Чтение онлайн

— Что за абракадабра? — удивился Тосканелли, заглядывая Лео через плечо. — Тебя кто писать учил?

— Во-первых, — Лео довольно оглядел результат каллиграфических трудов, — никто не догадается. Идеи в наше время знаете сколько стоят!

— Пятьдесят золотых.

— Вот-вот. А во-вторых, я все равно по-другому писать не умею.

Леонардо возвращался домой по темным и узким улочкам. В голове его светлело, и он заметил, как темно вокруг. «Неплохо было бы придумать какое-никакое освещение в городе», — подумал он без особого энтузиазма. Нынешняя власть бытовым удобством простых граждан не интересовалась, а потому вечерами город освещался только во время праздничных фейерверков.

«Кстати, это идея, — ухватился Лео, — нужно напридумывать для синьора Медичи праздников на каждый день, и проблема постоянного вечернего освещения будет решена». Он уже начал было придумывать поводы и названия для ежедневных салютов, но неожиданно его окружили темные личности в не менее темных масках.

— Слышь, брателло, — просипел один из них, — это ты, что ли, Леонардо из Винчи?

Лео еще не совсем пришел в себя, поэтому честно брякнул:

— Ну я. А в чем, собственно, дело?

Темные личности с хрустом размяли суставы.

— Давно работаем? — поинтересовался главарь.

— Не работаем, а творим! — Лео начал нервно оглядываться.

Люди в темной униформе обступили его плотным кольцом. В мозгу да Винчи откуда-то из будущего появилось слово «Сталинград».

— Ну и че ты творишь? — даже в темноте острый глаз великого художника рассмотрел не менее острый нож в руках одного из налетчиков. — Ты когда свою лавку открыл?

— Не лавку, а мастерскую, — нервно поправил Лео.

— Тем более. Уже два года работаешь. Забыл, что надо делиться?

— С кем это? — учитывая хроническое финансовая несостоятельность, перспектива делиться с кем-то Лео не радовала. Ему вполне хватало кота.

— О Моне Лизе слышал?

— Нет, — Лео лихорадочно продумывал варианты спасения.

В голове вертелись гениальные, но несвоевременные идеи о ранцевых реактивных двигателях, кнопках вызова полиции и каких-то Робокопах.

— Ничего. Придет время, и о ней узнает весь мир, — главарь явно гордился своей неведомой хозяйкой.

Наконец Леонардо в вихре мыслей выловил рациональную.

— Мальчики, я не понял, что за проблемы? У меня крыша — сам Лоренцо Медичи!

Обычно имя всенародно избранного диктатора наводило священный трепет на жителей Флоренции, но, видимо, эти были не местные.

— Медичи нам не указ, — просипел главный, однако личности по бокам все-таки отступили на шаг, и это позволило Лео занять оборону у ближайшей стены. — Короче. Денег с тебя пока мы не требуем. Нарисуешь портрет хозяйки.

— Ээ, ну это... — Лео был явно обрадован переходом разговора в безопасное русло и тем, что грабить его (хотя и пока) не собираются. — Можем обсудить. Обычно за индивидуальный портрет я беру...

— Ты тупой? — сиплый сипел уже почти над ухом.

— Я гений, — без особой уверенности возразил да Винчи.

— Так вот, Гена, ты не понял. Эта работа является гарантом твоей личной безопасности на первое время, — главарь с заметным трудом произнес явно заученную фразу. — Нарисуешь портрет, и трогать тебя никто не будет... пока, — злорадно добавил он через паузу. — Так что завтра к тебе придет человек и сообщит, когда мадонне Лизе будет удобно посетить тебя.

— Я буду жаловаться Медичи! — едва успел крикнуть Лео, но сиплый лишь рассмеялся, и темные личности растворились в ближайшем переулке.

«Нет, — подумал Леонардо, — нужно срочно обсудить с правителем Медичи вопрос освещения улиц». Великий изобретатель решил даже предложить лозунг из своего золотого запаса (так уж и быть, безопасность — дело всенародное, как выяснилось) «Диктатура — это власть Медичи плюс электрификация всей страны». Лоренцо человек самолюбивый, наверняка клюнет.

Бес привычно встретил голодным мяуканьем.

— Эх ты, животина, — Лео потрепал кота по загривку. — Мы с учителем хорошо сегодня поработали. Так что (Лео достал из заначки неприкосновенные запасы колбасы) можем позволить себе некоторые излишества.

— Мяу! — кот был явно не против излишеств. — Мяу!.. — еще более явственно подтвердил он свое согласие.

Отломав коту половину колбасы из НЗ и откусив от своей половины, Лео задумался.

— Вот уроды!

Непонятно, к кому конкретно была обращена эта фраза. Кот вопросительно посмотрел на Лео, но тот никак не прокомментировал.

— А что, — продолжал Лео обращаться непонятно к кому, — если придумать штуку для мгновенного выполнения таких вот обременительных заказов?

— Урр, — проурчал кот, занятый поглощением неприкосновенных запасов.

— Наставил ящик на Мону Лизу, — продолжал Лео, размахивая остатком колбасы, — и чик! «Внимание! Сейчас отсюда вылетит птичка!»

Бес вздрогнул, но не перестал жевать. Он справедливо рассудил, что лучше колбаса в зубах, чем птичка в воображении хозяина.

— А называться такая картина будет очень романтично, — воодушевленно продолжал да Винчи, — «нарисованная светом». Или, если поумному, «графияфото».

«Ого, — подумал гений, — а я, оказывается, кое-что из греческого помню! Странно, я же на курсах все время спал. Может, изобрести обучение во сне?.. Так, не отвлекаться!»

— Графияфото, — он еще раз повторил это слово, пробуя его на слух. — Коряво как-то... Может лучше «светом нарисованная»? И зачем птичка нужна?

— Мурр, — облизнулся Бес.

Он считал в этой затее птичку единственным полезным компонентом.

Без предупреждения мозг Лео вспомнил, что давно хотел изобрести машину для полетов. Да Винчи подбежал к мольберту и уже стал лихорадочно придумывать и зарисовывать, как и за счет чего она будет махать крыльями, но уснул. Прямо за столом.