Шрифт:
1
Это была самая обыкновенная автобусная остановка. Козырек и стены из желтого полупрозрачного стекла. Поцарапаные пластиковые сидения. Реклама пива «Маккаби». Десяток ожидавших один их четырех указанных на желтом щите автобусов.
Полчаса назад из обычной остановки она превратилась в место преступления. Изменился ее вид, изменились люди, стоявшие здесь.
Собственно говоря, место преступления находилось метрах в двадцати от самой остановки – рядом с маленьким уличным кафе. Сейчас здесь деловито копошились несколько полицейских – в штатском и форме.
В статусе неудачливых пассажиров-автобусников двадцать метров ничего не меняли: с нынешней пятницы и на несколько ближайших недель – а может, и месяцев – они превращались в свидетелей убийства. Двойного убийства.
Полицейский инспектор Ронен Алон глянул на часы – было без четверти одиннадцать – и окинул взглядом этих съежившихся, растерянных мужчин и женщин. С ними пытался беседовать сержант. Похоже, у него не очень получалось, но инспектор решил не вмешиваться.
Он перевел взгляд на эксперта-криминалиста, сидевшего на корточках рядом с одним из убитых, лежавшим в двух метрах от кафе. Убитым был средних лет мужчина в белой рубашке и светлых брюках. Сейчас и то, и другое покрывала запекшаяся кровь. На асфальте и ступенях, ведущих в кафе «У Йорама», тоже остались кровавые пятна.
Ближе к инспектору оказался второй убитый, примерно одного возраста с первым. Одет он был иначе – пестрая, расстегнутая на груди рубаха с короткими рукавами, шорты, а поверх них – белый передник. На вывернутой при падении шее нелепо сверкала золотая цепь с хамсой – амулетом в виде ладошки с глазом. Одна из сандалий слетела с босой ноги и сейчас лежала в полуметре от человека в шортах и переднике.
Алон бросил на горячий асфальт погасшую сигарету и отправился на помощь стажеру.
Полная рыжеволосая мадам в кокетливой футболке с портретом Майка Тайсона что-то взахлеб излагала сержанту. У того, казалось, даже тщательно смазанные гелем волосы, в ужасе поникли по мере приближения необъятной груди с мрачной физиономией чернокожего бойца.
– Можете описать стрелявшего? – спросил Алон, вклиниваясь в эмоциональный малосвязный монолог.
Мадам «Тайсон» на мгновение замолчала, потом сказала возмущенным тоном:
– Как же я его опишу, если они оба были в мотоциклетных шлемах с черными щитками? У меня что – рентген вместо глаз?
– Вы не заметили, откуда они выехали?
– Оттуда, – она уверенно показала рукой вправо. – Из-за угла... Кажется, – добавила мадам «Тайсон» после паузы уже с меньшей уверенностью.
– Оттуда, оттуда, – вступил в разговор молодой длинноволосый парень в картинно располосованных джинсах и кроссовках с развязанными шнурками. – Только они не выезжали. Они стояли там, на углу, и ждали. С включенным двигателем. Когда этот господин, – он, не поворачиваясь, ткнул пальцем в сторону убитого, – вышел из кафе, сразу взяли с места. Тут у двери притормозили, и сидевший сзади полоснул очередью.
– Уверены?
– Абсолютно, – ответил длинноволосый и зачем-то тронул сережку, красовавшуюся в левом ухе. – Они мне на нервы действовали. Тарахтели и тарахтели своим мотоциклом.
– Когда вы сюда подошли, они уже были здесь?
– Ну да!
– Ничего подобного! – заявила рыжеволосая дама. – Они появились потом! – выражение лица ее стало, почему-то, обиженным.
– Хотя бы рост этих парней можете описать? – без особой надежды спросил инспектор. – Высокими они были, низкими?
Мадам задумчиво окинула его взглядом.
– Думаю, выше вас, – сказала она. – Но ведь они сидели...
– Оба были в черных футболках, – снова встрял парень с сережкой. – И в джинсах. Тоже черных. Или темно-синих.
Остальные свидетели помалкивали, избегая встречаться взглядами с инспектором. Ронен Алон помрачнел.
Подъехал полицейский минибус. Старший патрульной группы выскочил на тротуар. На вопросительный взгляд инспектора он отрицательно качнул головой. Ронен Алон вздохнул.
– Хорошо, спасибо, – сказал он, обращаясь к стоявшим на остановке. – Дани, запиши все подробно, потом я посмотрю.
Едва он направился к особняку, как послышался шум еще одного подъехавшего автомобиля. Знакомый голос позвал:
– Ронен!
Инспектор оглянулся. Плохое настроение получило дополнительный повод оставаться таковым. К нему быстрыми шагами приближался бывший друг и сослуживец, а ныне – конкурент Натаниэль Розовски. Конкурент – потому что несколько лет назад Натаниэль оставил службу в полиции и открыл частную сыскную контору.
– Привет, – инспектор демонстративно смотрел в сторону. – Не вижу причин для твоего появления здесь, – он ткнул пальцем в старенькую «субару» частного детектива, приткнувшуюся чуть ли не под колеса полицейскому «форду». – И отгони машину, мешает.
Натаниэль тоже посмотрел в ту сторону, но даже не подумал двинуться в ту сторону.
– Где Илан? – спросил он мрачным голосом. – Он жив?
– А в чем дело? – задиристо произнес инспектор. – Ты что, опять собираешься влезать в полицейскрое расследование?
– Это мой стажер! – ответил Розовски. Он вытащил из кармана пачку сигарет. Инспектор заметил, что у детектива заметно дрожат руки. – Сволочь, я же не хотел принимать этого заказа! – рявкнул он. – Как чувствовал... Илан сам напросился. Скучно ему было в конторе сидеть... Ты ответишь или нет?
Ронен хотел отпустить какую-то колкость, но передумал.
– В больнице, – сказал он. – В больнице твой стажер. Состояние средней тяжести. Жизненно важные органы не задеты. Кстати, что он здесь забыл? Какой еще заказ?
– Ерунда, рутина... – буркнул Натаниэль, наконец, прикурив. – Бракоразводный процесс. Тут рядом одна замужняя дама снимает квартиру, в которой встречается с неженатым господином. Муж об этом узнал, заказал слежку... Да тебе-то что? Я же говорю: рутина! А тут что произошло? – спросил он.
– Шошан Дамари, – ответил инспектор нехотя. – Позавчера вышел из тюрьмы, – он указал на тело мужчины в светлых брюках и белой рубашке.
Натаниэль присвистнул. Имя убитого было ему хорошо знакомо. Шошан Дамари по кличке Седой возглавлял группировку Пардес-Шауля – южного пригорода Тель-Авива. Он считался очень умным и жестоким преступником. Не так давно полицейским удалось засадить его на четыре года – взяли в подпольном казино. Отсидел полгода, стараниями адвокатов вышел. Всего несколько дней назад.