Чтение онлайн

Тот день выдался страшным: Петр вернулся из училища и сел на стул. Маша голосила на руках у обозленной бабки. Тоня вжалась в свое кресло...

– Машу можно отправить в Донецк...
– прошептала она.

– А тебя куда, несчастная?
– закричала Александра Петровна.

– Мама...
– начал Петр.

– Молчи!
– гавкнула та.
– Жену выбрать - и то не сумел! Она даже мыло не так кладет, как надо. А туда же теперь, служить, Родину защищать! Защитник хренов! Я всегда терпеть не могла все эти ваши военные училища. И куда зашлют, неизвестно. Во всякую тьму-таракань, где будешь сидеть безвылазно, как мышь в подполе! А денежки можно заработать и другим путем, без формы и погон.

Петр совсем заугрюмел и через силу усмехнулся.

– Мышь выбирается из подпола погулять и поискать себе еды...

– По ночам! Боясь вся и всех! Ты, Петька, идиот! Как и твой брат!

Тоня слушала, смотрела - как-то отстраненно, словно из далекого далека - и вдруг сделала над собой невероятное усилие и встала...

Причину врачи так и не установили. Но в том теперь и нужды никакой не было.

Служить уехали втроем. А там Тоня вновь забеременела.

Узнав об этом, Петр сорвался впервые в их семейной жизни.

– Мне что, опять тебя на кресле возить?! А моя служба?! А Машутку куда?! Нет, Тося, ты как хочешь! Я тебя люблю и не отрекаюсь ни от тебя, ни от дочки! Но никаких больше детей, понятно?!

Только Тоня пропустила по неопытности все сроки и теперь с ужасом ждала, что будет. Те месяцы - жуткие - как они их прожили?..

Родилась Даша - и словно принесла в семью Васильевых свет. Ничего с Тоней не случилось, забегала она быстрей прежнего, завертелась возле двоих дочек и мужа. И Петр однажды негромко выговорил:

– Сына бы нам... Чего одни девки кругом?..

Но сына им Бог не дал - родилась Саша. Три сестры.

– Ладно, переживем...
– пробурчал Петр.
– Лишь бы не было войны...

Он звал дочерей Машутка, Дашутка и Сашутка.

Наверное, потому, что в семье так ждали парня, оказалась младшенькая сорванцом и хулиганкой, в отличие от старших сестер, озоровала отчаянно. В детстве выучилась скакать на лошадях, стрелять - Петр в полк водил - ходила на руках и делала "колесо", на турнике подтягивалась, как заправский солдат.

Старшие сестры только ужасались, они обе росли смирными и спокойными, Тоня всякий раз ахала - но Саша жила по-своему, упрямая и бесстрашная. И трудностей с ней было - не счесть. То вся с ног до головы в грязи, то - в шоколаде... Бегала очень быстро. Ей надо колготки менять, а она в руки не дается - давай лови! Иногда сестры или мать носились за ней, проворной, по всей квартире, а поймать не могли.

В три года Саша увлеченно рассказывала соседям:

– Вот гараж, и папа там собирает сам машину, а я смотрю, как он собирает.

Через день информация приобретала несколько иной характер.

– Мой папа в гараже собирает машину, а я ему помогаю.

Затем эволюция могучей фантазии мчалась еще дальше:

– Я в гараже собираю машину, а папа мне помогает.

И наконец, последовало завершение полета воображения - ребенок заигрался:

– Я собираю эту машину сама, а папа смотрит, как я собираю.

Полный оборот.

– Крутые извивы сочинительства!
– бурчал Петр.
– Пуля дырочку найдет.

Звучали и такие байки:

– Я еду, рулю, нажимаю гудок. А рядом у меня лежит коробка с сигаретами, как у папы. И я то покурю, то порулю.

В четыре года Саша заявила, что Миша - соседский мальчик, с которым она дружила - на ней женился. И объявляла всем, приводя окружающих в некоторый шок:

– Миша теперь - мой муж!

Чересчур юный "муж" нисколько не смутился новым статусом и весьма положительно воспринял новую идею. А Саша бегала к соседям почти каждый день, обедала там и объясняла потом матери и сестрам:

– Я теперь могу свободно ходить к ним домой - я ведь жена Миши.

На вопрос, кем она хочет стать, отвечала твердо:

– Астронавтом.

– Кем?
– переспрашивали ее недогадливые взрослые.
– Космонавтом?

– Не космонавтом, а астронавтом, - терпеливо поправляла привыкшая к их тупости Саша.
– Хочу летать на какие-нибудь далекие планеты на звездолете, высаживаться в неизведанных мирах туманностей.
– Она мечтательно всякий раз поднимала глаза к небу.
– А космонавты, ну, что они... Запустят их на земную орбиту, покрутят там, повертят да и назад. Разве это интересно? Чепуха!

В Донецке именно Саша моментально сделалась бабушкиной любимицей.

После первого обеда она серьезно сказала:

– Болдариос!

Что означало "благодарю вас". Саша так говорила с самого раннего детства, не желая отказываться от своего любимого сокращения.

– Что?
– теща думала: не расслышала ребенка толком.

– Болдариос!
– важно повторила Саша.

– Это чего такое?
– изумилась и даже немного растерялась теща.

Маша и Даша дружно захихикали.

– Идиотничает!
– хмуро объяснил Петр.

Тоня тотчас на него рассердилась.

– Нормальный ребенок! Это она, мама, так в детстве говорила "благодарю вас". И привыкла.

– Да?
– теща озадаченно разглядывала младшую внучку.
– Ну, надо же...

Так началась любовь.

Бабка пристроила Сашу в секцию большого тенниса. Первый раз Саша туда явилась без ракетки.

Тренер удивился. Саша ответила бодро, спокойно и деловито:

– Ничего. Оторву себе руку - будет ракетка. Оторву себе голову - будет мячик. А голова-то думает - значит, у меня будет думающий мячик - он сам будет слушаться моих команд и всегда самостоятельно лететь, куда мне надо, и ко мне обратно.