Чтение онлайн

— Катюша, вы уж извините, что беспорядок такой, не ждали гостей! А все ты, оболтус, со своими сюрпризами! Нет чтобы по-человечески телеграмму дать! Так, мол, и так!

И тетка Лиза влепила Сашке затрещину. Сашка тут же мимикой объяснил ей, что она переборщила, он как-никак теперь мужчина и, дескать, обращаться с ним надо уважительней…

Тетка Лиза за исключением последних трех лет почти всю свою жизнь, а ей уже сорок пять, проработала председателем сельсовета. Людей научилась чувствовать с походки, а подстраиваться под них в минуту. Она тут же заговорила с Сашкой, как с кормильцем, хотя таковым он вовсе не был. Подкидывал лишь иногда…

— Колька-то мой плохо учиться стал. От рук отбивается. Вся надежда на тебя!

Исправив свою ошибку и подмигнув Сашке, она теперь осыпала Катю своими хлопотами. Как вихрь пронеслась по комнатам, и скоро следа не осталось от беспорядка.

Когда, наконец, сели за стол, Сашка, деловито нахмурив брови, сообщил распорядок дня:

— Я иду по магазинам, закуплю, что надо, ты — это тетке — подготовишь ее (Катю) к выходу, ну, в смысле одежды и прочее, потом займусь Колькой. Спать ложимся рано, вставать полшестого… Дорога трудная, надо выспаться!

Тетка лукаво наблюдала за Сашкой. Катя слушала серьезно. Тетка искоса посматривала и на нее. Хотя и обещала быть с племянником в почтительности по причине его нового положения, да видно, не выдержала.

— Ну, раскомандовался! Все не так будет, а так, как я скажу! И не пузырись! Тетка я тебе, а ты мне племянник! По магазинам пойду сама, не первый раз в тайгу тебя собираю! Не пузырись, говорю! Не один идешь! А может, ей чего особого надо, а ты знаешь об этом?

Сашка заморгал. А ведь и верно! Может, Кате чего особенного надо, конфет, может быть, или чего другого сладкого… Он даже не знает, что она ест, а чего не ест. Сам он, например, сало терпеть не может! А вдруг она тушенку не сможет есть! Чем ее кормить тогда? Сашка сжался даже от необъятности проблем, возникающих из новой ситуации. А сколько еще может обнаружиться всяких закавычек, о которых он сейчас не догадывается!

Но тут же рассуждал так: разве он сам не попадал в жизни, казалось бы, в безвыходное положение? Много раз! Но все как-то постепенно или сразу, легко или через труды, но улаживалось само собой. Опять же, Сережка с Таней живут — и ничего! Правда, они там одни, а здесь еще трое парней! Для Сашки они хороши, а для нее? Хотя бы мат! Что с ней будет, если услышит, как Моня заворачивает с придаточными предложениями! Самому бы не сорваться!

Тетка Лиза уже который раз извинялась, в основном перед Катей, за скудность обеда. Гостей не ждала, борща получилось по маленькой тарелке, но зато стол обложила еще сохранившимися яствами огорода. Катя ела хорошо, и это одинаково радовало и тетку, и племянника.

В комнату ворвался белобрысый мальчуган и от самой двери кинулся к Сашке, повиснув у него на шее.

— Дядя Саша!

Столько было радости в голосе мальчугана, что разулыбались все, и никто не заметил, что вилка вылетела при этом из рук Саши и упала под стол. Увидел Катю и растерялся.

— Это… тетя Катя. Она завтра с Сашей в тайгу пойдет.

— Здрасте…

Это «здрасте» прозвучало как «интересно»!

— А вы откуда? Из Москвы?

Вопрос был задан для приличия. После него можно было полностью переключиться на Сашку.

— Из Москвы. А как ты догадался?

Катя не была удостоена ответом. Пацан уже теребил Сашку, что-то нашептывал ему на ухо и получил от матери легкую затрещину, когда опять выбил вилку из рук своего любимого дяди Саши, которого, впрочем, дядей именовал только в исключительных случаях, а воспринимал его скорее как старшего брата.

Катя смотрела на мальчугана и впервые за эти суматошные сутки, изменившие ее судьбу, обретала спокойствие, или, по крайней мере, спокойствие одним глазом заглянуло в ее взбудораженную душу и чуть притупило парализующее чувство страха, неуверенности, сомнения и растерянности перед каждым шагом, перед каждым очередным словом.

Это приходящее спокойствие, видимо, как-то отразилось в ее глазах, на что тетка Лиза отреагировала по-своему.

— Да вы же спать хотите! — воскликнула она так громко, что Катя вздрогнула. — Я вам сейчас приготовлю постель и спите до вечера! Вечерком соберемся, посидим, а потом еще поспите перед дорогой!

Катя бурно запротестовала, но тетка и слышать ничего не хотела, да и Сашка подмигнул, чтобы не сопротивлялась. И Катя поняла, что они хотят поговорить. Догадывалась, что говорить будут о ней, стало неприятно и чуждо, но старалась не подать вида и в спальню ушла, даже изображая благодарность за внимание и заботу.

Тетка задвинула шторы, плотно прикрыла дверь. От Кольки избавиться было трудней. Он никак не хотел расстаться с Сашкой даже на некоторое время, и тетке пришлось подпустить металлу в голос, чтобы спровадить его, наконец, на улицу.

Сашка тоже побаивался разговора, потому сидел чересчур в свободной и независимой позе, в то время как тетка вся подалась к нему через стол.

— Что, Шурик, совсем ты рехнулся?!

— Что? — оборонительно пробурчал он.

— Кого в тайгу тащишь, подумал?

Сашка насупился, молчал хмуро.

— Ой, ненормальный! Ой, ненормальный! Да разве она для такой жизни!

Сашка стал темнее тучи.

— От мужа взял?

— Почему?

— Почему! След на пальчике от колечка свежий. Суставчик натерла, когда снимала! Так с ноготками и поведешь в тайгу? Ну, чего молчишь, дурень?

— Ты послушай, чего я тебе скажу, теть Лиза!

По мере того как говорил, хмурость уходила с лица, в глазах появлялись недоумение, удивление и совсем мальчишеская радость.

— Есть у нас такое место на Гологоре… Когда поднимешься на Мерзляковую гриву, справа скала небольшая. На скалу эту залезешь и с нее всю тайгу видно, по десять грив на каждую сторону. И так здорово это, что сидел бы весь день и смотрел по сторонам… Пока в одну насмотришься, другую потом снова будто впервые видишь. Я когда по делу иду, другую тропу выбираю, чтобы соблазна не было…

— Ну и что? — спросила тетка, подозревая, что Сашка уходит от разговора.

— А вот и то… Сколько на Катю не смотрю, все мало… Как это бывает, а? В глаза смотрю и будто головой ныряю куда-то, жутко даже становится, и, понимаешь, не могу не смотреть! Чудо какое-то, а?!