Чтение онлайн

– Садись, – Казимир махнул рукой в сторону столика из дешевого красного пластика. – И заканчивай уже нос воротить. Так как здесь, тебя не накормят даже в лучшем ресторане.

И это было правдой.

Вскоре свернутые вдвое и вставленные для удобства едоков в бумажные пакеты «арабские пиццы» были поданы на стол, вместе с двумя миниатюрными чашечками кофе. Казимир с интересом наблюдал за своим новым напарником. Вот тот с искреним недоумением рассматривает чашечку, больше похожую на напёрсток. Поднимает, осторожно нюхает. Отхлебывает.

И морщится.

– Это, – назидательно произнес Казимир, – лучший кофе из всех, что я когда-либо пробовал. – А твоя реакция – результат общения с той коричневой жидкостью, которой мы в полиции запиваем донаты.

– Угу, – согласился напарник, осторожно откусывая от «пиццы». Затем он замер, а глаза его стали круглые.

– Ого! – сказал он. – Вот ведь…

Мальчишка. Но подаёт надежды.

Вызов пришел, когда они уже заканчивали завтракать. У обоих одновременно зажужжали коммуникаторы, и сразу стало ясно, что это не драка на бытовой почве.

– Убийство, – вздохнул Казимир, глядя на экран. Затем не удержался и добавил:

– А мне всего шесть месяцев до пенсии.

Новичок поперхнулся кофе, затем осторожно поставил чашку на стол (так и не допил, негодник!) и устремился к двери. Казимир предпочел не торопиться, он помахал ручкой дяде Лео, потянулся и, залпом допив свой кофе, пошел к выходу. В отличие от Тони, он запомнил, где городские службы нашли парковочное место для их машины, и был уверен, что телепортацию пока не изобрели.

***

Полицейские машины, мигалки, создающие неуместное, но стойкое ощущение праздника, толпа зевак за линией ограждения, суетящиеся под ногами и в воздухе дроны репортерских служб, равно как и полицейские дроны оцепления, призванные выдворять и, по возможности, идентифицировать зевак и дроны репортерских служб… Всё как обычно. Сто человек занимаются ерундой, просто потому, что одному вдруг приспичило умереть не в своей постели.

Казимир и Тони протолкались сквозь толпу, и направились прямиком к палатке экспертов. Куда же ещё? Если мальчишка и порывался посмотреть на покойника лично, то Казимир живо охладил его пыл, заметив, что эксперты увидят в десять раз больше, особенно если им при этом не мешать.

Дежурным экспертом оказалась Клара Сидх, которую за глаза, а порой и в глаза уважительно называли «Кю», намекая то ли на чокнутого технаря из «Джеймса Бонда», то ли на всемогущего инопланетянина из Стартрека. Экспертом Клара была, что называется, от Бога.

– Один труп, юноша, лет шестнадцать, – бросила она через плечо, стоило Казимиру появиться в поле зрения. – Забит чем-то вроде бейсбольной биты.

– Личность установлена? – поинтересовался Тони.

– Если бы была установлена личность, – раздраженно отозвалась Клара, – я бы не стала называть его юношей… юноша.

Она повернулась, наконец, к Казимиру, и иронически подняла бровь. – Твой новенький?

– Он самый.

– Сочувствую. Сейчас придут результаты ДНК теста. – Она тряхнула головой, отгоняя невесть откуда взявшуюся муху. – Совсем репортеры обнаглели.

Раздался звонкий щелчок, и муха упала на землю. Не муха это была, разумеется, а микрокамера с крылышками. А теперь её сбил полицейский кибер.

– Строго говоря, – продолжила Клара, – дело тут тёмное. Клиент заходит в переулок, сам, добровольно, никаких следов борьбы… И тут его убивают. В единственном на всю округу месте, где нет ни одной камеры наблюдения.

– А на подходе? – уточнил Казимир.

– А на подходе прошла демонстрация каких-то идиотов. С нею пришел убийца, с нею он и ушел. Слишком чистая работа для бейсбольной биты.

– Пропустим через «кларити», – пожал плечами Казимир. – Если есть хоть какие-то зацепки…

Кларити была любимой программой полиции и спецслужб. Она искала совпадения. Просмотрев весь массив видеозаписей со всей страны, она могла бы, к примеру, обнаружить, что в толпе был некто, который три года назад общался с убитым в течение трёх минут в другом штате… Если, конечно, этот некто существовал и общался с убитым.

Кларити была самой ненавидимой программой в среде борцов за права человека.

– Вот и результат, – кивнула Клара. – Виктор Келли, альт, усыновлен, спецшкола, технические наклонности, арт. наклонности… Хороший мальчик.

– Альт? – переспросил Казимир.

– Ну да. Поросёнок.

***

Семья Келли проживала в спокойном районе, в пригороде. Уютные домики выстроились вдоль дороги, бюджетные, но тем не менее, каждый – с оттенком индивидуальности. Символические, по пояс высотой, заборчики, никого не способные остановить, разве что соседская собака сделает свои дела под заборчиком, а не за ним, что, нельзя не признать, весьма удобно для хозяев дома.

Вот только на заборчике красовался значок – эмблема, напоминающий электрическую розетку, на этот раз, для разнообразия, выполненный чёрной краской.

– Поросенок, – Тони ткнул пальцем.

– Вижу.

Совпадение, конечно. То есть, досадить, ясное дело, хотели Виктору, но вот с убийством эта живопись, скорее всего, не связана. Хотя, конечно, проверим.

– Загрузи поиск виновного.

– Сейчас.

Поиск не занял и десяти секунд – оказалось, что рисунок нанесен месяц назад одноклассником Виктора, что его семья уже выплатила штраф, и что указанный одноклассник обязан был, в порядке наказания, перекрасить соседский забор. Две недели назад срок наказания истёк, так что Тони, с согласия Казимира, возбудил новый иск – о невыполнении прежнего. На этот раз штраф будет покрупнее.