Лирика
Шрифт:
В перспективе - окно, заметеленное до карниза,
и постылая ночь, для которой любви не осталось.
И ведь правда, ведь верно: такая ничтожная малость -
улыбнуться тихонько, без грима, одними глазами...
Но в глазах - пустота обессиленно машет крылами.
Улететь
Отразившись во взгляде
мартовского кота,
тенью скользнув
по опрокинутому в лужу небу,
пройти, балансируя,
по краю рассвета
и раствориться
во вчерашней наивной мечте.
И там, в ее высоте,
скинув пальто
ненужное больше,
расправить крылья
и улететь
от автобусов,
грязи,
попсы,
сигарет
и рекламных щитов
серого города,
в иное пространство,
где под ногами - небо и радуга,
где мартовские коты
ходят по звездам,
поставив хвосты трубой
и грозово мурлыча,
где вся вселенная -
это рыжая бабочка,
севшая на ладонь.
Уснувшей на моей груди
Ты растешь из души моей, тихо и странно -
Белой лилией в сумраке ночи усталой;
Ты струишься в артериях нежностью алой,
Заживляя тобой нанесенные раны.
В пиале твоих губ, что солены и пряны, -
Недопитая страсть остывающей лавой;
И касание рук, полуночной облавой,
Вновь тревожит желаний моих караваны...
Осыпаясь как краска с поблекшей картины,
Отгоревшие звезды провалятся в лето,
Что мне сердце разбило на две половины.
Завтра осень заглянет сквозь шторы, и где-то,
Там, где время обрушено было в руины,
Нам сыграет звенящая скрипка рассвета.
Этюд акварелью
Дремлет по чашкам забытый кофе, зачах бутерброд на тарелке,
чайки кружат и кричат над укрытой туманом лагуной,
ветер осенний тихонько играет на нервах рассвета,
и нас еще — двое...
Кофе допит, вонюче дымит непогасший окурок,
чайки притихли, дождь моросит, норовя заскочить на веранду,
ветер нетрезво шагает по лужам в обнимку с полуднем,
и кажется, я — один...
Съем-ка я бутерброд - не пропадать же добру...
Я — скелет
Я — скелет
в шкафу вчерашнего дня -
сижу в углу,
под твоими платьями -
в белом кашне на шее,
в зеленом чепце на черепе.
Ты прячешь меня
от посторонних глаз
и от собственных мыслей,
но вряд ли тебе удастся
когда-нибудь
забыть обо мне навсегда.
Ты используешь меня как манекен.
Твоя сестренка
играет со мной в дочки-матери.
Моль
уютно устроилась
у меня под ребром.
Все хорошо,
мило так, по-семейному,
но это пока -
пока однажды кому-то из нас
не надоест
весь этот фарс...
И я почему-то думаю,
что этим "кто-то"
окажется моль.
Адажио пиано
"Начинается плач гитары..."
Ф.Г. Лорка
Ты сыграешь адажио пиано
В полумраке, окутавшем дом;
И на сердце, заплакавшем пьяно,
Грусть уляжется черным котом.
В переулках прошедшего года,
В запустелом холодном вчера
Не найдя заметенного брода,-
Я останусь в зиме до утра.
То взлетая в белесое небо,
То срываясь в крутое пике,
Будет рваться душа - на потребу
Пробежавшей по струнам руке...
Пальцы сникнут, стомленные бегом,
И последняя, долгая "ля",
Оборвавшись, просыпется снегом
Уходящего прочь февраля.
Афродита
В те минуты, когда предрассветная мгла над землею разлита
И, как девичьи щеки, зарей розовеет восток,
Из морской белопенной волны родилась Афродита
И в святой наготе, улыбаясь, взошла на песок.
И склонили колени пред нею все боги и песни слагали,
Охмелев от предчувствия новых, неведомых, чувств.
С неба падали звезды, цветы головами качали,
Загорались над миром столетья великих безумств...
И с тех пор она царствует в нашем, метущемся бешено, мире.
Мы живем для нее, за нее принимаем мы смерть;
И из битв выходя, к звонкострунной склоняемся лире,
Чтобы древнюю песню ей снова и снова пропеть.
И, усталые боги, мы склоняем пред нею колени
И слагаем ей оды и жаждем творенья безумств.
С неба падают звезды, вздыхают вечерние тени,