Чтение онлайн

В узелке были зерна, весьма похожие на пшеничные.

Похоже, жизнь налаживалась. Да, казалось странным в наше цивилизованное время попасть в безлюдную каменистую пустыню и из менеджера по продажам автомобилей стать носильщиком. Однако каждого человека в первую очередь волнуют не странности, творящиеся вокруг, а наличие еды и питья. В этом смысле, по сравнению со вчерашним днем, ситуация улучшилась кардинально.

* * *

Солнце поднималось все выше - следовало поторопиться и идти в пещеру.

В знакомый проем я вошел, когда вокруг уже стояла густая жара. Наверно, следовало спуститься вниз, попить и помыться, но сил не осталось совсем. Я выпил еще три глотка коктейля и лег на камни. Питье явно не обладало тонизирующими свойствами - сон пришел сразу.

Разумеется, такое послабление самому себе не осталось без последствий: меня разбудили сухость во рту и боль в отлежанных местах. Особенно ныло правое плечо. Следовало исправлять ситуацию, и я отправился купаться.

Во всем есть положительные моменты. Путь вглубь пещеры довольно долог, но за это время разгоряченное тело успевает остыть, и купание в холодной воде уже не так опасно для здоровья. В этот раз я даже попытался постирать рубаху, но, при отсутствии света и моющих средств, добился практически нулевого результата.

Вышел я совсем другим человеком, но бодрость сама по себе не уменьшает количества неотложных задач. Прежде всего, требовалось подготовить место для сна, потому что каменистая постель плохо подходила для отдыха. К сожалению, я не имел не только пуховой перины или обычного матраса - в наличии не было ни сена, ни соломы, ни даже ветвей какого-нибудь кустарника. Оставался только песок. Увы, в чистом виде не было и его, а смесь песка и камней пришлось сортировать. Ничем, похожим на сито, я не обладал и все делал вручную.

Сидеть на корточках под палящим солнцем и выбирать камешки пальцами одной руки с ладони другой - дело долгое и скучное. Увеличить производительность удалось при помощи носового платка. Из смеси, насыпанной на ткань, я мог удалять слишком крупные составляющие не одной, а двумя руками. Добытый таким способом песок я высыпал на ветровку, а когда жара одолевала меня, шел в пещеру охладиться и высыпать добытый материал.

Результатом стала подушка из песка. Попутно я попытался разжевать несколько зерен и понял, что по твердости они мало уступают камню. Требовалось либо замочить зерна в воде, либо раздавить их. Последнюю операцию я даже выполнил, взяв пару камней, но пришел к выводу, что часть пищи при этом теряется. Зерна лопались с хрустом, и крошки разлетались в разные стороны.

Увы, у меня не было посуды, чтобы замочить такую неподатливую еду. Имелся бурдючок, но в него я решил наливать воду, чтобы не пробираться вглубь пещеры каждый раз, когда захочу пить. Впрочем, зерна и во рту размякли, только ждать пришлось долго.

Солнце село - пришла пора идти на заработки. Вышел я чуть позже, поэтому у черного входа сидел недолго. Все прошло так же, как и в первый раз. Только показалось, что голос у вышедшего мужчины изменился. Или это был другой мужчина? Внешних отличий я не заметил.

Вознаграждение оказалось куда более щедрым: в дополнение к бурдючку и узелку я получил пару кожаных сандалий и какую-то белую тряпку. Она оказалась юбкой. Прямоугольный лоскут обертывался вокруг бедер, а пришитые лямки завязывались на поясе.

Меня снабдили едой, обувью и одеждой, а кроме того, я стал обладателем двух сосудов для воды и двух кусков ткани, едва превышавших размерами мои носовые платки. Впрочем, материал и юбки, и узелков оказался нетканым. Чтобы сделать такой, необходимо непростое оборудование. Странные входы тоже говорили о том, что техника здесь на высоком уровне. Только почему коктейль разлит в бурдюки? Пластиковые фляжки выглядели бы логичнее.

В этот раз я уже не упал на жесткое ложе, а осилил спуститься к воде. Купание в полной темноте сопряжено со сложностями: нужно не только раздеться и разуться, но и отыскать потом одежду и обувь. Бурдючок, из которого я все выпил еще перед работой, никак не хотел заполняться водой, но, засунув палец в отверстие, я все-таки смог и сполоснуть мягкую емкость, и налить в нее воду.

Водные процедуры сняли усталость и прогнали сон, и я еще пару раз сходил за песком. Увы, от нескольких горстей песка мое ложе не стало мягче. Однако я разделся и постелил одежду под себя - стало удобнее.

Проснувшись, я обнаружил пропажу трусов. Нет, они не исчезли бесследно, но вместо ткани на моей заднице и соседних участках тела имелась только жидкая паутина из тонких и непрочных ниток. Содрав ее, я приступил к осмотру остальной одежды. Ветровка также превратилась в паутину, ткань льняных брюк стала совсем редкой, сорочка осталась целой, однако с нее исчезли ярлычки, пуговицы и нитки, которыми были обшиты петли. Я лишился носовых платков и носков. Брючный ремень рассыпался в пыль, даже пряжка исчезла. Туфли остались без подошв и шнурков.

Похоже, мужик в белом знал, что делал, когда давал мне сандалии и юбку. Все, что я получил за работу, осталось в целости, поэтому унывать причин не было. Обувь есть, в пещере можно ходить нагишом, а юбку и рубаху одевать только на работу.

Ежедневно я ходил из по одному и тому же маршруту - из пункта А в пункт Б. Провожатые менялись, а один раз я шагал следом за двоими мужчинами. Женщин среди белых не попадалось.

Каждый день приносил мне бурдючок и кусок материи, все это я складывал в пещере. Других вещей у меня, по большому счету, не было, а нищета порождает бережливость. Бурдюки я заполнял водой в пещере и выносил на поверхность. Теперь у меня был запас теплой воды, и я мог умываться, не спускаясь в холод пещеры.

Само подземелье я изучил досконально: обошел, ощупал, проверил ширину и высоту. Выступы на потолке и стенах отсутствовали, размеры на всем протяжении оставались стабильными. Крупные камни я вынес или выкатил на поверхность и ходил в темноте, не опасаясь споткнуться или удариться ногой о препятствие.