Чтение онлайн

Клэр ещё раз поправила свой тёмный парик. Она стала настоящим спецом в том, чтобы фальшивые волосы выглядели, как настоящие, но не могла справиться с тем, что голова от них страшно зудела. Она была бы счастлива отказаться от этой детали маскировки.

Фил продолжил: — Похоже, департамент в моей информации больше не нуждается. В офисе прокурора сказали, что им нужно исследовать новые улики и просили быть на связи.

— Хмм, — одобрительно промычала Клэр, втыкая новые шпильки. Когда её губы освободились от заколок, она спросила, — Интересно, что это за новые улики к ним поступили?

Встав позади нее, он смотрел на их отражение. Когда их взгляды встретились, Фил улыбнулся и ответил: — Я слышал окончание вашего разговора и могу предположить, что…

Громкий стук прервал эти слова. По напряжению его позы Клэр поняла, что он увидел беспокойство в её глазах. Общение с людьми требовало собранности, поскольку малейшая ошибка могла привести к провалу. Фил молча кивнул, выпрямился и пошёл к двери.

Клэр не заметила, что задержала дыхание, пока не выдохнула, услышав слова мужа: — Это портье. Ты готова?

Клэр расслабилась и бросила последний взгляд на номер. Роскошь мебели бледнела по сравнению с чудным видом за окном. Когда солнце поднималось на востоке, всплески голубизны и волны искр танцевали над водами Женевского озера. Не по сезону тёплый бриз омывал её щёки, когда она остановилась взглянуть последний раз на дивный пейзаж. Она знала, что пора уезжать. Их багаж был собран и готов к отправке. Вздохнув, она ответила: — Да, я готова выдвигаться.

Фил кивнул, открыл дверь и позволил служащему отеля войти.

— Синьора, Синьора, — хотя основной язык в Женеве был французский, предполагалось, что они являются итальянцами, и персонал обращался к ним на их «родном» языке. На самом деле, большинство жителей города бегло говорили на французском, итальянском, немецком или их смеси.

Клэр молча потянулась за сумкой, пока её муж давал инструкции портье относительно их багажа. Терпеливо подождав, Фил небрежно обхватил талию жены и повёл её к лифту. Они играли своё представление безукоризненно до тех пор, пока не оказались в закрытом пространстве такси.

Клэр раздумывала о своём будущем и не различала проносящиеся за окном улицы, заполненные людьми.

— С нашей бронью всё в порядке? — спросила она шёпотом.

Фил подвинулся ближе: — Да, моя дорогая, давай обсудим это позже, наедине.

Клэр выпрямилась, посмотрела на водителя и кивнула. Никому нельзя доверять. Она напомнила себе, что надо остерегаться всё слышащих ушей. Умение растворяться в ночи необходимо для профессии Фила. Делать же это с беременной женой и багажом было новым испытанием его навыков маскировки.

Пока за окном пробегали утренние улицы, Клэр перебирала в голове детали её последнего дела. Она нанесла визит в финансовое учреждение, визит, который сделал её несколько дней назад неописуемо богатой женщиной. Если банковские служащие и были удивлены появлению Мари Роулз второй раз, они не показали вида; наоборот, они с готовностью провели её к депозитной ячейке, где она завершила своё дело. Клэр не была, конечно, уверена на сто процентов, но интуиция подсказывала, что в критический момент Тони явится за своим припрятанным состоянием. Она решила, что его «горшочек с золотом» не должен быть абсолютно пустым. Она также знала, что содержимое того, что она оставила, вовсе не обрадует его, но на этот раз это была её игра. Теперь карты в её руках. Или он будет следовать её правилам или нет. Она не стремилась загнать его в ловушку. Нет, она знала, каково это. В их образной игре в шахматы она поставила ему шах. Если бы она смогла придать диалогу с Маркусом Эвергрином другое направление, то вместо шаха был бы мат. Клэр наблюдала, как улицы заполняются людьми и размышляла, заслуживает ли Тони шанса, который она ему предоставила.

Если честно, она не могла ответить на вопрос. Она могла только сказать, что, хотела, чтобы этот шанс у него был. С учётом сказанного, то, как он воспользуется этим шансом — его выбор.

Фил нежно сжал её руку: — Кажется, ты где-то далеко. С тобой всё хорошо?

Клэр пожала плечами: — Не знаю. Думаю, время покажет.

Удивительно, как они с Филом так далеко зашли, как их взаимоотношения стали такими лёгкими. По тому, как они встретились первый раз в Сан-Антонио, трудно было такое и предположить. Машина замедлила ход, и Клэр, вздохнув, снова повернулась к окну. Казалось, совсем немногие из её отношений могли похвастать нормальным началом. Она положила руку себе на живот и помолилась за хороший финал.

На забронированном ими рейсе «Эйр Франс» они должны были покинуть Женеву рано днём и лететь прямиком в Рим. Оба знали, что пропустят перелёт. Фил договорился о частном самолёте, который и ожидал их, чтобы унести прочь из Швейцарии в Венецию. Внезапно обретённое богатство Клэр позволяло иметь такую роскошь, как хитроумно запутанную сеть следов. Она сомневалась, что кто-то серьёзно соберётся распутывать их следы, но, если захочет — она была уверена, что Фил сделает всё возможное, чтобы усложнить процесс.

По прилету в Венецию они снова поменяют документы. Иногда Клэр чувствовала необходимость иметь бирку с именем, чтобы не запутаться и откликаться, когда её зовут. На самом деле, ей было всё равно, как её зовут, если бы только можно было избежать париков и контактных линз.

К сожалению, её сестра, Эмили, работала не покладая рук, чтобы имя и лицо Клэр не сходило со страниц газет и экранов новостей. Последняя информация, которую Клэр прочитала в сети, гласила, что она всё ещё числится пропавшей и ходили слухи вокруг причастности Энтони Роулингса. Её успокаивала мысль, что звонок Эвергрину отвёл прямые подозрения от Тони.

Если бы Клэр могла сделать ещё один звонок, она позвонила бы Эмили. Пока они с Филом ехали в аэропорт, она вспоминала те чувства, которые испытывала, когда Тони строго ограничивал её общение с людьми. Смешно, но она снова почувствовала себя в подобной ситуации. На этот раз она не знала, кого винить. Была ли это вина Кэтрин? В конце концов, именно она стала причиной побега Клэр. Или винить нужно Тони? Если бы он однажды не пленил её… Клэр не могла даже представить этот сценарий. Её жизнь настолько отличалась от всего, что она в юности воображала себе о своём будущем. И к тому же, она напомнила себе, что, если бы Тони не захватил её, она никогда не носила бы его ребёнка. Её цветные контактные линзы оказались под угрозой надвигающихся слёз, когда она осознала всю правду. Ответственность за своё нынешнее положение, за ложь друзьям и близким ложится на неё. Она не может возложить эту вину ни на кого, кроме женщины, отражающейся в зеркале, независимо от того, как она выглядит в этот момент и в последующие тоже. Опять же, её импульсивность играет на руку её оппонентам. Когда карты были розданы, она должна была потребовать пересдачу. Она должна была оставаться верной их с Тони соглашению, должна была верить ему. Вместо этого она сделала ставку на страх и кинулась бежать со всех ног.