Чужой
Шрифт:
– Как странно… - Я задумался, переваривая услышанное.
Тут мы въехали в резервацию, и я все-таки испытал шок, несмотря на сниженное восприятие.
Гордейцы были повсюду! Я не преувеличиваю - на самом деле повсюду!
Мы ехали среди мертвых нагромождений, но кроме нас вокруг были сотни машин, а по дорожкам ходили сотни… Нет, тысячи гордейцев!
– Что случилось?!
– закричал я.
– Почему все гор… го… горожане вышли нас встречать?! Откуда вас столько?
– Ты чего?
– Лина посмотрела на меня как-то странно.
– Почти и нет никого. Вот если в час пик попадем, то увидишь, что такое по-настоящему "много". Сиди спокойно. И ботинки надень обратно…
Я сосредоточился и еще сильнее погасил остроту восприятия. Так сильно, что если еще немного, то просто засну…
Да, так лучше… Теперь я спокойно рассматривал город и его жителей. Вокруг были в основном гордейки. Они почти не отличались от людиц, разве что были в одежде и на голову-полторы пониже.
А вот гордейцев совсем мало. И какие-то они… мелкие что ли?… Даже по сравнению со снующими вокруг гордейками! Я прикинул, что большинство из них будет мне по пояс. А вот большинство гордеек, - и моя любимая в том числе, - по грудь.
– Слушай, Митчел, ты чего-то совсем вялый стал. Может, правда, отравился с непривычки? Нет, ну на кой мне такие приключения?! Давай, выбирайся, приехали уже. Быстрее, дома кондиционер. Он воздух очищает, придешь в себя…
Я хотел сказать, что вялый не от воздуха, но она вытащила меня из машины и повела куда-то. Я послушно шагал, не обращая внимания на кошмар вокруг.
Похоже, я все-таки немного отключился, потому что когда пришел в себя, то города вокруг не было.
– А где небо?
– спросил я и сел.
– Какое тебе небо в квартире?
– раздался голос любимой.
– Очухался? Все-таки зря я тебя из леса привезла. Ну да ты сам напросился…
– Да нет, все хорошо! Просто я восприятие снижал, чтобы сознание не искажалось. Шок - это плохо. А когда мы в какую-то коробку забрались, то я немного отключился…
– Ну да, в лифте ты и обмяк, - кивнула она.
– Тащила тебя до квартиры, словно жена пьяного мужа с субботней пирушки.
– Лифт - это ужасно!
– содрогнулся я, вспоминая маленькое замкнутое пространство.
– Зачем он?
– Ну, не пешком же подниматься…
– Можно было смерцать… Хотя мы в одежде. Как же в ней неудобно!
– Теперь можешь снять.
– Правда?! Я радостно стал срывать с себя одежду. От нее отскакивали маленькие круглые штучки и весело разлетались по сторонам.
– Что ж ты делаешь, гад?!
– закричала Лина.
– Я же на прокат взяла!…
Но я успел сбросил всю эту гадость и теперь мог добавить чувствительности, чтобы лучше понимать, что происходит вокруг.
И понял! Надо мной действительно не было неба! А вокруг - мертвые, тяжелые стены! Я был в коробке, почти такой же страшной, как лифт, только побольше. Я ощутил, как вся эта мертвая масса давит на меня!…
Упал вниз, но там, вместо травы было что-то похожее на нее, но… мертвое!
– Ковер не испорти!
– услышал я перед тем, как снова отключил внешние чувства. Внутри боролись отвращение, страх и любовь.
Я слышал, как откуда-то, словно издалека, звучали слова:
– Ты так и будешь теперь отключаться каждые пять минут?! Ау, как там тебя? Мяу-мяу, вставай!
– Сейчас… - прошептали мои губы. Я быстро перестраивался. Теперь, когда снова включу внешние чувства, для меня будет существовать только она. Лина. А все, что вокруг, будет, словно в дымке. Как несущественный фон, мираж…
Я открыл глаза, сел.
Улыбнулся и сказал:
– Я хочу любить тебя, Лина!
– А сможешь?
– она с сомнением оглядела меня.
– Мне кажется, что тебя надо обратно в лес везти, пока окончательно не окочурился.
– Нет, все хорошо.
– И правда. Порозовел. Лыбишься, как кот на сметану… Ладно, я сейчас…
Она исчезла. Мне показалось, что она смерцала куда-то, но на самом деле просто ушла ногами. Из-за того, что обстановка вокруг перестала меня трогать, казалось, что Лина, - единственно реальный субъект в атмосфере фантасмагории, - перемещается сама по себе.
Я услышал шум воды и пошел на него. Препятствие. А за ним и правда, словно речка с небольшим водопадом.
– Там у тебя озеро для любви?
– спросил я.
– Пусти меня.
– Для любви тесновато, - раздался голос из-за препятствия.
– Так что это "озеро" только "для помыться". Потерпи, я скоро…
Вдруг она появилась. Без одежды. Как настоящая людица, только волосы зачем-то вырастила внизу…
– Ну, пойдем покувыркаемся?
– сказала она и потащила меня куда-то.
– Только давай по быстрому, а то я хочу еще на работу успеть.
Мы снова переместились туда, где я перестраивался. Она легла и стала смотреть на меня, словно чего-то ожидая.
А я любовался на мою Лину. Честно говоря, она была не такая красивая, как людицы, но ведь любовь не выбирают по красоте или чему-то еще. Любовь просто случается. И тогда уже внешнее служит ей. Поэтому именно Лина для меня самая красивая, несмотря ни на что!
– Ну и что ты стоишь, как памятник?
– сказала прекрасная Лина.
– Любуюсь на тебя.
– Молодец. Полюбовался? А теперь за дело.
– Я должен что-то делать?
– Ну вот, приехали! А кто рвался меня любить?! А как до дела дошло, так в кусты?!
– Где кусты?
– удивился я.
– Не увиливай! Давай, люби, а то уже вся горю, на тебя глядя. У нас уж давно такие мужики повывелись.
– Любить?
– Да! Давай, сожми меня, котяра ты лесной!
– Она как-то странно задышала.
– А как же любить, когда нет солнца, озера, водяных брызг и свежего ветерка?
– растеряно спросил я.
– Душа ведь не раскроется…