Чтение онлайн

Придется отложить, выхода нет… Эти слова стучат в моей голове пулеметным стаккато - смертельным и горячим… Придется отложить. Но это означает, убить Ирэн! Как наяву слышу слова Рабиша: "…в их планы входит непременная, я подчеркиваю, непременная гибель Ирэн…" Чувствую, как тяжело, яростно ударяет сердце, а перед глазами встает кровавая пелена. Падлы! Ну что она вам сделала?! За что вы ее?!

Ирэн… Неэффектная серенькая мышка. Она сумела чем-то зацепить меня. Глубоко зацепить, по-настоящему - так, что ради нее я, что называется, "готов стрелять".

Нащупываю под курткой рифленую рукоять бластера и несколько секунд всерьез прикидываю, а не забрать ли гипноизлучатель силой. Их трое, и на пай-мальчиков они совсем не похожи. Мой единственный шанс - застать их врасплох и завалить всех троих, пока они не очухались. Такой вот размен - их жизни против жизни Ирэн. Что ж, раз так, значит так, но без гипноизлучателя я отсюда не уйду!

Выхватываю из-под куртки бластер, теряю драгоценное мгновение, чтобы нащупать предохранитель, и опаздываю - три ствола смотрят мне точно в грудь. Я замираю, держа палец на спусковом крючке.

– Зря ты так, - щурится Эрик.
– Мы с тобой вроде по-честному.

– По-честному?! Это восемьсот-то кусков по-честному?!
– рычу я.

– Товар мой, я назначаю цену, а тебе решать, брать или нет, - парирует Эрик.

– У меня нет таких денег, - говорю и чувствую, как от напряжения потеет сжимающая рукоять бластера ладонь.

– Тогда приходи, когда будут, - нагло усмехается он.

Еле сдерживаюсь, чтобы не влепить в него всю обойму, но тогда его дружки ответят мне тем же. Особенно в этом смысле постарается Дик. Не знаю уж, за что он на меня так взъелся, но в решето будет превращать явно с большим удовольствием.

– Послушай, Эрик, - стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.
– Эта вещь нужна мне прямо сейчас. Хочешь долговую расписку? Под проценты. Сколько там берут ростовщики? Десять? Я дам тебе двадцать.

Эрик с интересом рассматривает мое лицо, переводит взгляд на бластер в моей руке и задумчиво тянет:

– Значит, чтобы получить его, ты готов на все?

– У тебя есть предложение?
– настораживаюсь я.

– Да. Только вначале убери ствол. И больше не доставай, если не собираешься стрелять.

Ха! Я-то как раз собирался. А они, видно, решили, что я просто попугать. Что ж, так оно сейчас и к лучшему.

– Лады.
– Защелкиваю предохранитель и прячу бластер под куртку. Они делают то же самое, хотя Дик явно разочарован таким поворотом. Да что я ему такого сделал-то?! Может, он ставил против меня в "Огненной Серии" и проиграл?

– Хочу предложить тебе сделку, - говорит мне Эрик.
– Ты поучаствуешь в Ночной гонке. Если победишь, отдам тебе гипноизлучатель за сотню.

Вот так-так! Я задумываюсь. Ночная гонка проводится подпольно. Она запрещена в официальных спортивных кругах, и если станет известно, что я участвовал в ней, моей карьере придет конец. Ладно, не будем о грустном. Что еще я знаю об этой гонке? Проводится она на мобилях спортивных классов таких, как эрроу или любимых мною сантвиллях, в запутанном лабиринте улиц безлюдного Гнилого Квартала ночью, в полной темноте - при выключенном городском освещении и без прочих источников света, вроде мобильных фар. Пилоты ориентируются в основном по приборам и редким тусклым вешкам, которые обозначают трассу и мобили гонщиков. Именно обозначают, а не освещают. Больше того, такие огни скорее мешают, не позволяя глазам привыкнуть к темноте.

Насколько я знаю, скорости в Ночной гонке приличные, а трасса изобилует поворотами и сюрпризами, вроде туннелей или низко висящих мостов, так что нужна потрясающая реакция, чтобы вовремя среагировать на препятствие и не влететь со всего маху в бетонный свод туннеля, полуразрушенное здание или соседний мобиль. Надо ли говорить, что смертность в Ночной гонке примерно один к трем, в смысле, из трех пилотов только один добирается до финиша живым. А мне, чтобы получить гипноизлучатель, нужно не просто дойти до финиша, а победить.

– Так как?
– торопит меня Эрик.
– Рискнешь или отправишься домой собирать кредиты?

Дик смотрит на меня презрительно, смачно сплевывает и бормочет что-то о чистоплюях из гоночных клубов, которые настоящих, мужских трасс боятся, как огня. Но я не обращаю на него внимания - я думаю об Ирэн.

– Рискну, - говорю Эрику.
– Только сперва хочу услышать от тебя конкретный ответ: тебе-то что за радость от моего участия?

– Я заявлю тебя, как своего пилота, - лыбится он, - и если ты победишь, сорву на тебе приличный куш.

– Тогда три условия, - отрезаю я.
– Во-первых, мне нужен шлем с затемненным забралом, чтобы никто из тамошней публики не видел мою рожу. Во-вторых, ты скрываешь от всех мое настоящее имя, я буду выступать под псевдонимом. И, в-третьих, в случае победы излучатель я получу бесплатно. По рукам?

– По рукам, - радуется он. Еще бы! Если я выиграю в Ночной гонке, он получит не восемьсот кусков, а, по крайней мере, на пару сотен больше. И если бы на моем месте был любой другой наемный пилот, Эрику пришлось бы отдать ему как минимум половину, а я обойдусь в сущий пустяк - в реальную стоимость излучателя.

– А мобиль?
– спохватываюсь.
– Надеюсь, ты не выгонишь меня на трассу в цирусе?

– Я дам тебе машину, - успокаивает Эрик.
– Какую предпочтешь: эрроу или сантвилл?

– Сантвилл, - решительно выбираю я.

– Будет, - кивает Эрик и командует: - Лонг, подсуетись.

– И гоночный костюм, - добавляю я.

Молчаливый парень со странным именем Лонг меланхолично кивает, отходит в сторону и начинает разговаривать с кем-то по коммуникатору, заказывая шлем, костюм и сантвилл.