Эдем
Шрифт:
Я ждала в грузовичке, надеясь, что никто из этих типов — а все они пялились на меня — не заинтересуется мною настолько, чтобы подойти к машине. Джаред пробыл на станции всего минуту, и вот он уже появился с бутылкой воды и пакетом, в котором обнаружилось нечто сильно зажаренное и наполненное сыром и курицей.
Передавая мне еду, Джаред хмуро сказал:
— Конечно, это не самое здоровое питание, но ты продержишься, пока мы не найдем приличный ресторан.
Я откусила кусочек. Восхитительная мерзость.
Джаред как раз выруливал с заправки на шоссе, когда у меня зазвонил мобильник. Экран засветился, и я напряглась.
— Это Бет.
Джаред вздохнул:
— Не отвечай, пусть звонит.
— Она, наверное, с ума сходит от беспокойства. Я не могу допустить, чтобы она думала, будто я погибла.
Джаред забрал у меня телефон:
— Я ей сочувствую, очень сочувствую. Бет этого не заслужила, но у нас нет выбора.
Я покачала головой и уставилась в окно. Джаред прав: Бет не заслужила такой подруги, как я. Она всегда была терпелива, честна, добра, верна и опекала меня, как могла. Даже представить себе не могу, в какое отчаяние я впала бы, если бы в ответ на свой звонок услышала, что машина Бет взорвалась и внутри обнаружено обгоревшее тело. У меня защемило сердце, было больно за Бет. До сих пор я не чувствовала особой вины перед ней, но теперь мне стало невыносимо стыдно. Слезы выступили на глазах и покатились по щекам. Если Бет когда-нибудь узнает, что я сознательно заставила ее страдать из-за своей мнимой смерти, она мне этого никогда не простит. Я даже рассчитывать на прощение не посмею.
Телефон перестал звонить, раздался сигнал голосовой почты. Значит, Бет оставила сообщение. Я протянула руку, но Джаред покачал головой:
— Ты и правда хочешь услышать тревогу в ее голосе? Тебе и без того несладко.
Я закрыла лицо руками и покачала головой:
— Это ужасно, Джаред. Так поступать нельзя.
Джаред наклонился и поцеловал меня в висок.
— Что делать, Нина. Мне очень, очень жаль.
Подняв на него взгляд, я увидела, что он переживает не меньше моего. Если бы он мог найти какой-то другой выход, обязательно нашел бы, но стоит кому-нибудь узнать, где мы, и этому человеку пути назад не будет. Такой участи для Бет я тоже не хотела.
Мы продолжали движение на юг и на рассвете добрались до Мэриленда. Утреннее солнце ярко освещало табличку с надписью «Эдем Поп. 793». Посреди дороги появилась полоса, засаженная деревьями, а за ней — железнодорожные пути. Кроме нескольких рекламных щитов и участка, отведенного для продажи тракторов, других признаков Эдема я не обнаружила.
— Интересное название, — заметила я.
— И подходящее к тому же, — с непроницаемым видом откликнулся Джаред. — Этот городок так же трудно найти, как и сад.
— Ха-ха, — едко сказала я. Шутка меня совсем не впечатлила. — Так мы наконец решили, куда едем?
Джаред улыбнулся:
— Теперь решили. Когда мы оказались на шоссе, ведущем к океану, я вспомнил об одном прекрасном месте.
— О каком же?
— Вирджиния-Бич.
— Никогда там не была, — с улыбкой сказала я.
Джаред поймал мой взгляд и ответил улыбкой на улыбку:
— Я решил, что здесь ты сможешь побыть некоторое время в спокойной обстановке, пока дознаватели разберутся в деталях происшествия. Когда они с нами свяжутся, а это обязательно произойдет, мы вернемся расстроенные и взволнованные.
Я нахмурилась. План Джареда не сработает. Что бы там ни было, но если полиция Провиденса клюнет на ту жалкую приманку, что мы ей оставили, подозрение на нас же и падет. Лофт Джареда уже один раз фигурировал в деле о пожаре, и полиция пришла к выводу, что виновник поджога — сам хозяин. Доказательств не было, поэтому никаких реальных обвинений тогда не выдвинули. Теперь под прицелом оказалась моя машина, так что Джареду снова придется объясняться с полицией. Если следователи узнают, что в момент взрыва мы находились рядом, они могут задержать нас по целому ряду причин. С каждой новой мыслью моя тревога усиливалась.
— Мне не впервой объясняться с полицией. Обещаю, тебе не о чем беспокоиться. Мы расскажем им свою версию и уедем в Иерусалим, как и планировали. Если я смог убить дюжину грязных копов за одну ночь и наши имена в этом деле не упоминались…
— Но ее семья. Пусть полиция не станет докапываться до самой сути происшедшего, но родственники Саши захотят получить ответы.
— Об этом позаботятся Райан и Клер. Родственники получат ответы, но такие, в которых не будет упомянуто ни обо мне, ни о тебе. Все знают, что у тебя есть личный охранник, Нина. Теперь всем станет ясно почему. Ты — главная мишень, а гибель Саши — побочное явление. Это на самом деле так. Единственная разница состоит в том, что нам не придется объяснять, почему мы скрылись с места преступления.
Джаред взял мою руку и поцеловал пальцы, а потом прижал к своей груди:
— Мне очень жаль Сашу. Она не заслужила смерти, но ты не должна обвинять в ее смерти себя. Если уж кто тут и виноват, так это я.
Я замерла:
— Как ты можешь такое говорить? Ты не мог знать…
— Я должен был знать. На ее месте могла оказаться ты.
От этой мысли мой муж помрачнел.
— Я рад, что это была Саша, а не ты. Понимаю, ты чувствуешь себя виноватой, мучаешься от мысли: а что будет с родными Саши, когда их известят о ее гибели. Но я хочу, чтобы ты вспомнила момент взрыва. Если бы в машину села не Саша? Милая, я бы увидел гибель своей жены и ребенка одновременно. Ты не можешь желать мне такого.
Джаред выпустил мою руку и утер слезы большим и указательным пальцем, а потом вздохнул:
— Я просто рад, что это была не ты.
Он покачал головой.
— Нам надо выявить всех, кто знает хоть что-то о чертовой взрывчатке, это уж точно. — Джаред отрывисто засмеялся, он выглядел измученным. — Я так сосредоточен на тебе и Горошинке, что упускаю из виду важные вещи, например бомбу в твоей машине. Бомба была связана с двигателем, то есть она не могла появиться в машине раньше, чем ты ушла в «Титан». Ее должны были установить, когда ты находилась в офисе. Бекс почувствовал бы опасность. Единственная возможность появилась у убийц, когда приехал я.
— Как это возможно? Ты сидел в «эскаладе» в нескольких футах от моей машины.
— Вот именно, — сказал Джаред, сильно нервничая. — Было трудно сфокусироваться, до того как…
— До того как что? — спросила я, догадываясь об ответе.
Джаред натренировался вызволять меня из разных передряг и не привык ошибаться. На мой вопрос муж ответил лишь вздохом, но вид у него был убитый. В этот момент я приняла решение. Я больше не хотела оставаться во тьме. Я уже мать. На кону стояло слишком многое, пришло время и мне взяться за дело во спасение наших жизней.