Зависть
Шрифт:
По крайней мере, последнее работало им на руку.
— Полагаю, мы закончили, — сказал Найджел. — Из нашего последующего разговора не выйдет ничего приятного.
Последовало темное, даже злобное мгновение, в течение которого Херон окатил его своей яростью.
— Прекрасно. Но я так легко не сдамся.
— А я — гора, которая не сдвинется с места.
— Заметано.
В одно мгновение ангел исчез. И когда тишина зазвенела в покоях, Найджел осознал, что не он отослал Херона. Джим сделал это сам.
Он становится сильнее, не так ли?
— Хочешь, чтобы я спустился и присмотрел за ним? — спросил Колин.
— Соглашаясь на то, чтобы он стал избранным, я верил, что мне хватит поводьев, чтобы удержать его. Воистину верил.
— А я спрашиваю: мне следует отправиться и наблюдать за ним?
Найджел повернулся к своему дражайшему другу, который был для него намного большим, чем коллегой и наперсником:
— Таково призвание Эдриана и Эдварда.
— Это было оговорено. Но я беспокоюсь, куда его заведет расширяющийся круг должностных обязанностей. Здесь мы на неверной дороге.
Найджел сделал еще один глоток вина и уставился на пустое пространство, которое только что занимал Херон. Несмотря на свое молчание, он был согласен. Вопрос в том, что делать, что же делать…
Глава 3
Тем временем внизу, на Земле, в холодном лесу рядом с мотелем «Монро», Век стоял в свете фар скорой, его напарник, Де ла Круз, был справа, приятель Бэйлс — слева. Освещенный таким образом, он словно возвышался на сцене, когда Кронера перевозили из деревьев на каталке.
Но на него смотрел лишь один человек.
Офицер отдела служебных расследований София Рэйли.
Она стояла в стороне, и когда их взгляды пересеклись, он пожалел, что они не встретились при иных обстоятельствах… снова. В первый раз его представили Софии потому, что он врезал тому папарацци.
На фоне дерьма, произошедшего сейчас, тот запрещенный удар казался днем на пляже.
Дело в том, что она понравилась ему в ту же секунду, как они пожали друг другу руки, и этой ночью первое впечатление лишь укрепилось. Детектив в нем так сильно уважал Софию, то, как она смотрела на него… казалось, что если он задумает морочить ей голову — а это было не так — офицер узнает об этом.
Но им нужно прекратить встречаться при таких обстоятельствах. Буквально.
С края асфальтированного участка парковки донесся стук, когда медики захлопнули двойные двери скорой, и потом автомобиль сдал назад, забирая с собой освещение. Отвернувшись, чтобы посмотреть за их отъездом, Рэйли оказалась в тени… пока не включила фонарик.
Прежде, чем она подошла к ним, Де ла Круз наклонился ближе и тихо заговорил:
— Ты хочешь вызвать адвоката?
— Зачем ему адвокат? — возразил Бэйлс.
Век покачал головой приятелю. Он понимал преданность парня, но ее было в разы больше той веры, которую в данный момент Век питал к себе.
— Уместный вопрос.
— Так, хочешь? — прошептал Де ла Круз.
Офицер Рэйли ходила вокруг луж крови, двигаясь между стволами и ветками, мелкие веточки трескались под ее ногами, и звук громко отдавался в его ушах.
Она остановилась перед ним.
— Следующим утром у меня будут дополнительные вопросы, но сейчас вы можете отправляться домой.
Век сузил глаза.
— Вы отпускаете меня?
— Вы не были под арестом, детектив.
— И все?
— Нет, вовсе нет. Но на сегодня мы закончили.
Век покачал головой.
— Послушайте, офицер, это не может быть…
— Криминалисты уже в пути. Я не хочу видеть вас здесь, когда они будут исследовать место преступления, ведь это скомпрометирует их работу. Это вы понимаете?
А. Ему следовало догадаться. В лесу было темно. Он мог без усилий подделать улики на месте, и никто не узнает. А она предоставила ему вежливый способ уехать.
Она была умна, подумал Век.
Так же случилось, что София была красива: в отраженном свете от фонарика, она была сногсшибательна как естественная, сияющая здоровьем женщина… без толстого слоя макияжа, забивающего поры, тонн краски на веках, жирного, липкого блеска на губах. Она была настоящей.
А густые, темно-рыжие волосы и насыщенно-зеленые глаза дополняли приятную картину.
К тому же, отношение «Меня не проведешь»…
— Справедливо, офицер, — пробормотал он.
— Явитесь в офис сержанта в восемь тридцать утра.
— Понял.
Когда Бэйлс пробормотал что-то на выдохе, Век надеялся, что ублюдок оставит свое мнение при себе. Рэйли просто делала свою работу… и подошла к ней профессионально. Уважение — меньшее, чем они могли отплатить ей.
Прежде чем его приятель успел ляпнуть что-нибудь еще, Век пожал ему руку и кивнул Де ла Крузу. Когда он повернулся, чтобы уйти, серьезный низкий голос Рэйли вспорол ночь:
— Детектив.
Он посмотрел через плечо.
— Да, офицер.
— Я заберу ваше оружие. Значок. И ножны для того кинжала.
Верно. Разумеется.
— Значок в кожаной куртке на земле. Не хотите оказать честь моему ремню и девятимиллиметровому?
— Да, пожалуйста. Я также заберу ваш телефон, если не возражаете.
Когда она встала ближе, Век уловил запах ее парфюма. Ничего фруктового, цветочного или — Боже упаси! — ванильного. Он также не мог определить марку. Может, это шампунь? Ей позвонили, когда она выходила из душа?
Вот это картинка…
Минуточку. Он действительно фантазировал о своей сослуживице… в пяти футах от сцены убийства? Будучи подозреваемым?