Чтение онлайн

Эвр, ошеломленный, продолжил идти за ней.

— И ты… просто выйдешь замуж?

— Я же согласилась выйти замуж за тебя, — она снова передернула плечами. — Хотя, нет. Я даже не соглашалась, потому что меня не спросили. Отец решил за меня. Тут это хотя бы мой выбор.

Она сверкнула глазами, словно ожидая услышать контраргументы. Но Эвр молча кивнул.

— Понимаю.

Кассандра недоверчиво на него посмотрела, набрала воздуха в грудь, но резко выдохнула и отвернулась, продолжая степенно шагать. Прошло еще минут пять напряженного молчания, прежде чем показалась хибара, в которой она жила — Кассандра взялась за дверную ручку.

— Спасибо за подарок. До завтра, — и скрылась за дверью.

Эвр развернулся и пошел домой, размышляя.

«Существует много ядов… Но такая смерть будет подозрительна для кригеров. Но… она вообще сможет забеременеть? А родить?»

Рационально к плану не прикопаешься. В их ситуации это лучшее, что может быть — если не растрачиваться на иллюзии. Эвр понимал, что и помощь Эрзо дорого бы обошлась, скорее всего, они просто поставили бы своих людей управлять Паралией. Брак Кассандры автоматически вернет всю знать Паралии обратно, предоставит Наарбаку легитимность у технитов, а сама Кассандра будет признана у кригеров.

Эвру было паршиво осознавать, что это, тем не менее, самопожертвование. Вынужденный шаг — иначе Наарбак просто заменит собой Совет наставников. Жизнь технитов станет лучше, но они все еще будут управляться чужаками.

Но либо так, либо потом пытаться уничтожить оставшихся кригеров — даже с Афиной и разрушительным голосом это звучало сомнительно. Ведь останется военная элита, самые трудные противники.

«Отравить всех одним махом?», — Эвр гонял эти мысли по кругу, чувствуя, что эта новость значит для него не только то, что захватчики останутся в его городе. Да и к Кассандре испытывал не только жалость.

— На тебе лица нет, — сонно сказала Ника, и Эвр моргнул. Сам того не заметив, он оказался дома.

— Новости, — он тщательно отряхнул сандали об циновку у входа.

— Я проверила. Рядом никого.

— Кассандра выйдет замуж за Наарбака, — он прошел внутрь и тяжело опустился на постель, запуская пятерню в волосы и с силой массируя виски. — Это выгодный шаг.

— Это самопожертвование, — Ника качнула головой. — И больше выгоды получает Наарбак. Он сразу оказывается в Собрании на законных основаниях, скорее всего, он возьмет ее фамилию и войдет в аристократический род Паралии.

— Нам тоже выгодно, — Эвр почему-то возразил, хотя был согласен с сестрой. — Кригеры будут соблюдать наши законы.

— Пока их не перепишут. И Кассандра может не пережить замужества — после того, как она выйдет замуж, она станет мешать Наарбаку. Она не отойдет в сторонку, и по ней это понятно сразу.

Оба замолчали, обдумывая открывшиеся мрачные перспективы.

— Скорее всего, придется с ними драться, — заключила Ника через какое-то время. — Их станет меньше после междоусобицы, и в целом, подготовка к свадьбе, помолвка — по законам Паралии должно пройти не менее года. У нас будет время подготовиться.

Эвр смотрел в потолок. Ника вздохнула и присела к нему.

— Она тебе нравится?

— Я не знаю. Она меня бесит.

— Хм.

Ника погладила младшего брата по голове.

— Завтра я ухожу в горы с Нереем и Таврионом. Мы потренируемся, узнаем, есть ли разрушительный голос у них, заберем еще Афин. Может, мы наткнемся на решение.

Эвр угукнул и прикрыл глаза. Ника вернулась на свою постель — она дремала весь день, но не сомневалась, что без проблем уснет. Во сне не существовало сложных решений, кригеров, политики.

Во сне было хорошо.

Кассандра села на постель, разозленная и оглушенная. Наверное, было бы легче, если бы Эвр спорил — но он согласился.

Политический брак — реальность ее жизни с детства. Хоть кригер, хоть демон, ей было без разницы. Вернее, ей хотелось бы, чтобы ей было без разницы.

Но разница была. И не только эстетическая.

Еще два года назад Наарбак казался Кассандре увальнем. Умнее соотечественников, но, по сравнению с серпентарием Собрания Паралии, — наивный деревенский паренек. Она не сомневалась, что сумеет им управлять.

Кассандра стянула легкую верхнюю тунику, бережно вешая на выструганные из дерева вешалки в грубо сколоченном шкафу. Чуть застыла, рассматривая вышивку из прошлой жизни, провела пальцем по золотой нити.

Два года спустя Наарбак вырос в змею. Самостоятельную, хитрую, способную сожрать и не подавиться — Кассандра понимала, что сразу после вхождения в аристократический род он либо запрет ее дома, либо убьет.

А еще добивало, что четыре медяка стали для нее большой суммой. Почему-то это стало сегодня так остро ощущаться, там, на рынке, когда Кассандра осознала, что если она возьмет этот шарф, то ей может не хватить на еду до конца месяца.

Рывком она стянула нижнюю тунику из легкого льна, расшнуровала кожаные штаны, едва сдерживаясь от того, чтобы рвануть чертовы ремешки со всей силы — правда, и тогда они вряд ли порвались бы.

Слабая.

Конечно, она думала отравить Наарбака. До свадьбы. Мечтала о свободной жизни. Кассандра вытерла злые слезы и рухнула на неразобранную постель, подтянув коленки к подбородку.

Останутся другие кригеры. Наарбак держал ее подальше от своих людей, но даже так удалось узнать достаточно: он не один, его людей много, и Кассандре не жить, если жених скоропостижно скончается.

Кажется, эту игру она все же проиграла.

Кассандра с силой потерла веки, словно пытаясь загнать слезы обратно — порывисто встала и стянула со стола подаренный шарф. Точно такая же расцветка, только ткань стоила куда дороже, как на ее матери в день казней.

Из шарфа выпала бумажка. Кассандра вздрогнула и наклонилась, зацепив ее пальцами и раскрыв.

— Реликт, — прошептала она, чувствуя, как в груди зарождается надежда. Кассандра подожгла бумажку над мигающей лучиной, глубоко вдыхая и выдыхая.