Гологор
Шрифт:
Сергей поднял ружье с земли, вытащил из патронташа патрон, второй справа. Там тоже была пуля.
Выстрела он не услышал, потому что раздался гром. Выстрела никто не услышал, потому что что такое выстрел в сравнении с громом небесным хлопушка! Да выстрел и не состоялся. По причине сырости. Волоча ружье, Сергей плелся по тропе, не соображая в какую сторону.
КАТЯ
Станция Кедровая называлась так не зря. С юга тайга подступала к самому поселку и даже вклинивалась в него между домами одинокими кедрами, правда, уже засыхающими и несрубленными лишь по недоразумению. С северной стороны тайгу изрядно потеснили и что-то, видимо, повредили в ней. Она отступала сама, оставляя людям сухостой да беспорядочный кустарник.
Станция вполне могла бы довольствоваться пригородным поездом, что притыкался у ее платформы два раза в сутки. Но отсюда шел тракт к нескольким курортам, а ответвления этого тракта связывали область с отдельными таежными районами, куда кроме автобусов иного сообщения не было.
Тракт из области проходил наискось от поселка у крайнего дома, там была автобусная остановка и «ожидаловка» с прохудившейся крышей. Когда приезжающие жаловались и возмущались потолочным сквозняком, местные жители поджимали губы. Ни один из них не бывал на тех курортах, которыми славился их район. Если по правде говорить, путевки, бывало, предлагались, но отпуск в году один, брать его старались к концу лета, когда начинался сезон орехов, а тогда за двадцать дней можно было заработать как за полгода на шпалах или сразу на хороший мотоцикл — чем не соблазн!
К приезжающим на станции привыкли, научились просто не видеть их, не видеть, даже когда продавали им черемшу, ягоды, орехи, редиску и лук, вареную картошку и соленые огурцы. Всех называли одним словом, многозначным и не очень добрым — туристы.
И на Сашку с Катей никто не обратил внимания. Сашку многие знали, но рядом с Катей он тоже выглядел «туристом» и, ничуть не сожалея, прошел весь торговый ряд без единого «здрасте». В том доме, почти на задворках которого находилась автобусная «ожидаловка», жила Сашкина тетка по матери. У ней он всегда останавливался, когда выходил из тайги или возвращался туда. Тетка жила с двенадцатилетним сыном, а Сашку любила как старшего сына, сына блудного и не совсем путного, но тем не менее любимого и обожаемого… Родители Сашкины жили в Ростовской области, был он в семье первенцем, кроме него еще четверо, и потому, а может быть, просто так судьба сложилась, считали его дома отрезанным ломтем, и родственные связи не то чтобы затухали из года в год, но становились все более и более только связями, когда письма — традиция от ума и очень мало от сердца. И тогда стала тетка Лиза самым родным ему человеком.
Вваливаясь в ее дом запросто в любое время суток, нынче Сашка приближался к знакомой оградке не без робости. Что ни говори, он опять "отмочил номер", и как-то оно все посмотрится со стороны?.. Все, конечно, утрясется! Но надо суметь утрясти!
У калитки остановились.
— Постой, я подготовлю тетку!
Катя осторожно взяла его за рукав:
— Может, все-таки не надо? На вокзале переночевали бы и утром уехали…
Сашка поставил чемоданы на землю.
— Ну, я же тебе все объяснил! Если я обойду тетку в этом вопросе, обидится смертельно. Она же мне как мать, понимаешь!
— Понимаю! — ласково и грустно вздохнула она. — Только смотрины… тяжело это… Как-то много всего сразу…
— Я быстро! Жди здесь!
Сашка взял один чемодан и решительно двинулся в калитку. У крыльца обернулся и весело крикнул:
— Плюнешь мне в глаза, если тебе будет здесь плохо!
Она махнула рукой:
— Иди!
Тетка Лиза у печки оглянулась и всплеснула руками:
— Ну, слава Богу! Ты, чертов сын, почему никогда телеграмму не пошлешь!
Сашка радостно обнял ее, чмокнул в щеку.
— Люблю сюрпризы!
— Ага! Сюрпризы!
— Все расскажу! Погоди! Чемодан-то где?
Сашка взял ее за руки, чтобы не суетилась и выслушала серьезно.
— Такое дело… не один я…
— Эка невидаль! Первый раз, что ли!
Тетка слишком была в своих мыслях и не уловила Сашкиного тона.
— Тащи сюда! Мойтесь! Будем обедать!
— Да нет, — с досадой перебил ее Сашка, — не один я, не один, понимаешь!
До тетки дошло. Рот у нее открылся, глаза замерли.
— Ой! Женился!
— Почти!
Глаза у нее стали еще круглее.
— И того лучше! Почти? Знаешь, дай-ка я сяду!
— Садиться можно. Падать нельзя!
— С тобой и упасть — нехитрое дело! Подожди, никак не соображу! Это что же, свадьбу играть надо, значит?
Сашка опустился на колено перед теткой, не выпуская ее рук.
— Никакой свадьбы! Завтра утренним автобусом мы в тайгу… И вообще, пожалуйста, никакого шума! Я все тебе объясню потом… вечером. Ты только ничему не удивляйся и будь умницей. Судьба моя решается, понимаешь!
По орбитам ошеломленных теткиных глаз забегали слезинки, она обалдело смотрела на Сашку и не могла сказать ни слова.
— Ну, успокойся! — тоже занервничал он. — Она там, у калитки… Неудобно…
— Щас! — выдохнула тетка, но пошевелиться не могла. — Без свадьбы в тайгу тащить хочешь!
Она не спрашивала, она горько констатировала тем обычным тоном, которым говорят о молодежи, нынче и во веки веков, Бог знает какой!..
— Потом! Потом! — торопил Сашка. — Все не так просто! Ну, пойдем, встретим!
Тетка, наконец, очнулась. Резво и взволнованно вскочила, кинулась к зеркалу, осмотрела себя, схватила фартук на стене, торопливо протерла ладони, еще раз пробежала руками по волосам.
— Ну, пошли, пошли! — закричала она на Сашку, будто это он виноват в том, что они еще не вышли.
Увидев Катю, тетка немного обомлела. Сашка, ей-Богу, понял это, взглянув на Катю по возможности ее глазами. Городская, расфранченная красотка! На минуту, на мгновение показалось, что девушка за калиткой не имеет и не может иметь никакого отношения к нему, Сашке… Тетка намеревалась, судя по ее первому порыву за порогом, обнять невесту племянника, расцеловать и попросту ввести в дом, но сейчас она растерялась, подходила к Кате медленно, не зная, как себя вести, что говорить.
— Здравствуйте, тетя Лиза! — сказала Катя так просто и хорошо, что Сашка возликовал, кинулся вперед тетки, открыл калитку, схватил оставшийся чемодан и с ним галопом улетел в дом, оставив, к ужасу тетки, ее один на один с Катей. Выскакивая назад, чуть не сбил Катю с ног. Она шла первая, тетка за ней, все такая же растерянная, молчаливая, руки плетьми… Бурей мимики и жестов Сашка за Катиной спиной выразил тетке все свое недоумение по поводу ее странного поведения. Тетка ахала глазами, извинялась и клялась, что сейчас возьмет себя в руки и все будет в порядке!