Чтение онлайн

«Со слов очевидцев, молодой мужчина двадцати пяти лет вошел в торговый центр Cristal по улице Ривер Драйв, города Рино, штат Невада, 15 апреля 1981 года. Он посетил магазин карнавальных костюмов, игровой центр с автоматами и картинг минус первого этажа.

В скором времени посетителями ТЦ были обнаружены три мертвых тела. Первое – в прокате костюмов, второе – возле игрового автомата и третье – на картинге. Из показаний очевидцев (мисс Эмили Бинг) самой ценной информацией стало два имени.

Посетительница магазина Эмили Бинг услышала, как предполагаемый убийца обернулся на имя Джек. Кто-то позвал его, и мужчина повернул голову. Он ответил: “Элла”.

Эмили описала “Джека” как спортивного, привлекательного мужчины, похожего на фитнес-инструктора. Рост более 180, проработанные руки, из-за чего она решила, что он тренер.

“Он явно собирался на вечеринку шестидесятых”, – добавила Эмили. Когда ее спросили, почему она так решила, мисс Бинг ответила: Ну, тот парень, он как-будто готовился к вечеринке. Нарисовал себе на лбу пятиконечную звезду. Она голубым светилась. Знаете, такие наклейки, которые светятся в ультрафиолете на дискотеках? В шоуруме костюмов повсюду горели ультрафиолетовые лампы. Мне эта идея так понравилась! Наверное, поэтому я на него посмотрела, из-за этой звездочки”.

Свидетельница видела, как мужчина по имени Джек и девушка по имени Элла стоят напротив друг друга через вешалку с костюмами. Эмили позвали в примерочную, а через несколько минут вошедшая в прокат покупательница Рики Мартинез закричала, обнаружив тело.

Погибшей оказалась та, которую “Джек” назвал именем “Элла”. Документов у жертвы не обнаружилось. Отпечатки пальцев в базе не найдены по причине отсутствия папиллярных линий на кончиках пальцев. Драки между ними зафиксировано не было, выстрела или нападения с ножом – тоже. Все, что они сделали, – прошли мимо друг друга. Джек вышел в дверь, а неизвестная Элла осталась лежать на полу.

Другими жертвами “Джека” в тот день стали двое мужчин. Также без документов и “лысыми” кончиками пальцев. Полиции до сих пор не известны личности убитых, мотивы преступника и его настоящее местоположение».

Семен Михайлович посмотрел пару черно-белый фотографий с места преступления. Тело Эллы было накрыто белой простыней с бегающими бликами зеркального диско-шара на потолке проката. Сквозь ткань еле-еле просвечивала голубая звезда в центре лба.

Воеводин перестал читать о деле, что оставалось нераскрытым тридцать лет. И вряд ли кто-то отыщет истину. Три смерти. Три жертвы. Три агента «Старс». Все без имен и паспортов.

– Джек, – повторил Воеводин, – Джек… Джек… Джек… и Элла.

В файлах Воеводина с «инцидентами» встречались только эти два имени: Джек и Элла, после встречи с которыми, в подборке Воеводина появлялась новая страница с нераскрытым убийством.

Следователь плеснул кипятка в чашку с въевшейся за десятки лет в стенки заваркой. Убрал коллекционную подборку и вернулся к делам насущным. Вспомнил звонок свидетельницы Смирновой, которая придет к ним в ведомство завтра.

Если бы следователь не гонялся за фантомами киллеров, как Джек и Элла, он бы и слушать не стал эту Смирнову, заявившую, что знает что-то важное о сестрах Чучуновых. Любому слова девушки показались бы бредом, выдумкой, издевкой, но не тому, кто привык жить по догме: не доказано – значит, и не опровергнуто.

Разговор со Смирновой повторился в памяти Семена Михайловича слово в слово:

– Вы Семен Михайлович? Меня зовут Анна. Я нарисовала ваш портрет.

– Спасибо, я не заказывал, – ответил Воеводин, – или это довеском к наградным часам? От коллег из сыскного?

– Часы, – повторила она, и по тому, как прозвучал голос, Воеводин понял: девушка улыбнулась.

– Прошу прощения, у меня много работы. Всех благ, Анна, – собирался уже повесить трубку следователь.

– Стойте! – крикнула Смирнова. – Это важно! В портрете нет ничего хорошего. Все, кого я рисую… все эти люди умирают!

– Умирают?

– Да.

– И часто?

– К сожалению. Мне нужно встретиться с вами. Предупредить! И рассказать все про сестер Чучуновых, которых вы ищете. Вы нашли соль и птиц? Заметили странность в поведении голубей?

Поэтому сегодня Воеводин смотрел в кабинете записи интервью и новостных выпусках о сестрах. Что он мог упустить? А что могла выяснить Смирнова? Какая еще соль, причем тут голуби?

Воеводин переложил тяжелую трубку ведомственного телефона на другое плечо. Сделал он это, давая себе секунду-другую, чтобы подумать. Аферистка? Журналистка? Соучастница? Рисует она тех, кто умрет! Что за выдумки!

Эти секунды не остались не замечены Анной. Девушка добавила:

– Человек с отметиной в форме звезды. Это сделал он. Он выкрал девушек.

– Алло! Анна! Как его имя?! – изменился тон следователя в то же мгновение.

– Это сложно объяснить… Вы должны узнать все с самого начала.

Воеводин сморщился и растер пальцами уголки глаз возле переносицы.

– Что было вначале, Анна?

– Звезды, Семен Михайлович, что же еще.

– Звезды? Те самые? Вы говорите… о «Старс»?

– Тела всех нас состоят из звездной пыли. В каждом человеке есть крошки вселенной.

– В каждом?

– Конечно. Человек и Млечный путь совпадают по составу на 98 процентов.

– Мне важно это знать? Формула Млечного пути приведет меня к Чучуновым?

– К ним приведет вас соль. И птицы. Вы не посмотрели в небо?

Воеводин уставился в окно. Он никогда не смотрел на пешеходов, дороги, клумбы. Привычный взгляд всегда стремился в небо.

– Что я увижу в небе, Анна?

Чуть помолчав, она добавила прежде, чем повесила трубку:

– Может быть, созвездие Эллы.

Рисунки, предрекающие смерть

На другом конце города Смирнова Анна – свидетельница, возможная аферистка, журналистка или блогерша – вылезла из душа. Пальцы с веснушками чиркнули по запотевшему зеркалу. Из отражения смотрела девушка не старше одаренного следователя Натальи Афанасьевой. Ее редкая улыбка в уголках губ вспыхнула опрокинутыми полумесяцами, живущими отдельной жизнью на отрешенном лице.