Чтение онлайн

– Хватит прикидываться, – грубовато одернул его Боб. – Ты же знаешь, что морских ящеров не бывает. А если ты этого не знаешь, как ты оказался в академии?

Крэкен посмотрел на Боба и отвел глаза в сторону. Несколько секунд он стоял молча, опершись на релинг и вглядываясь в пологие гребни волн. Вода уже не фосфоресцировала, и смотреть было в общем-то не на что. Наконец наш новый знакомый повернул голову и виновато улыбнулся.

– Кажется, это и вправду косяк тунцов. Надеюсь, что так…

– Можешь не сомневаться! – усмехнулся Боб. – И если уж ты учишься в академии, не заводи разговоры про морских ящеров. Это все глупые суеверия.

– Да я вовсе не суеверный человек, – после секундной паузы возразил Крэкен. – Но в море можно встретить кое-что такое… во что даже трудно поверить.

– Сынок! – резко возразил Боб. – Я не люблю, когда салаги рассказывают мне про тайны морских глубин. Я уже и сам кое-что видел – правда, Джим?

Я утвердительно кивнул. Мы с Бобом совсем недавно вернулись из Тетиса, столицы Маринии – страны, раскинувшейся на дне Тихого океана. Там нас едва не прикончили отец и сын Сперри.

– Корабли подводного флота исходили всю акваторию Мирового океана вдоль и поперек, – продолжал Боб, – и, насколько я знаю, нигде не встретили морских ящеров. Я согласен, в море можно увидеть кое-что странное, но все это – дело рук человека! Под океанским дном проложены транспортные тоннели, под куполами построены целые города. В подводных впадинах работают геологи… Но никто не видел морских чудовищ! Это идиотское суеверие. Запомни мои слова, курсанту академии лучше от него избавиться.

– Если ты так считаешь… – уклончиво заметил Крэкен.

– Опомнись, мальчик! – не выдержав, закричал Боб. – Я же сказал, что видел океанское дно собственными глазами. Я обойдусь без твоих сказок. Мы с Джимом были в Маринии и знаем, что о морских ящерах там болтают только старые пьянчуги, чтобы заработать на стакан вина. Где ты услышал эти сказки, Крэкен? В своей родной Айове или Канзасе?

– Нет, – возразил Крэкен. – Я не из тех мест.

Он помолчал и не без вызова посмотрел на нас.

– Я родился в Маринии… И прожил там всю жизнь, на шестикилометровой глубине.

В тишине пыхтели двигатели маленьких подводных буксиров, медленно, но верно тащивших нас к пологому склону морского дна в открытом море. Уже наступил рассвет, небо окрасилось в мягкие пастельные тона, а над горизонтом, подернутый тонкой облачной дымкой, повис огромный золотой диск солнца.

– В Маринии? – переспросил Боб. – Так, значит, ты оттуда… Но как же ты оказался здесь?

– Я родился в подводном городе Кермадек-Доум, на юге Тихого океана, – спокойно объяснил Крэкен. – А в академию попал по спецнабору. Здесь есть курсанты из Европы, Азии, Южной Америки. И один из Маринии – это как раз я.

– Я понимаю. Но…

– Вы решили, что я сухопутная крыса, которая никогда не видела моря? – усмехнулся Крэкен. – Скорее, наоборот: всего два месяца назад я ничего не видел, кроме моря. Я же говорю, что родился на шестикилометровой глубине. Поэтому и солнце, и звезды – это для меня такая же экзотика, как для вас морские змеи.

– Да не держи нас за малых детей! – вспыхнул Боб. – Морское дно давным-давно изучено.

– Нет! – В голосе молодого курсанта появились умоляющие нотки. Он очень хотел, чтобы мы поверили ему. – На дне океана построено несколько городов, связанных подводными коммуникациями. Во впадинах работают геологи и горняки, рядом с подводными городами находятся плантации водорослей и подводные, фермы. Но площадь океанского дна в три раза больше, чем площадь всей земной суши. Что-то можно засечь сонаром, что-то увидеть невооруженным глазом. Большая же часть океана так же слабо заселена и изучена, как Антарктика…

Наш разговор прервал тревожный сигнал судового гудка. Мы поспешили к люку. Над палубой грохотал усиленный динамиками голос лейтенанта Блаймэна:

– Очистить палубу! Немедленно очистить палубу! Всем курсантам пройти профилактическую инъекцию. Погружения начнутся через десять минут.

У трапа нас нагнал худощавый темноволосый курсант.

– Дэвид! – обратился он к Крэкену. – Куда ты пропал? Мы все должны идти делать укол!

– Познакомьтесь – мой друг Илэдио Энджел, – улыбнулся Крэкен.

– Привет, – бросил на ходу Боб. Я молча кивнул головой.

– Лэдди так же, как и я, попал в академию по спецнабору.

– Что, он тоже из Маринии? – удивился Боб.

– Нет, – улыбнувшись, ответил Крэкен. – Он из Перу. Оттуда так же далеко до Маринии, как от Маринии до Бермуд. Я…

Он неожиданно замолчал и посмотрел в сторону кормы. Мы все остались у самого трапа. На корме что-то происходило. Матросы искали лейтенанта Блаймэна.

Вскоре по трапу, меча громы и молнии, поднялся Блаймэн. Мы пропустили его, и он быстрой походкой направился на корму.

Один из эхолотов исчез. Мы слышали крики и ругань матросов. Они уже установили на палубе первый прибор. Второй, еще не установленный, остался на короткое время без присмотра. И исчез… Сорок килограммов сверхсложной аппаратуры и корпус из особо прочного материала… вдруг словно бы растворились в воздухе.

Но нам надо было сделать укол. В очереди на инъекцию все только и говорили, что о пропаже эхолота.

– Виноваты матросы, – убежденно сказал курсант-капитан Фэрфэйн. – Они не принайтовали его, налетел шквал, и…

– Но шквал а-то не было, – тихонько пробормотал Крэкен.

– Разговорчики! – встрепенулся Фэрфэйн. – Слишком много травим баланду!

Все примолкли. Но Крэкен был прав. Шквала не было, сорокакилограммовый, прибор не мог сам свалиться с кормы. И все-таки он» Исчез: Я вспомнил, что это не первый случай такого рода. Неделю назад с академического пляжа исчез одноместный подводный скутер с пневматическим двигателем. Как знать, может быть, эти две пропажи были как-то связаны между собой? Воспользовавшись скутером, злоумышленник мог незаметно пристроиться за кормой нашей баржи, всплыть, когда матросы были заняты монтажом первого прибора, и украсть второй…