Чтение онлайн

Мне снился странный сон. Я маленький мальчик. Двухэтажная усадьба, утопающая в цветах и зелени. Женщина в белом платье и дамской шляпке с огромными полями стоит рядом с пухленьким мужиком в сером фраке. Оба умильно смотрят, как я пытаюсь самостоятельно залезть на пони. Настоящего живого пони, которого только что подарили мне на пятый день рождения.

— Дорогой, не упади! — взволнованно произносит мама. — Иван! Ну что ты смотришь? Помоги ребёнку!

Пухлый мужик подбегает и усаживает меня на лошадку. Я отталкиваю его руки и пытаюсь тронуться на своём «жеребце». Неожиданно зад соскальзывает со спины животного, и я падаю. Но до земли не долетаю. Её нет! Лишь огромная пропасть, в которую с криком лечу…

— А-а-а! — резко выходя из сна, ору я, садясь на узкую продавленную кровать.

Потом полностью прихожу в себя и осознаю, что это не мой дом. Это… Обвожу взглядом своё пристанище. Какая-то грязная тёмная каморка, в которую с трудом проникает свет через замызганное окно, находящееся под самым потолком. Кровать, табурет, стол, заваленный книгами… Больше ничего нет. Да! Ещё вешалка у обитой замусоленной тканью двери и большое мутное зеркало с потрескавшейся рамой.

Кто я? Где я? Что со мной? Перерождение это или наваждение? Лучше бы второе, так как место это мне совсем не нравится. Самое поганое, что в голове нет ни одного ответа на многочисленные вопросы. В ней звенящая пустота.

Поднялся с кровати и подошёл к зеркалу. Смахнув с него слой пыли, вгляделся в своё отражение. Молодой парень. Примерно лет двадцать. Может чуть больше или меньше. Физически развит. Волосы коротко подстрижены, но, кажется, я теперь брюнет. Глаза…

И вот тут я, посмотрев в глаза собственного отражения, понял, что схожу с ума. Поток мыслей и образов устремился в мой мозг, разрывая его на части. Как же больно! Я не помню такой боли в прошлой жизни. Хочу отвести взгляд от отражения, чтобы прекратить эту пытку. Но не получается. Я прилип к зеркалу! Прибит к нему раскалёнными гвоздями и посажен на адский клей!

Не в силах выдержать этой пытки, ору во всё горло, но ни одного звука не вылетает из моего рта. Наконец происходит то, о чём я мечтал, кажется, целую вечность — просто теряю сознание.

Сколько так пролежал — не помню. Но в какой-то момент понял, что уже не плаваю в чёрной холодной пустоте беспамятства. Что-то неприятно давит на спину. С трудом заставив пока что ещё не очень послушное тело перекатиться на бок, нащупываю ботинок. Открываю глаза. Так и есть, это ботинок. Причём далеко не новый и очень грязный. Давно по нему щётка с ваксой не гуляла.

Поднимаюсь с пола и на дрожащих от напряжения ногах снова поворачиваюсь к зеркалу. На этот раз не чувствую никаких болевых ощущений. Зато… Зато теперь я знаю, как зовут моё отражение. Вернее, не его, а меня…

Родион Иванович Булатов!

На этом приятности заканчиваются. Вместе с пониманием, кто я теперь, пришло и осознание того, что проблем намечается много. Очень много! Взять хотя бы нехорошую пентаграмму, начерченную красным мелом на полу…

Подойдя к пентаграмме, я внимательно всмотрелся в неё. Для непосвящённого человека она выглядит как хаотичное нагромождение линий, но это не так. Каждая чёрточка, каждая загогулина имеет свой смысл, открывающий двери в Иной Туман… Или, как говорят в этом мире: Преисподнюю.

На самом деле оба названия не отражают всей сути потустороннего мира. Но кто может дать более точное определение? Никто. Даже сами Сущности не понимают, почему они оказываются рядом с тем или иным миром. Не понимают, но хорошо используют этот факт в своих целях.

Итак, пентаграмма… Даже не прибегая к своему прошлому многолетнему опыту, могу сказать, что она настроена на вызов серьёзной Сущности. Не самой крутой, но и не совсем никчёмной. Всё это есть в памяти прошлого владельца моего нового тела.

Девятнадцатилетний придурок хотел вызвать беса Силы и подчинить эту Сущность себе. В принципе, нет ничего невозможного. Но! Тут ещё разобраться надо, кто кого подчинит своей воле. И без яростного поединка не обойтись.

Странное и очень нелогичное решение. Мог бы бывший Родион Булатов победить? Судя по шикарно начерченной пентаграмме, знаний у него для этого хватало. Дара тоже, раз смог запомнить столь сложный рисунок и активировать его. Но паренёк, несмотря на всю свою одарённость и крепкое тело, был патологическим трусом. Из-за трусости и решился вызвать демона Силы, отчего-то посчитав, что тот сопротивляться не будет.

Дело в том, что скоро Родион должен был отправиться на свою первую полевую практику вместе со всем вторым курсом. Булатов так этого боялся, что решил заручиться поддержкой этой самой потусторонней силы. А она возьми и сожри его личность. Хорошо, что хоть тело целое: теперь мне есть в ком жить. Заодно имею почти полную память незадачливого труса, так что адаптация к новому миру не должна вызвать сильных проблем.

А вот бес Силы — это проблема. Несмотря на то, что пентаграмма больше не активна, Сущность имеет в нашем мире якорь. Которым теперь стал я. Не сейчас, но бес Силы обязательно проявится. Правда, его ждёт сюрприз, но и мне подобное совсем не в радость.

Потратил пятнадцать минут, чтобы смыть пентаграмму. Так. На всякий случай. Не люблю в жизни некоторые вещи: например, спать с гранатой под подушкой и находиться рядом со старыми схемами Вызова. Всегда есть опасность их случайного срабатывания. Причём в самый неподходящий момент.

Теперь можно немного передохнуть и осознать происходящее. Значит, теперь я — Родион Булатов. Второкурсник Имперской Российской Академии. Факультет Потусторонних Сил, кафедра лингвистики… Один мальчик среди лингвистов! В основном парни идут на боевую кафедру или, крайний случай, на историко-прикладную. Тем тоже приходится не только раскопки вести, но и с Сущностями бодаться. Ну а лингвистика — это тихая кабинетная работа. В «демонские филологи» охотно идут лишь девушки. Да и то только те, у кого дар слабенький. Ещё вот Родя затесался…

Всему виной его неуёмная мамаша, которая мало того, что мужа загнала под каблук, так ещё и чадушко своё единственное изнежила. С детства каждая царапинка на мальчике воспринималась Натальей Андреевной чуть ли не как смертельная рана. В школу пацан не ходил, сидя на домашнем обучении. Ибо в школу нельзя! Там один сброд и хулиганы! Могут толкнуть, обозвать или — о боже! — ударить такого замечательного Родю!

Даже спорт, который, по мнению мамы, обязателен для крепкого здоровья, был особенным. В спортзале имения Родиона не оставляли одного ни на секунду. И всегда зоркая Наталья Андреевна держала при себе чемодан со всякими лекарствами, бинтами и мазями. В результате и вырос не нормальный парень, а нечто, боящееся всего на свете. К тому же не умеющее контактировать с людьми.