Веришь?
Шрифт:
Глянув в очередной раз на небо, мужчина неприязненно поморщился: жуткие дыры и исходивший из них зелёный свет вызывали в нём дрожь.
— Давно здесь? — раздался хриплый женский голос откуда-то сбоку.
Мужчина вздрогнул, буквально на миг коснувшись рукояти меча, а затем отрицательно мотнул головой. Лицо его стало чуть более живым и радостным. Если за радость можно считать чуть поднятые уголки губ и сочувствующий взгляд, конечно…
— Я рад видеть тебя живой, Лайла, — начал было мужчина, но поймав взгляд зелёных глаз на миг замолчал. Лицо её осунулось за эти годы. Былая искра исчезла из глубины глаз, а на лице пролегли глубокие морщины от бессонных ночей и тяжестей жизни.
— Лайла, мне так жаль.
Женщина дёрнулась, словно от удара, и на миг, буквально на миг, в глубине глаз её отразилась ужаснейшая мука, пусть она и моментально совладала с собой. Вновь лишь пустая маска смотрела на короля Ферелдена. Легонько подняв руку и легонько дотронувшись до места, где бьётся сердце, Делайла произнесла хриплым от долгого молчания голосом:
— Прошу, передай ему это письмо, когда он вернётся.
Алистер нахмурился и недоверчиво посмотрел на протянутую руку, в которой лежал дрожащий от ветра конверт. Казалось, что лист бумаги вот-вот вырвется и полетит далеко-далеко — как можно дальше от этого жуткого разорванного неба, от холода, от бесконечных слёз своей владелицы. Алистер аккуратно взял письмо, на миг коснувшись окаменевшей ладони Делайлы.
— Почему ты сама не скажешь ему то, что так старательно писала? Стэн вот-вот должен прибыть, ты прекрасно это знаешь. И я не думаю, что он счастлив будет узнать, что за время его отъезда пропала не только его дочь, но и…
— Замолчи, прошу! — вырвался из груди Делайлы сдавленный крик. Слёзы брызнули из глаз, и женщина отвернулась на миг, чтобы не показывать былому другу всю глубину своей тоски. Пока она пыталась совладать с собой, Алистер перестал хмуриться и аккуратно приобнял совершенно безвольную Лайлу, поглаживая её по спутанным от сильного ветра волосам.
— Я передам. Передам. — Он вытер перчаткой солёные слёзы с её лица и тихо спросил: — Куда ты отправишься?
Неторопливо отстранившись, Делайла извиняюще покрутила головой из стороны в сторону. Она не была уверена в своих действиях, не знала, к чему именно это приведёт и не сделает ли она ещё хуже. Мор она остановила, предотвратила события в Киркволле, взрыв на Конклаве. Вот только… Предотвратило ли это дальнейшую судьбу мира? Нет. Просто изменились места, изменились люди, которые должны были стать центром истории. Да и Фен’Харел, древний эльфийский Бог никуда не исчез. Но теперь совершенно неясно было, где именно он находится. Кто именно стал Инквизитором. Но Делайла не могла просто сидеть, зная, что вот-вот всё станет ещё хуже. Это было не в её силах. Их со Стэном дочь им не вернуть. В этом женщина была уверена. Демон обещал забрать свою долю. Он это сделает через Делайлу, если только сможет найти их со Стэном дочь. А значит, нужно было попытаться помочь возрождающейся, по слухам, Инквизиции. И уплыть как можно дальше от возможного пребывания её ребёнка. Это и была цель Делайлы. Последняя цель.
— Прощай, Алистер, — едва заметно улыбнулась Лайла.
— Прощай, — раздался грустный ответ.
Женщина на миг задержалась взглядом на таком родном лице друга, а затем отвернулась, с ненавистью посмотрев на небо, из которого каждую секунду вниз спускались демоны на стонущий от войн Тедас.
— Да хранит тебя Создатель, Лайла, — послышался из-за спины тихий шёпот. Женщина не обернулась. Лишь прижала ледяную ладонь к груди. Она будет сильной. Она обещала своей малышке, что справится. Как и та обещала матери быть смелой и ничего не бояться. Даже ночных кошмаров и монстров, которые приходят в них…
«Всё будет хорошо»
Комментарий к 18. И жили они…
Во-первых, извиняюсь, что концовки так долго не было.
Во-вторых, не скажу, что довольна этой частью. Она мала. Она “скомканная”, как мне кажется. Но сейчас я вижу её именно такой. Вероятно, буду редактировать. Без этого никак.
В-третьих, чёрт. Я обещала хорошую концовку, а тут всё.. неоднозначно. И за это тоже прошу простить меня.