Чтение онлайн

— У меня есть немного, — сказала Робин, пригубив вина, и увидела, как под бородой у Скипа губы шевельнулись в усмешке, а в светлых глазах проскочила живая искорка.

— Знаешь, я не страдаю акрофобией, мне страшно, когда я не летаю над землей.

— Моя квартира здесь, сразу за углом.

— Здорово. А что за дурь?

— Пакетик с ЛСД. На нем такая маленькая единичка.

— Черт, а мне нужно возвращаться на работу! Киношники собираются этой ночью устроить парочку взрывов.

— Пакетик будет ждать тебя в любое время дня и ночи, — сказала Робин.

— Соблазняешь меня, да? — усмехнулся Скип. — Задумала кого-то лажануть и поняла, что без Скипа не обойтись.

Робин сдержанно улыбнулась.

Когда музыканты подошли к их столику, она предпочла хранить молчание.

Скип внимательно посмотрел на контрабасиста, который с итальянским акцентом поинтересовался, не желают ли они заказать какую-нибудь любимую композицию.

— Ребята, а вы помните группу, которая раньше здесь выступала? — оживился Скип. — «Эм-си-файв»?

Контрабасист нахмурился.

«Эм-си-файв»? Нет, он, например, не помнит. А что они исполняли?

— К примеру, «К черту мандраж!». Знаете эту композицию? — улыбнулся Скип.

Робин смотрела на него и думала: «Господи, как мне тебя не хватало!»

На приеме у психиатра клиники Святого Антония Крис первым делом поинтересовался, зачем ему заключение психиатра, если он всего лишь переходит из одного подразделения полиции в другое. Он ведь все равно останется работать в здании под номером 1300 на Бобьен-авеню, только уже не на шестом этаже, а на седьмом.

Врач, начинающий лысеть узкоплечий молодой человек в очках, смотрел в заполненный Крисом опросный лист и, казалось, не слышал его.

— Скажете, если я где-нибудь ошибусь, — сказал он. — Вы — Кристофер Манковски. Дата рождения — 7 октября 1949 года.

Крис сказал, что пока все верно.

Врач откашлялся:

— В настоящее время вы — сержант, специалист по обезвреживанию бомб и взрывных устройств разного типа, приписанный к отделу криминалистики.

— И можете, если угодно, записать, что я также эксперт по огнестрельному оружию. Во всяком случае, был им. А сейчас и сам не знаю, кто я.

— Вы любите оружие?

— Что значит — люблю? Я специалист по оружию, а не коллекционер.

— Сколько револьверов у вас имеется?

— При мне всегда табельное оружие, а подаренный отцом полуавтоматический «глок» я держу на работе. Если вдруг ко мне домой вломятся воры, я не хочу, чтобы потом они гонялись за кем-нибудь с пушкой, в которой 17-патронный магазин.

— То есть с вашим «глоком»?

— Да, с австрийским 9-миллиметровым «глоком». Очень легким, между прочим…

— Даже со всеми этими патронами?

— Именно…

Последовала пауза, затем врач снова откашлялся:

— Вы служите в полиции Детройта с июня 1975 года.

— Правильно, — кивнул Крис. — В следующем месяце исполнится двенадцать лет.

— Повторяю, никаких комментариев, если сведения верные. Поправляйте меня, когда допущены какие-то неточности. Вы служили в армии, демобилизованы с почетом, но прослужили меньше года.

Крис ничего не сказал. Все так! Пять месяцев он служил в США, а остальное время — во Вьетнаме, в 25-м пехотном полку 3-й бригады. У Криса возникло ощущение, будто врачу не нравилось о чем-то спрашивать, если он заранее не знал ответа на свой вопрос. У него была внешность человека, которая не запоминается свидетелями.

— Как я понимаю, во Вьетнаме вы были ранены?

Он понимал правильно, поэтому Крис промолчал. Последовала долгая пауза, затем врач несколько раз кашлянул и нарушил собственную установку, спросив:

— Это верно?

— Да, верно.

— Вы проучились в Мичиганском университете два года.

— Я его бросил и ушел в армию.

— Добровольно?

— Точно. — Крис не видел смысла говорить, что провалился на экзаменах, так что его все равно отчислили бы.

— Почему?

— Почему добровольно? Хотел узнать, что такое война.

Последовала длительная пауза.

— А когда я демобилизовался, снова вернулся к учебе, — прервал Крис затянувшееся молчание.

— Вы получили диплом?

— Ну, по правде говоря, для этого мне нужно было ликвидировать кое-какие хвосты.

— Стало быть, высшее образование у вас незаконченное.

Господи, вот зануда! Крис ждал, пока врач внесет исправление в анкету.

— Вы холосты, никогда не были женаты.

Это было верно, но требовало объяснений.

— Возможно, вам будет интересно узнать, что я пару раз чуть не женился, — сказал Крис. — То есть я хочу сказать, что я не убежденный холостяк. Но когда женщины начинают заламывать руки, отпадает всякая охота жениться. Понимаете, они все время чего-то боятся.

Врач продолжил записывать, поэтому снова наступило молчание.

— Они что, вас боятся? — спросил он погодя.

— Да не меня они боятся. Видите ли, они опасаются, что со мной может случиться беда, раз я служу в полиции. Поэтому я и хочу перевестись в другой отдел. В настоящее время я живу вместе с молодой женщиной, фактически мы живем в ее квартире. Я хожу на работу пешком, а иногда меня подвозит Филлис, если рано выезжает. Она работает в банке, в отделе доверительного управления капиталом. — Крис запнулся. Чего ради он рассказывает об этом врачу? Но затем решил, что должен объяснить, почему Филлис подвозит его на работу. — Понимаете, месяц назад у меня угнали машину… Я оставил свой «мустанг» восемьдесят четвертого года прямо напротив нашего участка, хотите верьте, хотите нет. Машину до сих пор не нашли.