Чтение онлайн

– Хэрошэя девочка… – пыхнул трубкой, не вынимая из зубов, второй философ.

– При этом – в унисон продолжил первый – призналась: «Вчера вечером захлёстывало желание спорить с Вами, возражать, что-то доказывать, опровергать, т.е. огрызаться и кусаться». Однако, очевидно, она «с проблемой переспала». На её филиппику не сдержался: «Вот «огрызайтесь» и «кусайтесь» сама с собой (Вы же интроверт). «Спите с проблемой», если больше не с кем». Нагрубил, конечно, сам жалею. Но слово – не воробей.

Второй философски вытащил трубку изо рта, коротко вздохнул и с мимическими морщинками полуулыбки Сократа изрёк категорически философски: «Да уж»…

А полупроснувшийся попутчик у себя в уголке молча закруглил: – Людям свойственно ошибаться, упорствует в своей ошибке только дура…

Потом подумал и полуплача добавил Аронова:

Остановиться, оглянуться

На том случайном этаже,

Где вам доводится проснуться.

Ведь уходя, чтоб не вернуться,

Не я ль хотел переиграть,

И никогда не умирать!

Но дай хоть раз ещё успеть

Остановиться, оглянуться…

Окончание «Рандеву».

Трясясь в прокуренном вагоне,

Он полуплакал, полуспал,

(А.С.Кочетков. «Баллада о прокуренном вагоне»)

Это всё тот же вагон, погромыхивающий на стрелках, той же ночной электрички и те же трое в вагоне: двое приятелей-философов, уже убравшие свои трубки в кисеты с душистым табаком, и продолжающие свою философию, и некурящий попутчик, полуспящий в уголке…

Теперь философствовал второй приятель, о своей пассии. «Полученные от неё письма любопытны, но куда надо ударять: на «у» (чУдно – от слова «чудо») или «о» (чуднО – от слова «странно») – неизвестно… Авторка, как она вспоминает о своей глубокой юности, -зашоренная. Это – «форма проявления и дополнения необходимости» и вскоре вряд ли остановится. Порекомендовал ей немедленно бросить это грязное дело: «погружаться столь глубоко в творчество одного автора» и чтение на сайтах – читать следует печатную классику – русскую, советскую и иностранную. Рот Фронт – это не шоколад. Она в своей сублимации о женщинах представила их так:

«Мечтательны сверх меры.

Обманчивы.

Заманчивы.

Дня не живут без веры» и т.д.

Такие и приводят к женоненавистничеству. Даже простоватый Портос говорил, что любить женщин можно только в пору расцвета, а рафинированный Атос заколол Миледи шпагой. Флобер предупреждал: «Не прикасайтесь к идолам… Их позолота остаётся у вас на пальцах». Им бы вечно покрасоваться. От рождения: «отдай – это моё», в юности: «уж, замуж, невтерпёж» и до смерти только она одна и самая-самая. Это априори, так они устроены: мужскому населению – надкусанное яблоко, себе – всё остальное. Вот почему Диоген жил в бочке, Менделеев – в дупле, Толстой – вообще… Это «запахи» женщин… Лицемерие, неискренность, фанаберия. Чехов, Маяковский, Вася Крючкин… многие были обмануты. Ближе к сермяжной правде Пастернак: «Любить иных тяжёлый крест, а ты доступна без извилин…». Авторка написала о себе: «Такая-сякая, но в общем – ничего себе мадам». Да уж… Не помнит своих же просьб. Вот просила меня прислать фотографию: «Обещаю, что никому не покажу. (В том, что я держу слово, как и в моей искренности, надеюсь, не сомневаетесь)». Подтвердила получение: «Маленький гарный хлопчик. Уже чувствуется и характер, и творческий потенциал, и харизма» (всё видит насквозь и даже глубже). Через месяц-другой – опять. Напоминаю, что уже отправлял. «Нет – написала – не получала и не просила даже до сих пор». Всегда придумает причину в полной уверенности. Женский персонал… Говорю ей философским мадригалом: – Расстаёмся и закрываем типографию – чтобы чего ни вышло, т.е. сначала ни вошло, а потом уже не вышло.

Теперь первый глубокомысленно протянул: «Да уж»…

А полупроснувшийся попутчик у себя в уголке молча подытожил: «Если не хотите, чтобы вас обманули – предупреждал Чиа Дао ду – не задавайте вопросов.

Потом подумал и полуплача добавил Аронова

«Остановиться, оглянуться

На том случайном этаже,

Где вам доводится проснуться.

Ведь уходя, чтоб не вернуться,

Не я ль хотел переиграть,

И никогда не умирать!

Но дай хоть раз ещё успеть

Остановиться, оглянуться…»

Следует заметить, что эти три вопроса – хотя бы и сакральные – не вообще ко всем бесконечным образам людей и природы, а к «образу любви», ограниченному, правда, количеством . Кроме того, вопросы женские, и имеют некоторые интонации, о которых здесь не пишется, однако, о них можно догадаться…

1. Ну что же Вы?..

2. Ну что же Вы?..

3. Ну что же Вы?..

Алгоритм правильного восприятия «любви» и влюблённости. Бесконечное количество шрифта – в нём всё, что издаётся типографским способом и то, что никто ещё не написал.

(К.Прутков. «О ненаписанном»)

«Любовь»

Почему люди минуют других в толпе? Людям известны и визуализируемы «образы любви», как иконы в качестве образа бога. Это 8 млрд. версий – по числу людей на Земле. Тоже с истиной: она одна, но индивидуальных правд – также 8 млрд. Бога никто не видел (потому так много икон) – это такое же «плодотворное начало», как лекция О.Бендера про межпланетный шахматный турнир в Васюках. Дульсинея, Лаура, Кармен, Эсмеральда… – это образы. В жизни – это обычные, порой элементарно неграмотные и грубые представительницы женского персонала. Вот решение дилеммы, почему такие жёны в настоящем, которые были невестами в прошлом…

Биологическое отступление

До некоторого срока, определённого физиологией, люди обоего пола имеют способность зачать и родить потомство (кстати, для расширенного воспроизводства народонаселения по статистике в семье должно быть 2 и три десятых ребёнка). После смерти – на что указывал Циолковский в беседах с академиком Чижевским – через миллионы лет после распада на молекулы, которые могут перейти в травы, например, потом быть съедены коровой и ещё через ряд трансформаций вновь соберутся в человеке, но без памяти о себе прошлом – он тот предмет, который уже был, и тот, кто есть сегодня, и предшественник будущего, потом вновь будет «вчерашним» и т.д.

«Всему дана двойная честь:

Быть тем и тем.

Предмет бывает тем, что он на самом деле есть,

И тем, что он напоминает».

Например, В.С.Высоцкий, это почувствовав, пел о баобабе, сославшись на индусов:

«Хорошую религию придумали индусы -

Что мы, отдав концы, не умираем насовсем.

Пускай живешь ты дворником, родишься вновь – прорабом,

А после из прораба до министра дорастёшь,

Так кто есть кто, так кто был кем? – мы никогда не знаем.