Шрифт:
Кетрин Шен
Золотко
I
Колтрейны были известны на западном побережье своим огромным состоянием и связями с итальянской мафией. Сам Бобби Колтрейн часто появлялся в компании людей, которые бросали тень на его репутацию. Но он утверждал, что не смешивает дружбу с бизнесом и не имеет никакого отношения к отмыванию грязных денег. Так или иначе, однако ему несколько раз приходилось давать показания на сенатской комиссии и перед большим жюри. Именно тогда его жена Шейла, познакомилась с простым полицейским, которого вызвали в министерство юстиции. Несколько месяцев длился тайный роман. Потом всё раскрылось. Колтрейн пообещал всё забыть, если она никогда больше не увидится с тем, другим мужчиной. Шейла решила сохранить брак и сделала так, как он хотел. Какова бы ни была страсть, но двадцать лет совместной жизни трудно перечеркнуть. И потом, их связывали дети. Старший, Джейсон, уже учился в колледже. Майкл заканчивал школу.
Но жизнь так и не вошла в нормальное русло. Через некоторое время Бобби Колтрейн погиб при загадочных обстоятельствах, а ещё позднее оказалось, что Шейла ждёт ребёнка. И хотя об этом никогда не говорили вслух, но правда была слишком очевидна для всех. Это был плод недозволенной любви. Всё это сказалось на здоровье Шейлы и родов она не пережила.
Так на свет появилась Френсис. Все заботы о ней легли на братьев. Поначалу для них это было слишком тяжело, ведь кроме новорожденной сестры на них свалилось и огромное состояние, которым надо было управлять. Но постепенно они привыкли к ответственности и очень привязались к малышке. Эта девочка с кукольным личиком и золотистыми кудряшками не могла не завоевать сердца своих близких. Она сразу стала всеобщей любимицей. Братья заботились о ней и баловали. В семье её часто называли Золотком. И это имя прочно закрепилось за девочкой. Тени прошлого не коснулись её безмятежного детства.
Голди росла и прибавляла хлопот своей семье. Она рано стала проявлять интерес к противоположному полу. Но особым постоянством не отличалась. То ей нравился один, то другой. Это вызывало беспокойство у её братьев, которые чувствовали ответственность за неё. Особенно переживал Джейсон. Теперь, когда он полностью контролировал семейный бизнес, ему вовсе не хотелось иметь проблемы в семье. Майкл хотя и был более либеральным в своих взглядах, но во всём соглашался с братом.
А тем временем Голди, которой только исполнилось шестнадцать лет, встречалась с двадцатилетним теннисистом, уже довольно известным в спортивных кругах и скандальных хрониках. В нём было всё, что нравится женщинам: смазливое лицо, красивое тело и умение обольщать. Клайв Свенсен умел быть милым и обходительным. И Голди влюбилась.
Они часто катались на его спортивной машине, ходили на дискотеки в дорогие клубы. Но Свенсен хотел большего. Как-то он подъехал к её школе, когда она уже выходила с занятий.
– Голди, малышка!
– позвал он её, приподнявшись с сидения машины с откинутым верхом, - Я за тобой!
– Меня ждут дома. Сейчас за мной приедет лимузин, - ответила девушка.
– Но ты уже не маленькая. Почему ты терпишь, что братья распоряжаются твоей жизнью?
– А я и не терплю, - ответила её задетая гордость и она запрыгнула в машину, - Куда едем?
– Сюрприз.
Клайв подвёз её на Родео Драйв к большому многоквартирному дому.
– Здесь живёт мой друг. Я хочу тебя с ним познакомить.
– А кто он?
– Спортсмен, но не очень известный.
Квартира друга могла произвести впечатление даже на Голди, которая привыкла к самому лучшему. В ней было много дорогих и антикварных вещей. А уютная обстановка способствовала расслаблению.
– Кажется его нет дома, - сказал Клайв, обойдя все комнаты, - Но это не важно. Мы можем провести время и без него. В конце концов, нам не так часто удаётся побыть наедине.
– Я не совсем понимаю, что мы будем делать?
– спросила Голди.
– Подождём его. Когда-то же он вернётся. А пока посидим, выпьем чего-нибудь.
И он тут же вынул из бара бутылку шампанского. А в комнате на столе уже стояли фрукты и два бокала. Голди не была настолько наивной, чтобы не понять его уловок. Но Клайв нравился ей. И лишь смутное чувство того, что за некоторые рамки выходить всё таки не стоит, удерживали её от безрассудного поступка.
После двух бокалов голова пошла кругом. Стало жарко. Голди скинула свитер. Клайв подсел ближе и начал целовать её медленно и нежно.
– Не бойся, - шептал он, - Я всему тебя научу.
– А если я этого не хочу, - попыталась воспротивиться Голди.
Но он стал целовать её ещё нежнее и ей было это приятно. Потом он встал, выпил залпом ещё один бокал шампанского, и сказал:
– Здесь прекрасная большая ванна. Давай искупаемся.
– У меня дома ванна ещё лучше, - отказалась девушка.
– А я не откажусь освежиться.
Он ушёл. Голди задумалась: "Что я здесь делаю? Надо смываться отсюда пока не поздно. И всё же он такой милый. Может быть пусть всё происходит само собой..."
– Эй, малыш!
– послышался голос Клайва, - Иди сюда.
– Зачем?
– насторожилась Голди.
– Ну, иди же!
Она пошла. Клайв сидел в ванне, укутанный белой пеной.
– Подойди поближе, пожалуйста, - серьёзно сказал он.
Но только она приблизилась, как он схватил её за руку и свалил в воду.
– Что ты делаешь?!
– закричала она, но тут же разразилась смехом.
Он тоже смеялся. Они стали хлюпаться водой. И только тут Голди осознала, что Клайв абсолютно голый. Неизвестно почему, но она вдруг испугалась и вылезла из ванной. Мокрая одежда неприятно прилипала к телу. Он последовал за ней.
– Я вся мокрая, - произнесла она немного растерянно.
– И такая красивая, - добавил он.
Она посмотрела на его тело с любопытством. Некоторых деталей ей ещё не доводилось видеть. И это приводило её в трепет. Шлёпая мокрыми ногами по мраморному полу, он подошёл и подхватил её на руки.
– Ты сводишь меня с ума, - прошептал Свенсен и понёс её в комнату.
Голди не знала, что делать. С одной стороны она твёрдо усвоила правила морали, но с другой - она была влюблена. Тем временем Клайв опустил её на кровать с водяным матрасом.
– Ты замёрзла, малышка. Я о тебе позабочусь, - сказал он, снимая с неё мокрые вещи.
Она почувствовала как сильная дрожь пробирает её тело, толи от холода, толи от страха. Теперь уже оба они были совершенно голыми. Чтобы согреться он налил ей ещё шампанского. Голди ощутила лёгкое головокружение. Закутавшись в тёплое одеяло, она почувствовала, что засыпает. Ей были приятны его ласки, но что-то внутри протестовало против происходящего и она прошептала: "Нет, Клайв, не надо".
Он отстранился.