Знак Гильдии
Шрифт:
– Ну-ка, дай сюда свои жареные камешки.
Айрунги поспешно спрятал корзину за спину:
– Мы все в рукавицах, а государь себе руки сожжет!
– Так сними свои и дай мне! – До Фагарша не сразу дошло, что его не берут в опасную игру.
Продолжая держать руки за спиной, Айрунги отступил на шаг:
– А если не выйдет? Я эту слизь не исследовал – так, вычислил в уме, что должно произойти. Это называется «мысленный опыт».
– А вот я тебе сейчас в морду... – выдохнул король. Он верил в познания Айрунги, и мысль, что затея с известью может оказаться пшиком, потрясла его.
Айрунги не обиделся.
– Вот и надо провести эксперимент! Это пока еще не военное дело, а чистая алхимия. Так что я пошел.
Он не бравировал и не храбрился. Предстоял опасный, но невероятно увлекательный эксперимент. И попробовал бы кто-нибудь помешать Айрунги!
Стражники встретили его напряженной негромкой бранью: слизняки, уменьшившись в размерах, резко прибавили в активности и выгнали людей с набережной. Этакие шустро катающиеся комья слизи, хлещущие налево-направо смертоносными бичами или выставившие перед собой тугие клешни.
– Плохо! – доложил старый десятник. – Не мы их гоняем, а они нас. Да хитрые такие! Гляди: одна делится, одна к морю поползла – сил набирается. А две их прикрывают.
– Надо же, – бормотнул Айрунги, – соображают! Ладно, попробуем, как им понравится известь.
Но как предложить им известь? Попробуй подойти к этой гадине... Айрунги для пробы швырнул кусок, тот скользнул по тугому щупальцу и отлетел прочь.
– Может, рассыпать известь по доскам и заманить эту дрянь сюда? – деловито предложил один из стражников.
– Доски мокрые, – с сожалением отозвался Айрунги. – Известь должна быть сухой.
Оба напряглись: одна из тварей, угрожающе размахивая щупальцами, двинулась в их сторону. Похоже, пора удирать.
Вдруг за спиной раздался женский голос, спокойный, небрежно-насмешливый:
– Надо вдвоем. Один отвлекает, другой подходит ближе.
От ужаса Айрунги не смог сразу оглянуться: шея словно одеревенела. Конечно, это ему померещилось! Не могла же на самом деле здесь оказаться Шаунара!
Усилием воли он заставил себя обернуться.
Карие лучистые глаза дерзко и повелительно глянули в его онемевшую душу.
– Не хлопай ушами! Я отвлеку, а ты... Подожди, сперва надо кое-что проверить!
Шаунара выхватила у опешившего стражника факел и, левой рукой подхватив край юбки, легко побежала навстречу монстру.
Айрунги сам не заметил, как ринулся за ней. Ему показалось, что он стоит неподвижно, а слизняк гигантским прыжком придвинулся так близко, что можно было разглядеть перламутровые разводы, кругами разбегающиеся от основания щупальцев.
Пританцовывая в опасной близости от чудовища, Шаунара испустила такой вопль, что Айрунги чуть не выронил корзину с известью.
Тварь всем телом колыхнулась в сторону дерзкой женщины.
– Я знала! – прокричала Шаунара. – Я догадалась! Оно должно хорошо слышать!
«Конечно, оно должно хорошо слышать, у него вся поверхность тела – слуховая мембрана. Верно сообразила, умница, гениальная головка... но, во имя Безликих, как убрать эту идиотку из боя?!»
– Не зевай! – скомандовала Шаунара. И завертелась перед чудовищем, как тогда, на берегу, перед партнерами по пляске. При этом она во все горло выкрикивала:
Эй, ползучая сопля!Эй, пятно от киселя!Отшвырну тебя пинком!Пришибу тебя плевком!На мгновение Айрунги посетила дикая мысль: тварь понимает человеческий язык. Уж очень рьяно рванулась она в погоню за обидчицей! Из белесой студенистой поверхности выныривали все новые щупальца. А Шаунара с хохотом плясала, уворачиваясь от чудовища, как от неловкого деревенского кавалера.
Весомый сгусток слизи, промахнувшись, шмякнулся возле ног женщины и сразу пополз догонять стучащие по доскам деревянные башмачки. Не прекращая смертельной пляски, Шаунара ткнула в полупрозрачную лепешку факелом.
«Дура! – хотелось закричать Айрунги. – Ведьма!»
Ничего он, конечно, не крикнул. Без единого звука выждал, когда рядом оказался беззащитный, слизисто блестящий бок монстра, увлеченного погоней. Зачерпнул рукой в холщовой рукавице горсть извести. И от души вляпал эту пригоршню в студенисто-упругую плоть чудовища.
Тварь резко прекратила погоню, шлепнулась «на брюхо», источая невыносимую вонь. Забыв даже про Шаунару, алхимик с острым интересом исследователя глядел, как вскипела, помутнела белесая жижа, как взметнулась вихрем крупинок белая взвесь. По нервам ударил беззвучный вопль, и мутная, с белыми вкраплениями лепешка плюхнулась к ногам Айрунги.
«Тварь извергла пораженное место! – возликовал алхимик, впитывая новое знание. – Отбросила, как ящерица хвост, чтобы процесс не пошел дальше!»
Миг радостного познания обошелся ему дорого. Удар, обрушившийся сбоку, был так силен, что сбил человека с ног и швырнул на доски причала.
Вонючая скользкая стена накатывалась на него, словно волна на берег, и это был конец, и не было спасения, и...
И Айрунги не успел додумать эту паническую мысль. Чьи-то крепкие руки выдернули его из-под самой туши монстра. Тут же два человека, вскинув факелы, заслонили Айрунги и его спасителя, угрожая чудовищу огнем, отгоняя его прочь.
Приподнявшись на локте, Айрунги тревожно оглядел поле боя. И понял, что, увлеченный схваткой, многое упустил.
Его «армия», вдохновленная примером двух смельчаков, бросилась на причал. На каждого монстра насели по несколько человек, молниеносно перенявших тактику Шаунары: одни отвлекают тварь, другие забрасывают ее кусками извести.
В самой гуще схватки размахивал факелом король Фагарш.
Айрунги с трудом встал – ну и крепко же приложила его лопатками о причал поганая Тварь! Спаситель бережно поддержал его за плечи.