Шрифт:
Глава 1
Шесть лет назад.
С территории военной базы нам пришлось убираться в экстренном порядке. С разрешения Евгения Константиновича, команда Темирязевых была эвакуирована вместе с нами. Сразу три боевых вертолёта на низкой высоте покидали воздушное пространство Москвы в сторону Рязани. Именно там была территория союзного Белорецким княжеского рода Новицких, на военном аэродроме которых мы и остановились для пересадки.
Затем был короткий допрос о случившемся в разломе и на этот раз уже более обстоятельный диалог с Темирязевыми. Вопрос с ними стоило решать здесь и сейчас, потому что была большая вероятность того, что в будущем ситуация может стать резко неактуальной.
В то же время, был один большой нюанс. Штурм княжеской резиденции Темирязевых, которая была вдобавок захвачена демонами, требовал подготовки, времени на которую не было от слова совсем.
— Слишком близко к усадьбе нам подобраться незамеченными не дадут. Будет бойня. — начал говорить дядя Витя, которого по случаю присутствия привлекли к планированию операции. — Если бы ты смог перетащить нас незамеченными непосредственно в саму усадьбу…
На этих словах мужчина перевёл на меня внимательный взгляд, как и все остальные в этом помещении изучая мою реакцию. Людей внутри, в общем-то было и немного: князь Белорецкий с братом и сыном, Виктор и я с Семёном Степановичем. Да-да, тем самым грозным пожилым дядькой, который едва не придушил меня в тот день, когда я спас маленькую княжну после запомнившейся на всю жизнь экскурсии.
Остальные были либо уже отправлены в Тюмень частным бортом, либо в соседней комнате дожидались решения князя о предоставлении или отказе в помощи. Впрочем, Евгений Константинович долго не думал — спасти княжеский род и потенциально завести себе ещё одного союзника в этом регионе, очень многого стоило. И упускать такую возможность, тем более сейчас, под шумок, было бы очень глупо. А тут ещё и полезный боевой опыт для собственных спецподразделений… Так что мыслей об отказе, на сколько я мог судить, не было даже в помине.
— И сколько людей надо провести? — задумчиво уточнил я.
— Понятное дело, что чем больше тем лучше. — сразу же подобравшись произнёс Виктор. — Но хотя бы нас.
— И меня. — безапелляционно добавил Семён Степанович.
На брошенную фразу я моментально кисло поморщился. Осадочек, как говорится, ещё с того раза остался — «знакомство» с ним было не из приятных.
— Чего ты так на меня косо смотришь? Кто старое вспомнит — того придушу. — довольно улыбнувшись промолвил пожилой мужчина, на что князь его пристыдил.
— Семён Степанович, негоже так.
— Не обращай внимания, Твоё Сиятельство. У меня с этим малым свой прикол. — делая на последнем слове акцент, продолжил улыбаться Степаныч. — Он знает.
Куда уж там не знать… Шутки у старика, конечно, были весьма своеобразные, но и я юморить тоже умел.
— Смогу. Но есть одна проблема. — вальяжно начал я и переводя взгляд на лыбившегося мужчину, добавил. — Деда могу случайно забыть в изнанке. Так что если что, звиняйте заранее.
— Так! — рыкнул князь и следом уже спокойнее добавил. — Юмор в сторону. Всем! — последнее слово он произнёс повернувшись в сторону старика.
Тот в свою очередь ни капли не обиделся, и даже слегка хохотнул, но после замечания Белорецкого, всё же нацепил серьёзную мину.
— Отвечай серьёзно. — произнёс сбоку граф уже для меня.
— А если серьёзно, то как и сказал — смогу. Но это будет разовая акция. Мне подобное нелегко даётся. — немного подумав, я добавил. — И вам придётся немного подождать. Будьте готовы.
Отметив, что ключевые лица ответили своими утвердительными кивками, я развернулся и стремительно покинул кабинет, который нам для совещания любезно предоставили Новицкие.
Ближайшие сутки Российская Империя находилась буквально на грани самой настоящей гражданской войны. Усадьба Жеваховых была стёрта с лица земли, несмотря на то, что они были далеко не самые последние люди при дворе императора. Не помогла ни его протекция, ни взывания к разуму, ни собственная гвардия. Впрочем, как стало известно позже, сам князь и его семья всё-таки остались живы, чудом избежав праведного гнева разъярённых родичей погибших на Зарнице детей.
Именно пока разворачивались все эти события, мы с Белорецкими и проворачивали нашу операцию в Туле, где проживал род Темирязевых.
Добирался я туда сначала на самой обычной машине, которую где-то добыл мне дядя Витя, посадив туда водителем Глеба. Потом уже, сориентировавшись по карте внутри города, перемещался с помощью Кали. Правда перед всем этим, ещё в Рязани мне пришлось выбраться в ближайший лес, чтобы встретить Бобика оставшегося по ту сторону портала и закрывшегося по моему приказу. Ну не мог же я его там вытащить на всеобщее обозрение? Так много агентов МБА и представителей княжеских фамилий вместе с главами своих родов, что я не столько лишних вопросов боялся, сколько за саму тушку колючего. Вот и пришлось ежу погулять по своему родному миру чуть больше нашего.
Боба вернулся с «подарком». Едва он вышел из разлома, как я отметил изуродованную ослабевшую тушку Люси в его пасти. Бесовка едва подавала признаки жизни, но оно и неудивительно, ведь тварь нарушила свою клятву и теперь несла за это суровое наказание.
Люси настолько ослабела, что даже не могла развоплотиться, чтобы избежать мучительного контакта с ежом. Никаких разговоров, выяснений обстоятельств и причин предательства не было — бесовка была добита и на этом история с ней закончилась.
Тула нас встретила ночными огнями. Я всю дорогу проспал и проснулся лишь когда Глеб сообщил, что мы в городе.
— Дальше сам.
Молча кивнув и пожав протянутую руку, я выбрался из авто и следом же растворился в темноте ближайшего переулка.
Уже через минуту мы с Кали стояли на балконе особняка в центре города, и оглядевшись по сторонам, практически сразу переместились внутрь дома.
Темирязев вместе со своим подчинённым сидели в гостиной и явно кого-то ожидали. Разговор не вели, на лицах обоих читалось очевидное напряжение наряду с большим трудом сдерживаемым гневом. Приняв решение, что лучшего момента и не найти, мы с бесовкой отступили в глубь дома, где я и выпустил Бобика, который должен будет открыть портал ребятам из Тайфуна.