Чтение онлайн

– Просили передать, – сказала она. – Значит, скоро поправишься.

– Это точно, – сказал Розовски. – Он обязательно поправится.

– А вам пора отсюда идти, – сказала сестра. – Пока я не вызвала охрану.

– Уже ухожу, – Натаниэль поднялся со стола, похлопал стажера по безвольно лежавшей руке. – Все будет в порядке, Илан.

По дороге детектив молчал. Уже подъезжая к конторе, произнес, обращаясь к Офре:

– Спасибо, что позаботилась о цветах. У меня сообразительности не хватило.

Офра удивленно взглянула на начальника.

– Ты о чем?

– О цветах, которые ты передала Илану.

– Я ничего не передавала. У тебя в голове действительно все перепуталось. Как я могла передать цветы, если ты мне рассказал о ранении Илана по дороге в больницу?

Розовски резко затормозил. Тотчас сзади негодующе загудели. Не обращая внимание на это, детектив озадаченно повернулся к Офре.

– Действительно, – сказал он. – Ты ничего не знала. Кто же, в таком случае, передал букет? Кто-нибудь с цветами входил в отделение, пока ты любезничала с охранником?

– Я не любезничала, – обиделась Офра. – Я отвлекала его внимание.

Гудки сзади уже напоминали сирены воздушной тревоги. Натаниэль вздохнул и снял ногу с педали тормоза.

– Вспомни, – попросил он через несколько минут. – Вспомни. Ты же у нас профессионал. Может, случайно, боковым зрением видела кого-то?

Офра нахмурилась.

– Там проходили несколько человек. С цветами, – неуверенно сказала она. – Кажется... Кажется, среди них были две женщины... Может быть, одна из них – подруга Илана?

– А у него есть подруга? – чуть растерянно спросил Розовски.

– Понятия не имею, – так же растерянно ответила Офра. – Ни разу не спрашивала. Должна быть, а? Как ты думаешь?

Натаниэль хмыкнул, свернул к тротуару.

– Выходи, – скомандовал он. – До конторы дойдешь пешком. Я возвращаюсь в больницу. Маркину скажи, пусть перехватит дело, которое вел Илан. Он знает.

Женолюбивый охранник скучал у входа. При виде идущего быстрым шагом детектива, он оживился. Видимо, он вспомнил, что восхитившая его красавица недавно приходила вместе с этим мрачноватым типом.

– Привет, – сказал Розовски, протягивая охраннику пачку сигарет. Охранник с отрицательно качнул головой.

– Не курю.

– Вот это правильно, – одобрительно заметил Натаниэль. – Нет никакого смысла обременять излишними заботами охраняемый объект.

– Что-что? – переспросил охранник.

Натаниэль закурил, ткнул пальцем в больничное здание.

– Курящие, говорят, чаще болеют, – объяснил он. – Следовательно, прибавляют забот работающим здесь врачамю... Послушай, мне неохота притворяться, – признался Розовски после небольшой паузы. – Я частный детектив, а парень, которого мы сегодня навещали, мой стажер. Его подстрелила какая-то сволочь. Так вот, не хочешь ли мне помочь сволочь эту разыскать и наказать?

Охранник несколько ошарашенно залопал глазами. Он был совсем молодым парнем, по виду – ровесником Илана. И даже чем-то неуловимо походил на стажера – то ли короткой стрижкой, то ли юношеской худобой. Высокий, почти одного роста с Натаниэлем. Скорее всего недавно демобилизовался и пошел подрабатывать в охрану.

– А что надо делать? – наконец, спросил он.

– Вспоминать, – ответил Натаниэль. – У тебя хорошая память? Вообще, ты человек наблюдательный, а?

– Предположим.

– Отлично. Предположили, – подхватил сыщик. – Вот ты только что любезничал с красивой девушкой. Не красней, это моя сотрудница, и я вполне одобряю твой вкус. Пока ты этим занимался, мимо прошли два или три человека. Кто-то из них был с цветами. Кто именно? Как выглядел? Давай, напряги извилины.

Охранник постарался. Наморщил лоб и даже, как показалось Натаниэлю, немного покраснел. Наконец, лицо его прояснилось, и он сказал:

– Покажите лицензию.

Вместо того, чтобы вспоминать, парень явно изыскивал способы отвязаться от настырного посетителя. Розовски укоризненно покачал головой и продемонстрировал бдительному охраннику запаянную в пластик карточку частного детектива. В руках охранника мгновенно обнаружились ручка и листок бумаги, на котором он с молниеносной быстротой зафиксировал телефонный номер агентства «Натаниэль».

– А зовут как? – требовательно спросил он.

– Ты что, читать не умеешь? Там же написано: «Натаниэль». Натаниэль Розовски.

На лице охранника обозначалось откровенное презрение к умственным способностям собеседника.

– Нужно мне ваше имя! – фыркнул он. – Сотрудницу как зовут?

Детектив захохотал. Парень оказался достаточно сообразительным.

– Офра ее зовут, – ответил Натаниэль. – Офра.

Охранник записал и спрятал листок в записную книжку.

– С цветами приходил посыльный, – сообщил он. – Посыльный из магазина. В оранжевом комбинезоне и бейсболке. На комбинезоне написано: «Ган Эден». Еще вопросы есть?

Розовски возвращался к себе в паршивом настроении. Первая эмоциональная реакция на ранение Илана уже прошла и теперь он задавал себе вопрос: стоило ли ему вообще ввязываться в это расследование? Ясно, что конфликт между двумя преступными группировками, контролирующими торговлю наркотиками, проституцию и подпольный игорный бизнес, никоим образом не входил в сферу деятельности его агентства. Во-первых, этими видами преступлений занимались исключительно полиция и служба безопасности. Частному детективу соваться между двумя монстрами значило, как минимум, рисковать лицензией. Частный детектив, по мнению официальных представителей закона, должен был собирать сплетни и слухи (за скромную плату), с тем, чтобы затем помогать ведению бракоразводных процессов. Или ловить мелких воришек. Если же оному частному детективу в ходе сбора информации попадалось что-либо, касающееся более серьезных преступлений, его долгом было добровольно и бесплатно передать информацию доблестным полицейским, в поте лица борющимся с преступниками.

Самое смешное, что Розовски думал точно так же каких-нибудь пять-шесть лет назад – когда сам еще носил голубую рубашку со знаками старшего инспектора полиции. Бытие определяет сознание, старый немецкий еврей-антисемит кое в чем оказывался прав.

Во-вторых, Натаниэль занимался почти исключительно делами, имеющими специфически русский акцент – его клиентами становились обычно представители общины выходцев из бывшего СНГ – каким был и он сам. А конкурирующие банды никакого отношения к последним не имели. Хотя определенный квазиэтнический привкус в их борьбе присутствовал: банду покойного Шошана Дамари составляли почти исключительно «марокканцы» – евреи-выходцы из арабских стран; родители же Гая Римера и его сообщников дома говорили по-польски и румынски.