Чтение онлайн

Романа совсем не удивили ни условия сделки, ни характер вознаграждения.

– Собираетесь заняться торговлей?

– Вряд ли. Меня больше интересует исследование планет средней удаленности, в пределах ста-двухсот световых лет. Научная работа вроде того, чем занималась «Дружба» во время первой экспедиции. Может быть, с целью подыскать планеты, подходящие для колонизации. Для людей, которые не против того, чтоб оказаться в некоторой изоляции. – Губы Феррола искривила ироническая усмешка. – Кто знает? Может, я и сам где-нибудь там осяду. Сенат наверняка не откажет мне в помощи, лишь бы я убрался подальше… А что вы будете делать? Вернетесь в Звездный флот?

– Если Сенат не сочтет, что меня лучше использовать на дипломатической работе, – ответил Роман. – Но это маловероятно. Скорее всего, пошлют снова охранять границы – как только «Дружбу» расформируют.

– Не слишком удачное место, если дело все-таки дойдет до войны, – заметил Феррол. – Особенно для такого человека, как вы, которому претит сама мысль сбивать темпийские корабли.

– До войны дело не дойдет, – покачал головой Роман. – По крайней мере сейчас.

Феррол пожал плечами.

– Прошу прощения, но я не слишком верю, что темпи в ближайшее время пересмотрят свое отношение к человечеству.

Роман снова покачал головой.

– Вы не поняли сути, старший помощник. Я не рассчитываю на то, что произойдет психологическая переоценка; я рассчитываю на очень практичный просвещенный эгоизм.

– Думаю, для темпи не существует такого понятия, как просвещенный эгоизм, – фыркнул Феррол.

– Вот тут вы ошибаетесь, – возразил Роман. – Ведь что такое выживание видов? Делай то, что лучше соответствует интересам расы. Для темпи это всегда означало минимум воздействия на окружающую среду и одновременно максимум выгоды, которую можно из этой среды извлечь. Думаю, именно в этом состояла суть нашего конфликта: они считали, что человеческий подход, в отличие от их собственного, не только бесцеремонен, но и не приносит особой пользы. Теперь, когда становится ясно, что мы со своей технологией можем оказаться полезными для них, они почти наверняка снизят накал критики наших методов. Нет, они, конечно, по-прежнему будут многим недовольны, но выражать это станут более дипломатично.

– Ну, вы размечтались, – покачал головой Феррол. – Темпи никогда не смягчали своей этической позиции ради выгоды.

– Еще как смягчали, – улыбнулся Роман. – По какой другой причине, по-вашему, проблемы совместно используемых миров до сих пор так и не привели к взрыву?

Феррол удивленно посмотрел на него.

– Вы меня совсем запутали.

– Ну, вспомните хотя бы о ситуации после получения сообщения о том, что «Дружба» должна спасать экспедицию Ловри в непосредственной близости от звезды, которая вот-вот должна была стать новой. Мы сразу предположили, что это объявление войны. И вот прошел год, а взрыва все еще не произошло. Почему?

Феррол подозрительно уставился на него.

– Не хотите же вы убедить меня в том, что войну остановила программа размножения звездных коней?

– Именно это я и хочу сказать. Внезапно стало ясно, что если они будут и дальше громко возмущаться нашим поведением, то рискуют потерять кое-что чрезвычайно ценное: детенышей звездных коней, которых до того у них не было, несмотря на годы поисков. А нынешний случай со средством, отпугивающим «акул», еще более показателен. Смотрите: средство, отпугивающее «акул»; средство, отпугивающее «грифов»; стимулирование рождаемости звездных коней… да мало ли что еще мы в состоянии придумать, если умеем взламывать молекулярные коды пота. С другой стороны, более близкие взаимоотношения с темпи будут расширять для нас доступ к звездным коням и, соответственно, все вытекающие из этого преимущества.

Взгляд Романа переместился к обзорному окну. Там в тусклом свете красного солнца была видна спасательная шлюпка «Дружбы», скользящая вдоль тела мертвой «акулы» и собирающая ее драгоценный пот.

– Вселенной движет экономика, Чейни, – сказал он. – Не этика, не риторика, не общественное мнение, а холодная, неумолимая экономика. Если в результате окончания конфликта обе стороны получат выгоду, политики всегда найдут способ свести конфликт на нет. Если одна из сторон убеждена, что война потенциально выгоднее, значит, будет война. Вся человеческая история подтверждает это, и я не вижу причин, по которым сейчас что-то должно измениться.

Феррол присвистнул.

– Никогда не предполагал, что ваш взгляд на вселенную столь циничен, капитан.

– Может быть, – пожал плечами Роман. – Однако я всегда считал, что прямой отказ взглянуть в лицо неприятным фактам не спасает вас от их последствий, а лишь мешает использовать ситуацию конструктивно. Конечно, я предпочел бы, чтобы мир с темпи был построен на чем-то более возвышенном, чем деньги. Но лучше так, чем вообще никакого мира. Все остальное приложится – и общественное мнение, и политическое единение, и прочее. Так всегда происходит… если экономика позволяет выиграть время. – Он насмешливо вскинул бровь. – Поэтому не торопитесь хоронить себя на заброшенной планете, когда заработанные вами звездные кони доставят вас туда. В ближайшие несколько лет нам понадобятся люди вроде вас – способные пойти против инерции общественного мнения ради того, во что верят. Феррол криво улыбнулся.

– Даже если эти люди когда-то верили в такие вещи, как война, боевые звездные кони и геноцид?

Роман пожал плечами.

– Как верно заметила лейтенант Кеннеди, это конец эпохи.