Чтение онлайн

— Это приказ, детектив. Кажется, у вас болит голова.

В этот момент из своей машины выскочил Де ла Круз, и, подойдя к ним, он выглядел мрачным и уставшим. Говорят, два года назад он уже потерял своего напарника, и, очевидно, не стремился к новым кадрам, даже если сейчас причина была иной.

— Прошу прощения, — сказала она обоим. — Собираюсь перехватить одного из медиков.

Но когда она подошла к двум мужчинам, те перевозили Кронера на каталке, и стало ясно, что они не смогут уделить ей ни минуты.

— Каковы его шансы?

— Плохи, — сказал тот, что делал вентиляцию легких. — Но мы сделаем все возможное, офицер.

— Уверена, так и будет.

Каталка была разложена, достигая уровня талии, и прежде, чем они отъехали, София сделала мысленный снимок. Кронер выглядел так, будто выбрался из горящей колымаги, лицо искалечено, словно он не пристегнулся и вылетел через лобовое стекло.

Рэйли обернулась к Веку.

В этом преступлении полно пробелов, подумала она. Особенно с учетом уверенности Века в том, что нападавшим был именно он. Но было невозможно нанести подобный ущерб и так быстро вымыться в лесу. К тому же, он вообще не выглядел так, будто побывал в какой-либо потасовке… царапины и синяки мылом с водой не смоешь.

Вопрос в том… кто это сделал?

Будто почувствовав на себе ее взгляд, Век повернул голову, и когда их взгляды встретились, все вокруг исчезло: она вполне могла находиться с ним наедине… и стоять не на расстоянии пятнадцати ярдов, а всего в пятнадцати дюймах.

Из ниоткуда внутри нее вспыхнул нарастающий жар, такой, который она бы списала на тепло батареи, если бы находилась в закрытом помещении. В данной же ситуации Рэйли объяснила прилив реакцией надпочечников на стресс.

Стресс, черт возьми. Не сексуальное притяжение.

Рэйли разорвала связь, позвав одного из новоприбывших офицеров.

— Вы опечатаете все лентой?

— Будет сделано, офицер.

Итак, время вернуться к работе: короткое и абсолютно неприемлемое притяжение не встанет на пути ее служебных обязанностей. Во-первых, она была слишком хладнокровна, и, во-вторых, ее профессиональная честность требовала не меньшего. Она также не собиралась попадать в длинный список его влюбленных поклонниц. София позаботится о деле, а проникновенные взгляды оставит другим.

К тому же, такие парни, как Век, равнодушны к женщинам ее типа, и это не так уж плохо. Работа привлекала ее больше, нежели демонстрация своих ног, завивка волос и соревнования в Олимпийских играх по количеству свиданий. Бриттани — чье имя произносится как Бритни, и которая также известна как Красотка отдела — могла получить его и даже оставить себе, если пожелает.

А Рэйли, тем временем, выяснит, жил ли сын согласно ужасным принципам своего отца.

При обычных обстоятельствах Джим Херон был твердо уверен, что не умеет достойно проигрывать.

И это что касается стандартного, повседневного дерьма вроде Варкрафта [8] , гребаного тенниса или покера.

Не то, чтобы он тратил время на подобные игры, но будь оно иначе, он стал бы тем, кто не отойдет от компьютера, корта или стола, пока не добьется победы.

И, опять же, это о незначительной хрени.

Когда дело касалось войны с демоном Девиной, он просто кипел от злости: Джим проиграл последний раунд.

Проиграл — то есть не выиграл. Из семи душ, за которые они сражались, сейчас они с Девиной шли тесно — 1:1. Безусловно, на подаче еще пять душ, но это — не та тема, в которую ему или кому бы то ни было следует углубляться.

Если он потерпит поражение? Этот демон получит власть не только над землей, но и над небесами… и значит, его мама и все праведные души в раю, а также он сам и его падшие ангелы столкнуться с вечными муками.

А это — как он узнал недавно — не просто гипотеза для мотивации верующих. Ад действительно существует, и муки вполне реальны. В сущности, то, что он раньше списывал на глупую демагогию ханжеской толпы, оказалось попаданием в десятку.

Так что, да, ставки высоки, а он ненавидел проигрывать. Особенно если такого проигрыша вообще не должно быть.

Он был зол как черт на всю игру. Своего босса, Найджела. На «правила».

Это здравый-сука-смысл: когда заявляешь парню, что он должен влиять на каких-то придурков, стоящих на перепутье своих жизней, не помешало бы сказать, кто, черт возьми, следующий на кону. В конце концов, это — не военная тайна: Найджел знал. Враг, Девина, знал. Он сам? Не так много. И благодаря этой информационной черной дыре, в последнем раунде Джим сосредоточился на неправильном мужчине и запорол все дело.

И вот, где он оказался — идет поровну с сучкой и бесится в гостиничном номере в Колдвелле, штат Нью-Йорк.

И ворчанье объясняется не только этим.

В соседнем номере, за смежной дверью, два низких мужских голоса, сыгранные в нотах «раздражены-до-предела», обменивались мнениями.

Едва ли новости. Его товарищи, Эдриан Фогель и Эдди Блэкхоук, не были довольны им, и очевидно сейчас, в его отсутствие, пережевывали ему косточки.

Проблемой было не «Возвращаемся-в-Колди-Колди». А причина, по которой Джим притащил всех сюда.

Его взгляд скользнул по одеялу. Пес свернулся тесным клубком рядом с ним, его неряшливая шерсть создавала впечатление, что ее хорошенько смазали муссом и выставили под сильный ветер, хоть это и не правда. Рядом с маленьким приятелем лежала компьютерная распечатка газетной статьи трехнедельной давности из «Колдвелл Курьер Жорнал». Заголовок гласил: «Пропала девушка». А сбоку от текста располагалась фотография компании улыбающихся друзей, они прижимались головами друг к другу, руки обхватывали плечи. Подпись под фотографией указывала, что девочка в середине — Сесилия Бартен.