Чтение онлайн

— Аминат живет одна? — спросил у старушки старший лейтенант.

— Одна.

— Не замужем?

— Говорит, что была. Разошлись. Правда, развод еще не оформлен. Сынишка у нее есть, шестилетний, сейчас у бабки...

— У вашей жилички бывали мужчины?

— Когда я пускала ее к себе, поставила условие, чтобы никого не водила, — строго сказала хозяйка.

Но ее строгость не очень убедила Шевацукова.

— Значит, никто не бывал? — повторил он вопрос.

— Приезжал один... — призналась Суренкова. — На машине.

— На машине? — встрепенулся инспектор (у Мхамета Аликова — «Жигули»).

— Светлая такая машина, — кивнула старушка. — Ездили с Аминат куда-то. А ночевать он не оставался.

— Из кошехабльских? — поинтересовался старший лейтенант (автомобиль Мхамета был цвета слоновой кости).

— Нет, не наш, — твердо ответила хозяйка, — кошехабльских-то я всех знаю.

— Значит, вы уверяете, что Карданова не была беременна? — еще раз уточнил Шевацуков.

— Не была, — ответила Суренкова.

«Черт знает что!» — в сердцах произнес про себя инспектор, возвращаясь к поджидавшей его машине скорой помощи.

Поехали в милицию. Врач и медсестра молчали. Молчал и старший лейтенант. «Какая-то путаница, — размышлял он. — Суренкова утверждает, что Карданова не была беременна. Тогда откуда ребенок? Ну, допустим, Аминат скрывала свое положение, а когда подошло время родить, разрешилась возле дома Аликовых. Но вот тут возникает вопрос: почему она с новорожденным не вернулась к себе домой и не дождалась «скорую»?

Подъехали к милиции.

— Что дальше? — озабоченно спросил врач. — Не можем же мы всю ночь...

Он не договорил. Но и сам Шевацуков понимал, что нельзя попусту задерживать машину. Может, в это время кому-то срочно нужна медицинская помощь...

— Одну минуточку, — сказал инспектор, выскакивая из машины.

Он забежал в дежурку и справился, нет ли новых сообщений о Кардановой.

— Ничего, — развел руками лейтенант Кунов.

Шевацуков застыл в раздумье. Конечно, «скорую» надо было отпускать. Но вдруг сейчас, в эти самые минуты, растерянная женщина, которая, возможно, мечется, не зная, что делать с ребенком, решится на необдуманный, страшный шаг? На душе старшего лейтенанта было неспокойно. Но куда ехать? Где искать Карданову? Как установить точно, что же все-таки произошло у дома Аликовых? Будить их? Инспектор посмотрел на часы: два...

— Слушай, Хасанбит, — решился Шевацуков. — Во-первых, позвони на станцию скорой помощи, скажи, что я еще задержу машину. Во-вторых, подними инспектора, на участке которого Лабинская улица. Мне нужно все знать о Кардановой. И еще попробуй установить фамилию некоей Зухры, которая вместе с Кардановой работает на колхозной ферме. Она живет неподалеку от Суренковой. А я поехал к Аликовым.

— Хорошо, — коротко ответил Кунов.

Аликовы, которых старший лейтенант разбудил в столь поздний час, не выказали никакого недовольства. Они слово в слово повторили инспектору то, что уже сообщили ранее дежурному. Показали, где все произошло. Осматривая бревна, под которыми Аминат якобы оставила ребенка, старший лейтенант заметил на них бурые пятна, похожие на кровь, еще не совсем засохшую.

Мхамет взялся помогать старшему лейтенанту в поисках Кардановой и вместе с Шевацуковым поехал на своих «Жигулях». Осторожно задавая вопросы, Шевацуков понял, что никакой личной вражды или неприязни к Аминат у парня, его сестры и матери не было. Просто всех их возмутил ее поступок. И позвонили в милицию они потому, что боялись, как бы Карданова вновь не попыталась избавиться от ребенка.

«Скорая» и «Жигули» подъехали к дому Суренковой. На дверях времянки по-прежнему висел замок. Шевацуков постучал к хозяйке. Та вышла сонная и на второе появление ночных визитеров ответила недовольным ворчанием.

— Господи, дадут сегодня спать или нет! — вздохнула она. — Ну откуда я могу знать, где Аминат?

— Понимаем вас, Татьяна Ильинична, — извиняющимся тоном, но громко произнес старший лейтенант. — Уверяю, без серьезной причины мы бы не стали беспокоить. Вы не можете припомнить фамилию того мужчины, который приезжал к Аминат на машине? Не знаете хотя бы, где он работает?

У Шевацукова возникло предположение, что Карданова отправилась к своему поклоннику, возможно, отцу ребенка.

Суренкова сказала, что мужчину этого зовут Николай, фамилия Амметов. Работает он, кажется, в колхозе, строителем.

На вопрос старшего лейтенанта, с кем Карданова дружит помимо Зухры, хозяйка назвала трех женщин — соседок.

«Надо срочно установить, где живет Николай, — думал инспектор, выходя со двора Суренковой. — Не исключено, что кто-нибудь из соседок знает это. Главное — успеть предупредить возможное преступление...»

Он постучал в дом напротив, в котором, по словам Суренковой, жила одна из приятельниц Аминат. Но там о знакомом Кардановой ничего сообщить не могли. Шевацуков извинился за беспокойство. Затем он набросал записку Кунову, в которой просил установить место жительства Николая Амметова, работающего в колхозе на строительстве. С этой запиской он послал в РОВД Мхамета Аликова, а сам на «скорой» поехал к другой подруге Кардановой.

В ответ на звонок в ворота со двора раздался злобный собачий лай. Вспыхнул свет на застекленной веранде, и на улицу вышел пожилой мужчина. Увидев «скорую», удивился.

— Вы, наверное, ошиблись, — недоуменно произнес хозяин дома. — У нас, слава богу, все здоровы...

— Мы по другому поводу, — сказал старший лейтенант. — Нам хотелось бы поговорить с вашей дочерью. — Видя, что мужчина встревожился, Шевацуков поспешил успокоить его: — Не волнуйтесь, пожалуйста. Нам нужны кое-какие сведения о ее подруге, Аминат Кардановой.

— Пожалуйста, пожалуйста, — облегченно вздохнул хозяин. — Кстати, Аминат у нас...

— Как у вас?! — вырвалось у старшего лейтенанта. — Одна?

— Одна. — Мужчина как-то странно посмотрел на него и в свою очередь спросил: — А с кем она должна быть?

Шевацуков не ответил и попросил убрать собаку.

Хозяин запер пса в сарай и проводил старшего лейтенанта в дом, на ходу объясняя:

— Понимаете, пришла Аминат, говорит, ей что-то боязно одной дома...

— В котором часу это было? — задержался на веранде инспектор.