Чтение онлайн

– Вероятность встречи?

– Выше нормы. Мое предложение - считать "Л-16" потерянной.

Прений не было. Каждый молча обдумал свою точку зрения и присоединился к одному из высказавшихся.

– Согласен, - пробурчал под конец Главный механик, протягивая руку за шлемом.
– Просто мне это оборудование нужно, как воздух, запас которого в трюмах "Л-16" тоже не роскошь...

– Хорошо.
– Начальник строительства повернулся к астроному: - Отключить приборы слежения. Всем вернуться на свои места. Дежурному по станции урезать паек в расчете на прибытие следующей рейсовой ракеты по графику. Все. Вопросы?..

Бригадир гелиосварщиков - самый молодой из всех строителей - не выдержал:

– Скажите, Юрий Николаевич, а что с "Л-16"?

Все знали, что у него на Земле осталась девушка, от которой он с каждой ракетой получал коротенькие записки. Это шло в нарушение правил. Но парни делали вид, что ничего не знают.

– Видимо, произошло замыкание в системе управления дубль-пилота. Неожиданно включились двигатели, и ракета стала удаляться. Радиопривод ее не работает. Сигналов ответчика в эфире нет.

Наклоняя головы, люди один за другим уходили в шлюзовую камеру. И когда люк ее уже должен был захлопнуться, из красного динамика, укрепленного под потолком, вылетел короткий сигнал тревоги. Движение остановилось. Голос дежурного радиста произнес:

– Внимание всем! Внимание! Радиолуч с планеты!

Строители, как по команде, посмотрели на часы. По расписанию сеанс связи должен был начаться через девять минут. Очевидно, случилось что-то серьезное. Таких срывов раньше не бывало. В динамике послышались трески. Это радист подключил к трансляции внешнюю связь. Голос Земли должны были слышать все строители. Через секунду планета заговорила:

– "Земля-2"... "Земля-2"...
– Сообщение едва пробивалось через частокол помех. Смысл его терялся.

Начальник стройки включил селектор.

– Внимание!
– Теперь во всех помещениях спутника, в шлемофонах людей звучал только его голос.
– Прекратить все работы! Питание агрегатов электроэнергией прерываю на четыре минуты. Всем перейти на глобальную связь.

Он махнул рукой. Главный электрик повернул и вынул жезл распределительного автомата. Непроницаемая мгла окутала неосвещенную сторону спутника. Все замерло. Прекратились даже разговоры. В помещении ГАПа потух свет. Жила только радиорубка. Теперь число шумов резко сократилось. Позывные планеты колокольным звоном били в уши каждого...

– "Земля-2", "Земля-2"! На борту "Л-16" возможен человек. На борту автоматической лаборатории "Л-16", возможно, находится человек.

Четыре минуты спустя, когда над стройкой снова вспыхнуло электрическое зарево, от недостроенного второго причала, беззвучно попыхивая бортовыми дюзами, отошел ракетный крейсер "Сириус". Он шел на перехват "Л-16", укомплектованный необходимой командой.

...Как же все это случилось?

"Следующая - Космопорт!" - Металлический голос автомата, объявляющего остановки, замолк. В поезде снова воцарилась тишина.

Большое окно вагона проплыло мимо колонны сигнализации. Возникло на мгновение на экране диспетчера и пропало. Впрочем, диспетчер успел заметить две маленькие ноги в стоптанных сандалиях и коротких штанах, высовывающиеся из глубокого кресла.

Но одно окно сменилось другим, потом третьим... Освещенные прямоугольники замелькали, заторопились, слились в одну яркую полосу. И вдруг исчезли, как оборвались. Экспресс прошел.

"Как поздно едет мальчик...
– подумал дежурный.
– Ведь это одиннадцатичасовой. И один?.. Куда может ехать мальчишка в пустом одиннадцатичасовом поезде без родителей, если впереди осталась только одна остановка - Космопорт?"

Диспетчер протянул руку, чтобы включить тумблер связи и поговорить с начальником поезда. Но загудел зуммер.

– Алло! На подходе четырнадцатый-бис. Машинист Воронин. Прошу открыть путь.

Шел поезд дальнего следования. Он пролетал станцию без остановки на большой скорости. Диспетчеру следовало поторопиться. Оставив мысль о разговоре с начальством пригородного экспресса, он повернулся в кресле и стал следить за огоньками, вспыхивающими на мнемосхеме вычислительного устройства.

Пассажир пригородного поезда остался неизвестным.

"Все-таки зря они так... Ни ограды, ни охраны никакой. Кто ни захочет приедет, и будь здоров..." Мальчишка разочарованно перепрыгнул через глубокую колею, оставленную пятидесятитонным "Бизоном", и с размаху нырнул в тень трансформаторной будки. Сделал он это как раз вовремя. За углом послышались голоса.

– Слушай, Арсен, позвони Давыдову, чтобы включил второе прожекторное кольцо. А то здесь шею сломаешь.

Мальчику страстно захотелось, чтобы в эту минуту у неизвестного Давыдова испортился телефон, а путь проходящих стал ровным и гладким, как международное шоссе. Второй голос отвечал спокойно:

– А кто тебя, дорогой, по окружной трассе погнал? Забыл старое правило: кратчайший путь - всегда хорошая дорога. Золотой закон шоферов. Не-ет, генацвале, лучше я предложу всех пилотов через два года списывать с ракет на грузовики. Для стажировки.

В лунной дорожке тускло замерцали серебристые куртки, обшитые галунами. От соседнего дока шли двое в форме пилотов Космической Авиации Советского Союза.

Мальчик втянул голову в плечи, прижался к стене и зашептал быстро-быстро про себя: "Только бы не заметили, только бы не заметили..." Испытанное заклинание помогло. Когда он открыл глаза, фигуры пилотов почти совсем растворились в темноте августовской ночи. Мальчик перевел дыхание. В ушах шумело. Он даже не услышал шагов проходящих пилотов. Зато теперь путь к старту был свободен.

Старт - островок света в непроглядной южной ночи. Прожектора ярко освещают площадку, на которой идет непрерывное движение. Силуэт ракеты кажется неправдоподобно большим. Выше дерева, выше дома, выше, наверное, даже Исаакиевского собора в Ленинграде...

От неподвижности стали зябнуть ноги. Мальчик расстегнул спортивную сумку и натянул брюки. Но когда согрелся, захотелось спать. Только этого, конечно, не хватало. Столько готовиться, сохраняя задуманное в тайне, добраться до космопорта - и перед самым отлетом заснуть на старте!.. Он ущипнул себя за руку и снова стал наблюдать.