Чтение онлайн

— Я потребую повторить поединок, после того как родится Горошинка! — крикнула Клер.

— Ни за что! — отозвалась я и посмотрела на Джареда. — Она шутит?

Джаред пытался подавить улыбку:

— Конечно нет.

Его внимание привлекла «сентра» Ким, которая летела к нам по дороге на полной скорости.

Машина резко остановилась, из нее вышла Ким и громко хлопнула дверцей.

Джаред поднял руки:

— Я знаю, ты потеряла терпение, Ким. Мы уезжаем на следующей неделе, ты рада?

Когда Ким приблизилась к нам, я ахнула. Вся одежда у нее была в крови.

— Что ж, это просто отлично, Джаред. К несчастью для моего дядюшки, уже поздновато.

— Что случилось? — встревоженно спросил Джаред.

Бекс, Клер и Райан собрались рядом.

Райан взял Ким за руку, но она ее отдернула.

— Ким, что с тобой? — спросил он.

Ким не отрывала взгляда от Джареда. Глаза ее сверкали.

— Я говорила тебе, говорила, что надо вернуть книгу.

— Прости, Ким, — сказал Джаред.

— Твои извинения его не воскресят. Я помогла тебе, а когда настала твоя очередь, ты медлил, пока не убили того, кого я любила.

Она повернулась и пошла к машине.

— В воскресенье, Ким! — крикнул ей вслед Джаред. — Мы уезжаем в воскресенье.

Ким вскинула руку и ткнула средним пальцем в небо. Через мгновение она укатила.

— Бедная Ким, — сказал Райан. — Как вы думаете, что произошло?

Клер скрестила руки, провожая взглядом удаляющуюся «сентру».

— Они посылают знак. Демоны в своем истинном виде не смогли бы до него добраться. Должно быть, они спрятались в ракушки.

— В ракушки? — не поняла я.

— Они принимают человеческий облик, — пояснил Джаред.

Райан кивнул.

— Присваивают себе.

— Нет, надевают как панцирь, — хмуро сказала Клер. — Чтобы достичь цели, они вселяются в чье-нибудь тело на короткое время. Человек после этого ничего особенного не ощущает и даже вспомнить ничего не может.

Джаред потер шею сзади.

— Началось.

— Такое по силам только аду.

С этими словами Клер пошла к своему «лотусу».

— Хорошо, что я решил вернуться в колледж, — сказал Райан и направился следом за Клер. — Если бы мне пришлось просить лишние дни, чтобы съездить в Иерусалим, меня точно уволили бы.

Клер положила руку на плечо Райана:

— Тебя все равно уволили бы.

Райан мотнул головой:

— Да?

— Потому что ты сопляк.

Райан скинул с плеча руку Клер, а потом толкнул ее что было силы. Она не шелохнулась, только обернулась с довольной улыбкой.

— Я не сопляк. Это ты соплячка, — ворчал Райан, залезая в машину Клер.

Так много дел. Слишком много, слишком много. Я ворчала себе под нос и шипела, мечась по дому. Неделя — это мало, чтобы привести мою жизнь в порядок. Я носилась по комнатам, вниз и вверх по лестницам, стараясь маневрировать так, чтобы не задевать ни за что растущим животом. Он становился круглее и толще день ото дня. Я паковала вещи, а Агата оставалась сверхурочно, чтобы справиться со стиркой. Джаред сновал туда-сюда, приносил одежду и всякие медицинские приспособления. Я не отдавала себе отчета в том, что мой ребенок родится не в больнице и даже не дома, пока Джаред не позвонил одному приятелю и не попросил об одолжении — достать пакеты с физраствором, капельницы, иглы и препарат против свертывания крови. Горошинка появится на свет в темной пещере под Иерусалимом, вдали от современной медицины, зато вне достижимости для сил ада.

Семь дней — недостаточный срок, но мы знали, что демоны перевоплощаются, а значит, семь дней — это очень много. Любой, с кем мы входили в контакт, мог попытаться убить нас. В каждом человеке таилась угроза. Бет, Чед, даже Райан или моя мать — все опасны. От мысли, что в мою мать может вселиться демон, холодела кровь. Она и в человеческом обличье была страшна.

Надо сообщить Гранту, что скоро я уеду и буду какое-то время отсутствовать. Но что-то удерживало меня от звонка. Теперь я знала: он арх, отпавший арх, и от этого чувствовала неловкость. Я иногда обходилась с ним грубо, обижала его. Кажется, пребывать во тьме неведения — это основной сюжет всей моей жизни, но на этот раз я ощущала себя так, будто меня предали все. Не говоря уже о том, что существовавшее между нами вечное соперничество закончилось навсегда. Он выиграл. Каждый его укол в мою сторону, каждая попытка флиртовать со мной подстегивали меня, и я играла ему на руку. Осознание этого делало дальнейшие разговоры с Грантом очень непростыми. Придется признать поражение, и это станет последним моим унижением. Ну уж нет. Этого не будет. Джаред его лучший небесный друг. Вот пусть и поговорит с Грантом.

— Любимая? — позвал меня Джаред из прихожей.

Я засунула в чемодан еще что-то из одежды и застегнула молнию.

— Я здесь.

Он кашлянул.

— Знаю. Звонил Бекс. Грант позаботится о маме. Он сказал, что хочет поговорить с тобой.

— Говори с ним сам. Тебе известны подробности о нашей поездке.

— Но мне неизвестны подробности о «Титане». Грант просил, чтобы ты заехала вечером. Я отправлю с тобой Бекса, а сам пока съезжу к другу в клинику и заберу то, что просил у него, а потом буду рядом.

— Джаред…

Муж прижал меня к себе, обнял. Только сейчас я поняла, почему его кожа не казалась мне такой теплой, как обычно: видимо, я сама приобрела это свойство гибридов — слегка повышенную температуру тела. Когда родится Горошинка, от этой особенности мне бы хотелось избавиться, исходившее от Джареда тепло всегда меня так успокаивало. А теперь это ушло, и мне стало немного грустно.

Бекс влетел во входную дверь, взбежал по лестнице и остановился прямо перед нами.

Джаред встревожился:

— Что? Что-то с мамой?

— Нет. С чего ты взял?

— С того, как ты ворвался в дом и несся по лестнице.

Бекс пожал плечами:

— Я не знаю. Просто мне хотелось пробежаться. Что тут такого?

— А то, что человек, которого мы любим, может погибнуть в любой момент. Не поступай так со мной.

— Хорошо, хорошо, — ответил ошеломленный Бекс. — Извини меня.

Джаред, громко топая, спустился по лестнице и закрыл за братом дверь.

— Я ничего плохого не хотел, — пожаловался Бекс.

Положив руку ему на плечо и легонько сжав ладонь, я сказала:

— Ничего, Бекс. Думаю, он забывает, что ты еще ребенок. Ты все делаешь правильно.

Наполовину обиженная, наполовину благодарная улыбка Бекса показала, что мое сюсюканье его приободрило. Он подождал, пока я оденусь, а потом сел за руль и подвез меня на моем «бимере» до Кеннеди-Плаза.

— Ты очень похож на своего брата, — сказала я Бексу, когда он открыл для меня дверцу машины.

— Хотел бы я, чтобы и он это замечал.