнес он.

Только теперь Соррель поняла, что шейх, возможно, тоже поражен увиденным.

Неужели он собирается сделать мне комплимент?

Малик медленно оглядел ее с головы до ног. Раньше он никогда так не делал. На Соррель было короткое шелковое платье, и под тонкой тканью он видел колыхание ее груди. Ее пышные волосы цвета белого золота шелковистым водопадом спадали по ее плечам. Но это была не та Соррель, которую он знал, – его поразила не только ее одежда, но и косметика, так изменившая ее лицо.

Да, накрашенные тушью ресницы подчеркивали ее голубые глаза, делая их неотразимыми, а помада сделала губы еще соблазнительнее. Но куда же делась ее невинная красота?

Малик почувствовал, как заколотилось его сердце, когда он приблизился к ней. С яростью и отчаянием он спросил:

– Итак, ты достигла своей цели, Соррель?

Что за игру он затеял?

Соррель была готова на все, чтобы с его лица пропало это злое жесткое выражение.

– Какой цели? – переспросила она. Его сердце забилось еще сильней.

– Ты специально оделась как проститутка, чтобы потерять девственность с первым попавшимся мужчиной?

Потерять девственность?

У Соррель закружилась голова, но на этот раз вино было ни при чем. Она никак не могла поверить услышанному. Неужели Малик мог так о ней подумать? Он смотрел на Соррель с таким презрением, что ей захотелось умереть. Чтобы не расплакаться, она сильно закусила губу. Какое право он имеет обвинять и критиковать ее? Хорошо, пусть он был ее опекуном и очень хорошо справлялся с этой ролью в течение многих лет. Но она выросла! Соррель не собиралась позволять Малику оскорблять ее только за то, что она вела себя так, как и другие девушки ее возраста.

– Я одета не как проститутка! – воскликнула она.

– Правда? – Усилием воли сдерживая свой гнев, шейх высокомерно посмотрел на нее. – Ты так и не ответила на мой вопрос!

– Я и не собираюсь тебе отвечать!

Малик резко втянул в себя воздух. Было ли это признанием ее вины? Но он не мог заставить ее отвечать ему – тем более когда она стояла перед ним в этом…

– Переоденься, Соррель.

– Извини?

– Нет, Соррель, извиняться уже поздно, – медленно сказал Малик.

Вот еще не хватало!

– Я просто не могу поверить, что это происходит наяву. Ты врываешься сюда, расспрашиваешь меня о моей личной жизни, а потом приказываешь переодеться, будто я пятилетний ребенок, который опрокинул на себя банку с гуашью!

Еще бы, если бы ей было пять лет, она бы не посмела дерзить мне!

Она просто глупая маленькая девчонка! Неужели она не понимает, что ее обнаженные ноги и вздымающаяся в вырезе платья грудь заставляют меня…

Потрясенный тем, какое направление приняли его мысли, Малик не мгновение замер.