Чтение онлайн

Таа старается угадать и исполнить каждое мое желание. Получается это у нее слишком хорошо. Мне кажется, что она не угадывает, а читает мои мысли.

Обувь из бурдючков я так и не сшил, потому что этим теперь занимается Таа. Мокасины получаются легкие и удобные. Правда, подошва у них быстро протирается или рвется: материал тонкий, а дороги плохие. Однако Таа обувь не выбрасывает, а ремонтирует.

До стеблей местного злака она тоже добралась: замочила в пещере, высушила, камнем отбила, а из полученного волокна спряла нитки. Ими Таа сшила мне накидку из квадратиков материи. Как раз вовремя, а то моя рубаха совсем развалилась.

Я стараюсь ей помочь и угодить, но возможностей для этого мало. Веретено я ей сделал из камешка и веточки, срезанной с дерева. Шьет Таа деревянными иголками, сделанными мною. А нормальную расческу мне выточить не из чего и нечем. Я, конечно, пытался: набил на сером камне частые параллельные бороздки, потом сделал такие же поперек - получилось что-то вроде щетки. Ей Таа волосы и расчесывает.

Как бы ни была близка женщина, нельзя ей рассказывать абсолютно все. Зачем той, которая дарит тебе счастье, знать о трудностях и неприятностях? Поэтому и вопросы задавать следует осторожно, ведь женщина может обидеться или подумать, что какие-то ее черты или привычки неприятны мужчине.

Я очень хотел узнать, почему, несмотря на жару, Таа настаивает на том, чтобы спать в моих объятиях. Спросить хотел много раз, но не решался.

Она сказала сама:

– Я всегда боюсь, что проснусь, а тебя не будет рядом.

* * *

Три деревца вытянулись и зацвели. Через день розовые лепестки стали осыпаться, но на их месте образовывались завязи. Таа с интересом их рассматривала и пыталась выяснить, как выглядят спелые плоды, каковы они на вкус.

Я уже неплохо изъяснялся на наречии Бабура, поэтому мы хорошо понимали друг друга. Однако Таа неожиданно воспылала интересом к русскому языку. Может, она решила узнать, что означают нежные слова, которые я ей говорю, или просто захотела перемен.

Изменения, действительно, едва не наступили.

Как обычно, мы закончили путь у черной плиты, но в этот раз провожатый не исчез за ней немедленно. Он что-то сказал на своем непонятном языке, дотронулся до моего плеча и указал на вход. Меня приглашали внутрь. Я оглянулся на Таа, стоявшую сзади, и подтолкнул ее к черному прямоугольнику. Она послушно подошла и даже потрогала преграду - плита осталась твердой и непроходимой. Белый отстранил мою спутницу, опять что-то гаркнул и вновь указал на меня.

В глазах Таа застыл страх. Меня охватило дикое желание войти. Черный прямоугольник манил меня, но я слышал еще один зов, совсем слабый, едва слышный. Таа молчала, однако именно она просила меня остаться.

Я сделал шаг назад и сказал:

– Без нее я не пойду.

Я не мог оставить женщину, которая так доверчиво засыпала в моих объятиях. Мужик в белом удивленно хмыкнул, достал плату за работу и скрылся за черной плоскостью. Однако льдинки в глазах Таа так и не растаяли.

Мы не обсуждали происшествие. На первый взгляд, ничего не изменилось в нашей жизни, только Таа стала вздрагивать во сне. Я обнимал ее еще крепче, и дыхание женщины выравнивалось. А днем в ее глазах внезапно появлялся холодный страх.

* * *

Прошло несколько дней, заполненных обычными делами и ожиданием беды.

В этот раз провожатый предложил войти Таа. Она на миг отшатнулась, виновато взглянула на меня и шагнула в черный прямоугольник. Скрылся и провожатый - только бурдючок и узелок лежали на камнях.

Кроме платы за работу, у меня остались лишь воспоминания о женщине с другой планеты. Память о Таа.

Почему она ушла? Не захотела, чтобы в следующий раз ушел я? Или не смогла противостоять зову, идущему от черного входа? Почему я не попросил ее остаться?

Может быть, я должен был плакать. Наверно, в таких случаях горе делает ненужными все обычные дела. Однако ничего такого со мной не произошло. В начале следующей ночи я вышел, чтобы проделать привычный путь из пункта А в пункт Б.

Такая работа и вся моя жизнь в каменистой пустыне могли показаться глупыми и никчемными. Однако, по большому счету, они мало отличались от моего существования на Земле. Все люди живут так: любят и горюют, не могут отказаться от привычных дел и вещей или бросают все и начинают жизнь сначала. Жертвуют собой ради любимых и предают друг друга. У каждого своя ноша и свой маршрут - из пункта А в пункт Б.

Часть 2. Непокорная

Скромность и послушание - основные добродетели женщины. Однако трудно быть незаметной и покорной, когда ты принцесса Бабура. К тому же, отец, правитель страны, души не чает в единственной дочери.

Нет, Диидаа не отлынивала от учебы. Ей очень рано объяснили, что дочь правителя не принадлежит себе, что ее выдадут замуж за принца из другой страны, и, возможно, она станет правительницей. А жена государя должна быть самой умной, самой знающей, самой привлекательной - в общем, самой прекрасной женщиной. Поэтому к природной красоте нужно добавить всевозможные премудрости, которые, может быть, и пригодятся в жизни всего один раз, но позволят быть настоящей правительницей.

Многие девочки и девушки в разных краях мечтают хоть денек побыть принцессой, а Диидаа порой хотела стать обычной девушкой. И дело не в том, что учеба занимала весь день, почти не оставляя времени на игры - у дочери правителя не было подруг.

Действительно, с кем дружить принцессе, кому доверять свои тайны и чьи секреты хранить?

С детьми вельмож ей запрещал общаться отец. Через ребенка можно влиять на родителей, и правитель не хотел давать такую возможность своим помощникам. Придворных нужно держать в узде, иначе они начнут покушаться на власть.

Детей слуг во дворец не пускали, а сама Диидаа редко выходила дальше сада.

Правда, одна подруга у нее все же была. Таа - дочь придворного музыканта - учила ее петь, и девочки сблизились. Несмотря на то, что Таа была старше на четыре года, Диидаа стала для нее тем человеком, которому можно рассказать о своих мечтах и желаниях, поделиться радостью и пожаловаться на неудачи. Принцесса отвечала тем же.

Правитель узнал о дружбе девочек и попытался положить ей конец. Таа запретили появляться во дворце.