Чтение онлайн

Дверей он достиг быстро – все, кто находился между ним и выходом, с величайшей готовностью расступились, создав широкий проход. В зале было почти тихо, когда зашипела открывающаяся дверь и Родо выбросил парочку на улицу.

Когда дверь закрылась, шум опять поднялся до обычного уровня, а Мима вернулась к заказу. Никто не пострадал, поэтому не возникало надобности обращаться к властям. А если у солдат хватит глупости вернуться с товарищами, и они решат воспользоваться своим положением "защитников Империи"... ну что же, на нижних уровнях всегда можно найти поддержку против подобной навязчивости.

Мима вздохнула. Когда она только начинала работать официанткой в забегаловке "У Виллиная", на нижних уровнях Корусканта, в Кривогороде, большинство имперских солдат ещё были клонами, и все они без исключения были уравновешенны и вежливы. Хватив лишнего, они само собой становились пошумнее, но сами никогда не создавали проблем и всегда без колебаний помогали выпроводить того, кто их создавал. По слухам, их каким-то образом программировали, чтобы они выказывали враждебность только по отношению к неприятелю. Так или иначе, работать с клонами было приятно.

Но то было раньше, а не сейчас. Может, она и смотрела на прошлое сквозь розовые светофильтры, но, на её взгляд, сейчас изменилось многое. Теперь редкий вечер обходился без нового конфликта, и Родо работал не покладая рук, вышвыривая расходившихся пьяниц.

Мима как раз встряхивала приготовленный "банта-бластер", когда заметила ещё одну пару клиентов. Они не шумели – наоборот, были слишком тихими. Мужчина и женщина человеческой расы – как и большинство посетителей в это время суток – одетые в неприметные чёрные спецовки, сидели лицом к лицу за двухместным столиком в углу, не спеша потягивая из кружек мемброзию. Похоже, оттуда они могли наблюдать за залом, не бросаясь в глаза.

Мима не заметила, чтобы они смотрели прямо на неё, но у тви'леки было чёткое ощущение, что она их интересует особо.

Родо опять пристроился рядом – будто у стойки припарковался тяжёлый краулер. Он осмотрел зал, выискивая очаги новых конфликтов. Пока ничего подобного не наблюдалось.

Мима закончила "бластер" и поставила коктейль на стойку.

– Эль-девять, заказ!

К бару подкатился новый дроид-официант, похожий на мусорное ведро на колёсах (его модель она никак не могла запомнить).

– Понял, босс, – чирикнул он. Схватив раздвижными манипуляторами поднос, дроид поставил его на магнитный держатель в голове и отправился разносить напитки.

Мима подошла к другому концу барной стойки.

– Родо, видишь двоих в чёрном, вон там, в углу?

Родо ответил, не глядя ни в ту сторону, ни на неё:

– Ага.

– Знаешь, кто они?

– Кто – не знаю. Никогда раньше их не видал. Хотя догадываюсь, откуда эти парни...

И умолк. В конце концов Мима потеряла терпение:

– Может, просветишь?

Он слегка улыбнулся. Тви'лека знала, что нравится ему, но он никогда не делал попыток сблизиться. И никогда не сделает.

– Опера из имперской разведки.

Она удивлённо нахмурилась. Интересно, что парочка "глаз императора" делает в её кантине? Её бар предназначен для работяг, и навряд ли здесь могла развернуться сложная афера или шпионская интрига. В конце концов, большинство обитателей Южного Подземелья не смогут даже выговорить слово шпионаж, не то, что им заниматься.

– Ты уверен?

– Более чем. Они за кем-то следят. Хочешь, я потолкаюсь вокруг и проверю?

Она покачала головой.

– Нет. Неприятности нам ни к чему. Просто не спускай с них глаз.

Родо занялся своим делом.

– За это ты мне и платишь, леди-босс.

Система Хоруз, ИЗР "Стальной коготь", офицерские казармы

Главный старшина Тинн Гренит спустил ноги с койки и встал на холодный металлический пол. Это довольно быстро его разбудило. Надо бы коврик постелить. Тинн собирался это сделать с тех пор, как восемь недель назад его назначили на этот корабль, но был постоянно занят более важными делами, а ни С'рейна Друта, ни Вилвели – других старшин, деливших с ним каюту – холод, похоже, не беспокоил. Ну конечно, ступни Друта скорее походили на подушки, а Вилвели привык к гораздо более низким температурам, поэтому, насколько знал Тинн, проклятый пол его ногам казался тёплым. На этой неделе они дежурили в ночную смену, поэтому возвращались в каюту, как раз когда он заступал на пост.

Тинн мысленно пожал плечами. Когда-нибудь он это сделает. Может, подкатить к той алдераанке, которая в свободное время занималась вязанием, чтобы сделала на пол коврик из синтешерсти – не такой уж нужен и большой. Он всегда мог уговорить любую женщину на что угодно.

Тинн прошлёпал по коридору к санузлу, быстро принял акустический душ, побрызгал щетину депилятором, вытерся насухо и, завернувшись в полотенце, пошёл надевать форму.

Тинну Грениту было далеко за пятьдесят, но для своего возраста он находился в очень хорошей форме. У него имелось несколько несглаженных шрамов, оставшихся от боёв, когда его батарея попадала под вражеский огонь, или когда что-то выходило из строя и взрывалось, и парочка отметин от кантинных потасовок, когда он не успевал убраться с пути разбитой бутылки или виброножа. Он всё ещё оставался поджарым и мускулистым, и водил дружбу с техниками вдвое моложе себя, хоть и не так запросто, как привык. Времена, когда он мог пить всю ночь, а потом отпахать полную смену, миновали, это верно, но даже новички знали, что на полосе препятствий перед ним лучше не становиться, если не хочешь быть раздавленным. Он мог гордиться, что и сейчас, когда он прослужил уже более тридцати лет, никто из артиллерийского расчёта под началом Тинна Гренита не мог ни перепить, ни побороть его, ни превзойти по числу любовных интрижек.

Он натянул самую старую форменку, некогда светло-серую, а теперь выцветшую до грязно-белого цвета. Всё равно он сегодня весь вымажется и провоняет, так что нет смысла портить новую. Сверху просочились слухи, что в середине смены будет ещё одна внеочередная учебная тревога. Командир тяжёлой бластерной батареи левого борта, капитан Нэст Хоберд, и помощник адмирала подполковник Луэ были собутыльниками: в результате расчёт ТББ-Л всегда знал, если намечалась учебная тревога или инспекция. Капитан хотел, чтобы вверенное ему подразделение было на хорошем счету, и, поскольку они всякий раз заранее знали, к чему готовиться, они всегда были на хорошем счету. Они начисто вылизывали орудийные башни всех шести турболазеров и двух тяжёлых ионных пушек так, что на них не оставалось и пятнышка грязи. В дни, когда проходила инспекция, с пола поста управления огнём смело можно было есть. Когда объявляли боевую тревогу, батарея левого борта первой докладывала о готовности к бою. Всегда.

Считалось, что у Хоберда большие перспективы, и "цирковые" представления, которые он и всё его подразделение безукоризненно разыгрывали во время проверок и учений, поддерживали это мнение. Конечно же, в расчёте не было неумех. Нельзя стрелять из большого орудия, если перед этим хорошенько не потренируешься на маленьких, и любого, кто не справлялся с работой, Тинн вышвыривал мгновенно. Он дорожил репутацией. Главстаршина Тинн Гренит был лучшим во флоте командиром артиллерийского расчёта. Если дать ему цель, которую можно поразить, команда её поразит. Это так же верно, как то, что на Кристане-5 живут маленькие зелёные человечки.