Шрифт:
Он издавна прославился своей жестокостью. Он не жалел ни детей, ни женщин. Мой муж был тираном. Сколько раз после нашей свадьбы я пыталась сбежать, сколько раз меня ловили, а потом мой драгоценный издевался надо мной?.. В последний мой побег всё закончилось гораздо хуже, чем я предполагала: он поймал его.
Я так давно уже не выходила из своих покоев, рыдая днями напролёт. Всем плевать на моё горе. Все они считали, что я заслужила это, пытаясь убежать от жестокого мужа к тому, кто искренне меня любит. Или уже любил? Стоя на балконе, сколько раз я уже думала спрыгнуть? Будут ли по мне скучать? Вряд ли. У меня не осталось никого, кому я была бы важна. Один шаг. Нужен всего лишь один шаг — и всё будет кончено. Моим мучениям настанет конец. За спиной послышались тихие шаги. Я знала, что больше не смогу смотреть ему в глаза и видеть в них приговор. Сердце разрывалось от боли и я, наконец, решилась. Прикрыв глаза, сделала рывок в сторону пропасти.
Меня больно схватили за руки и волосы. Грубо потянули, не позволяя упасть. Из моего горла вырвался безумный крик — просьба, чтобы меня отпустили, позволили морю поглотить меня. Подняв глаза, со слезами на глазах уставилась на своего мужа. Он молча стоял, с каким-то животным отвращением глядя в моё лицо. «Он не позволит мне уйти. Он не оставит меня даже после смерти»
Рыдания начали сотрясать моё тело, которое заколотилось от страха, ярости и тоски, но в следующий миг тяжёлая ладонь ударила меня по щекам, приводя в чувство. Упав, я судорожно коснулась ноющей щеки, которая горела под моими ледяными пальцами.
— Ты никуда от меня не уйдёшь. Ты моя.
Он грубо подхватил меня и, открыв дверь в коридор, выволок туда на руках, словно я для него лишь игрушка. Я знала, куда этот монстр несёт меня, начав кусаться и брыкаться, царапая его бронзовую кожу. Кажется, его это лишь раззадорило, судя по довольной усмешке. Он ускорил шаг, а затем, остановившись на мгновение, распахнул дверь в огромную комнату, которая всегда вызывала во мне лишь страх.
Муж небрежно скинул меня на постель и выжидающе уставился в искажённые черты моего лица, наслаждаясь страхом, который практически витал в тягучем воздухе. Я могла бы попросить его, чтобы он не прикасался ко мне, но его это бы не остановило. Ему доставляло удовольствие причинять боль другим. Рывок — и он уже на постели рядом со мной. Я судорожно попыталась отодвинуться в сторону, но он грубо схватил меня за волосы, придвигая лицо к моей горящей коже. Несколько мгновений он вдыхал мой запах, чуть касаясь губами то шеи, то мочки уха. Возбуждённо зарычав, он грубо швырнул меня на подушки, забравшись сверху. Я вскрикнула, а он улыбнулся, чувствуя, как я дёргаюсь под ним, пытаясь освободиться. Он медленно провёл своими огромными ручищами по моей груди, соски на которой мгновенно набухли и затвердели. Довольно растянув тонкие губы в усмешке, он опустил руку ниже и ниже, заставив губы предательски раскрыться, издавая стон. Я хотела по привычке замереть, вспомнив всё то, что он заставил меня пережить в браке, но эмоции взяли верх. Я закричала, толкая его в крепкую грудь, а он лишь рассмеялся, требовательно целуя мне шею и одновременно грубо лаская спину, грудь, бёдра. Посмотрев в мои раскрытые от осознания неизбежного глаза, он грубо раздвинул мои ноги в стороны, наслаждаясь выражением ужаса, которое мгновенно возникло на моём лице, и резким рывком вошёл в меня. Я до крови впилась ногтями ему в спину, стараясь не издавать и звука, не собираясь дарить ему такое наслаждение. Муж издал громкий рык и посильнее обхватил мои бёдра ладонями, оставляя на них красные отметины. Он двигался так быстро, вонзаясь в меня всё глубже и глубже, что мне казалось, ещё мгновение — и кровать под нами проломится. По лицу медленно стекали горячие слёзы, которые капали на белоснежные подушки.
Он на мгновение вышел из меня, провёл рукой по моей дёргающейся в такт дыханию груди, в нетерпении перевернул меня на живот, а затем, резко поставив на колени, вошёл в меня снова. Он по звериному зарычал, кусая меня, царапая. Он был так разгорячён, стараясь войти как можно глубже, стараясь делать всё как можно больнее. Я уже не кричала, стараясь обхватить кровать как можно сильнее. Старалась не слушать его сбивчивое дыхание, звериный рык и противное хлюпанье, когда он выходил из меня и входил снова и снова.
Когда всё закончилось, он ещё какое-то время целовал моё тело, зная, что это причиняет мне душевные муки. Он гладил мою спину, живот, ноги, заставляя меня дрожать; больно кусал губы, принуждая отвечать на поцелуи. Вскоре он уснул, продолжая крепко прижимать меня к себе, как бы говоря, что я принадлежу ему и только ему. Полностью.
Во сне его лицо казалось безмятежным. До сих пор помню, что испытывала, когда он ухаживал за мной перед тем, как сделал предложение. Я так его любила!..
Сердце заныло, и я отрешённо позволила мужу провести рукой по внутренней стороне моих бёдер. Кажется, с того момента прошло слишком много времени.
Нащупав рукой нож, который мой муж постоянно держал на тумбочке, вспомнила, как он когда-то этим самым ножом разрисовывал мои ноги, живот, наслаждаясь криками и рыданиями, которые сотрясали моё тело. На мгновение я замерла.
Хотела ли я его смерти?..
Нет, не хотела. Даже после всех унижений, после всех лишений я его любила. Нож брякнул, и муж напрягся, раскрыв глаза. Я несколько секунд молча смотрела на острое лезвие ножа, а затем со вздохом прижалась спиной к груди мужа.
Он меня не отпустит. Никогда.