Черная шкатулка
Шрифт:
Как мне хочется услышать, когда ты уже скажешь:
трава, вода, лепешка…
А я спрошу тебя, Рыбочка: «Кем ты станешь?» Спрошу:
«Кто ты? Кто ты, мой неизвестный, мой гость, моя радость?»
Неужели ты станешь обыкновенным мужичищей,
от которого разит войною, злобой и рисовой водкой?
Казармами для резервистов? Выплюнутой кровью?
Неужели наступит время, и ты тоже кому-нибудь скажешь
испитым сиплым голосом: — А ну катись, ублюдок, пока не выбил зубы!..
Кто ты, Рыбка? Немая золотая рыбка,
которая с меня не сводит раскосых глаз моей любви?
мудрые изречения
В один прекрасный день человек узнаёт, что он
представляет поколение. Начинает носить ковбойку или
«конский хвост», или томик Рембо, или золотой крестик,
или шляпу с широкой лентой, или гитару и кеды.
Отец нас не понимает, он — другого поколения.
Отец считает, что надо рано ложиться
и вовремя вставать.
Кто раньше встает, больше берет.
В знании — сила.
Без труда не вытащишь и рыбку из пруда.
Любовь зла…
От добра добра не ищут…
Как аукнется, так и откликнется…
Сколько веревочке ни виться…
Не рой яму другому…
И «не высовывайтесь из окна», и «не разговаривайте
с водителем», и не встречайтесь с незнакомыми мужчинами.
И вообще глядите в оба. Ясно?!
Каждое новое поколение могло бы вступить в жизнь,
вооруженное до зубов опытом родного отца и деда.
Но оно всякий раз хочет все испытать с самого начала.
радио
На земле нет радиостанции,
которая бы передавала
надежды и страхи бессонной ночи,
голову, взметнувшуюся над подушкой,
босые ноги, опускающиеся на холодный пол,
жаркий ночной шепот,
скрип двери, щелчок выключаемого ночника,
вопросы, обращенные во мрак за окном:
Когда ты вернешься? Где ты?
Почему ты не ешь? Что с тобой?
У радио своя программа:
духовая музыка, потом «Героическая»
и снова духовой оркестр.
игра
Больше всего на свете люди обожают играть в шарики —
глиняные, стеклянные, серебряные, золотые…
Больше всего на свете люди обожают играть с шариком
в стволе — ведь и пуля прежде была круглой.
Ну, а затем с большим шаром, на котором мы живем —
по сути дела без квартплаты и домохозяина.
Он необыкновенно терпелив, этот шар,
добрый и снисходительный, точно старая кобыла к детям.
Возит нас на себе
и делает все, что может,
чтобы мы не свалились.
Так будем держаться, дети!
солнышко
Дети — создания маленькие и любят все уменьшительное.
Чтобы казаться больше, каждый ребенок хочет чего-то совсем крошечного.
Солнце дети называют солнышком,
и это так трогательно:
одно солнечное пятно во много раз больше,
чем вся наша смешная планета.
Однажды одна японская девочка посмотрела в небо и сказала:
— Мама, смотри! Грибочек!
дороги
Не знаю: это уже случилось? Или только случится?
Был один человек, который думал, что все дороги ведут
в Рим. Один из многих справедливых, что живут среди нас
и пословицы понимают не образно, а буквально.
И вот он шел и шел, а в Рим никак не мог попасть.
И все же верил, что дороги созданы для того,
чтобы прийти туда, куда захочешь.
И вот он шел и шел, но каждый раз оказывался там,
где вовсе не хотел быть.
Уж и не знал бедняга, что делать…
Однажды в одной свежеоккупированной стране он вышел из строя,
брякнул оземь каску, вылил ром из походной фляги,
низко поклонился женщине, что стояла рядом,
и помог ей нести ребенка, и сказал:
— Простите, сударыня, но то, что я здесь —
это по недоразумению. Вы бы не могли посмотреть на меня
хоть чуточку приветливей? Между прочим,
я ведь хотел в Рим. И без винтовки…
Эта история могла окончиться грандиозным международным скандалом.
К счастью командир взвода сержант Цайтгаммель сразу же нашелся
и вовремя выстрелил, и срочно велел закопать труп.
И все были дико злы за ром, вылитый на дорогу.
герр профессор
Что за чертовщина, почему это мой пулемет не стреляет?
Вчера я его начистил до блеска, весь промазал,
и утром он стрелял, точно соловей, пускающий трели.
Что за ерунда? Ну и жизнь!
Полевая почта не работает, повар ворует, а тут еще
этот дурацкий пулемет.
Это все проклятые оружейники, даже не дадут пострелять
как следует.
Ужасно люблю палить из пулемета. Сразу вспоминаю,
как поливал наш сад.
Человек, он тоже вроде цветка.
Его тоже можно полить. Свинцом.
Наконец-то! Заработал!
ну и что ж?.
Жил-был один швейцарец.
Вот чудак — математик.
На электронной машине
он подсчитал,