Шрифт:
Глава 1
Сказать, что я был удивлен как звонком, так и последовавшим предложением, было несколько неуместно. Учитывая уже подозреваемые мной связи кровавого культа на самом верху Российской Империи, осведомленность этой братии не вызывала вопросов. Поэтому выбор времени для звонка и предложение встречи были не столько ожидаемы, сколько именно неудивительны.
Вряд ли у культа каждый день находится кто-то, кто сбегает с алтаря, а затем активно помогает Службе Имперской Безопасности отыскивать следы и объяснения действий магов крови. Кроме того, я уверен, что в Кремле у них есть свои люди, и о тех артефактах, что я изготовил для правящей семьи, узнали.
И, похоже, способность создать защиту от магии крови заставила культ встретиться со мной поскорее.
У Моровых была своя специфика, что автоматически накладывало определенный отпечаток на отношение ко мне. Однако именно я, как Иван Владимирович, не мог похвастаться реальным опытом противостояния с культом. И если не знать, что на месте вчерашнего подростка Верховный маг, перспективного молодого человека можно не только попытаться задурить, но и завербовать.
Ведь если это не русский кровавый культ делал то, чему я стал свидетелем, а, например, кто-то из заезжих европейцев, на них можно валить любые собственные преступления.
Если бы я был главой культа, промыть мозги одаренному артефактору определенно бы попытался. Вся задача лишь в том, чтобы подтасовать факты и заинтересовать обещаниями молодого человека, который только начинает свой собственный путь.
Но самое смешное, что ни Екатерина, ни кто-либо еще из Службы Имперской Безопасности не заинтересовался звонком мне посреди ночи. Государь дошел до того, что боится своих дворян, а тем временем кровавый культ проник настолько глубоко в его собственное ведомство, что просто стирает следы своего общения с благородным сословием. Как доказать, что разговор имел место, если звонок нигде не зафиксирован?
Так что, выпив утренний кофе и съев несколько сырников с изюмом, я приступил к своим делам. Встреча назначена на полночь, и у меня есть немного времени, чтобы подготовиться.
Это культ или, как Владимир назвал свою организацию, ковен, идет вербовать нового сторонника. У Верховного мага все же немного другие планы.
Дел предстояло немало.
Во-первых, изобретенное заклинание, высасывающее силу из чар магии крови, нужно было внедрить в систему защиты дома. И как-то его назвать, кстати говоря. Алое зеркало?
Во-вторых, обеспечить этим алым зеркалом самого себя. На предстоящих переговорах меня вряд ли попытаются убить сразу. Но я-то не разговоры иду вести. И культ будет вынужден бить в ответ.
С самого первого дня, как я оказался в этом мире, я получил не только наследие в виде титула, особняка и фамилии. Но и то, что за этой фамилией стояло.
Личность Ивана Владимировича никуда не делась, она слилась с моей, и врожденное желание избавить если не весь мир, то хотя бы Российскую Империю от кровавого культа благотворно легло на отвращение Верховного мага к тем, кто этой магией пользуется.
Можно сказать, что если раньше я презирал магов крови, как дикарей, обращающихся к силам, которые они не понимают и не умеют контролировать, то теперь я их ненавидел.
Не так, чтобы лишится сна. Но достаточно для того, чтобы убивать всякий раз, как представляется случай.
Никто не щадит тараканов, увидев их на своей кухне. И моя кухня — Российская Империя. Да, пока что я не тяну и на шеф-повара в этой аналогии, однако даже кухонному работнику радости от такого соседства не будет.
Так что первую половину дня я потратил на то, чтобы к запонкам с защитой от четырех самых распространенных стихий и перстню с динамическим щитом добавить нательный крест, зачарованный алым зеркалом.
И только потом, усилив собственную живучесть, я приступил к улучшению забора.
Правда, около трех часов дня пришлось прерваться — люди в униформе Службы Имперской Безопасности привезли обещанные вещи для Екатерины Вячеславовны.
— Добрый день, Иван Владимирович, — поприветствовал меня сотрудник в звании сержанта, выбравшись из микроавтобуса.
— День добрый, — отозвался я, оглядывая автомобиль. — Не многовато ли вещей?
— Наше дело маленькое, Иван Владимирович, — ответил тот с понимающей улыбкой. — Женщины…
И он так развел руками, что сразу становилось все понятно.
На крыльце показалась сама Александрова. Улыбнувшись мне, тут же организовала прислугу из мужчин таскать коробки из микроавтобуса в особняк.
— Распишитесь, — протянул ей планшет с описью сержант.
Однако сразу подмахивать бумагу Екатерина Вячеславовна не стала. Сначала все сверила и только после этого поставила свою подпись.
— Благодарю, сержант.
Я проводил взглядом выезжающий с территории особняка микроавтобус. А моя временная помощница заговорила:
— Иван Владимирович, надеюсь, вы не возражаете, что я не встретилась с вами утром? — спросила она, мимолетно оглядывая мой забор.
— Нисколько, мне было чем заняться, да и, откровенно говоря, не представляю, как вы будете проводить большую часть времени, Екатерина Вячеславовна, — признал я. — Не так много у меня дел, в которых может понадобиться ваша помощь. А учитывая, что многие дворяне знают вас как личную помощницу великого князя, я даже не уверен, что могу брать вас с собой по делам.
Нет, почему император так решил, я прекрасно понимал. Во-первых, показать свое расположение, во-вторых, однозначно указать обществу, к чьей партии я принадлежу. Одно присутствие Александровой рядом автоматически записывает меня в команду государя. Тем самым противопоставляя его противникам.
И, честно говоря, я не против. Если кто-то станет на меня из-за этого нападать, я буду иметь полное право развить свой резерв на жизненной эссенции этих самоубийц.
Но девушке этот подход пока что неизвестен, и мне интересно, чем она в действительности может помочь.