Шрифт:
Глава 1
День выдался ясный и морозный. Желтое, равнодушное солнце, бледным диском маячило сквозь жиденькие облака. Степные просторы, покрытые хрустящей ватой снега, межевались с веселыми сосновыми лесами, речушками и озерами.
Лекс бодро шагал по, чуть запорошенной колее, оставленной, судя по всему, рыбацкой повозкой, еще поутру. Трактов и населенных пунктов алхимик по возможности избегал. О транспортных средствах и речи не могло быть. И потому путешествие до Скиты, вместо недели-двух, заняло почти полтора месяца. Правда, больше всего времени Лекс потерял, как раз не в пути. Несколько недель он прожил на постоялом дворе в Лимерге — городке на самой границе Верисии. Юноша ждал окончания затянувшихся проверок и усиленного пограничного патрулирования. Алхимик так и не смог разведать связаны ли эти мероприятия с его персоной или причина в чем-то другом, но рисковать не стал и терпеливо ожидал, когда контроль границы ослабнет.
Выбравшись на Вольные земли, Лекс специально сильно сместился на юг, подальше от оживленных трактов и железных дорог. Да — большой крюк, но зато безопаснее. Пополняя запасы и, ночуя в небольших рыбацких поселениях, разбросанных по берегу Кринейского залива, алхимик две недели пробирался на запад. Затем, когда болотистые луга и замшелые, ракитовые низины сменились каменистыми полями, могучими, сосновыми лесами с песчаными косогорами и холмами, юноша свернул на север, в сторону Скиты. В городе Лекс планировал воспользоваться всегдашней суматохой Торговой столицы и незамеченным отправиться на поезде в Мисурию.
Да, времени потеряно много, юноша надеялся, что у учителя дела иду лучше.
Лекс вздохнул, тоскливо посмотрел на небо, прикидывая, когда стемнеет, и не пора ли искать место для ночлега. Алхимик поправил рюкзак и побрел по колее к небольшому лесочку в паре километров на север, продолжая размышлять о событиях, в которые он был втянут волею судеб. Много тут было загадочного: и могущественные руководители культа, преследовавшие непонятные цели, и зловещий ритуал, основанный на работах безумного Ктара. Но более всего в данный момент, Лекса беспокоил вопрос о том, почему так рьяно разыскивать начали именно его, а не Альта, например, занимающегося расследованием деятельности таинственной организации несколько лет. Приказ короля Верисии был подписан вообще за пару дней до того, как Лекс появился в Бронте, и о его встрече с учителем еще никто на большой земле знать не мог. Возникает много вопросов, ответы на которые, Лекс рассчитывал получить в Адэ.
Со временем мысли расползлись по сознанию, обретая неясные очертания, а алхимик погрузился в прострацию так глубоко, что не сразу обратил внимание на посторонний шум. Сион повернул голову. Из леса, раскинувшегося метрах в двухстах от колеи, на худенькой просеке появились всадники. Шестеро. Лекс спешно осмотрелся: прятаться негде, до намеченного для ночлега лесочка слишком далеко. Слева песчаная коса, поросшая карликовыми сосенками, спускалась к замерзшей реке. Можно было бы прыгнуть под откос и там укрыться, но для этого надо было преодолеть метров пятьдесят.
Кавалькада, не замедляя хода, направилась в противоположную от Лекса сторону. И только алхимик подумал, что у патруля другие заботы и до одинокого путника ему дела нет, как один из всадников оглянулся, замедлил ход, крикнул что-то остальным и повернул в сторону Лекса. Спустя пару секунд его товарищи проделали тот же маневр и направились к алхимику.
Сион все не решался бежать, надеясь, что миссия отряда с ним никак не связана, а убегающий вдруг человек, может вызвать подозрения. Но, разглядев поближе форму королевской гвардии Верисии, алхимик уже медлить не стал — рванул, что есть силы, к реке.
— Стой! Именем короны, ты задержан! — послышалось через какое-то время за спиной.
— Ага, — запыхавшись, прошептал Лекс, не сбавляя хода.
Когда до откоса оставалось метров двадцать, алхимик обернулся. Не успеть. Всадник, заметивший Сиона, значительно оторвался от своих напарников и уже нагонял беглеца. Лекс по тени на снегу увидел, как гвардеец в замахе поднял руку с дубинкой. Алхимик нырнул вперед, уворачиваясь от удара и, не давая противнику времени развернуться, нагнал его, уклонился от еще одного удара, схватил кавалериста за грудки, ударил его головой в переносицу и стащил с седла. Всадник запутался в стременах, так что воспользоваться его лошадью не получилось — остальные гвардейцы были уже близко. Тогда Лекс хлопнул коня по крупу, тот испуганно заржал и помчался прочь, волоча незадачливого наездника за собой.
Алхимик, скользя по оползавшему снегу и песку, прыжками да кувырками, вмиг оказался у подножья откоса и побежал по замерзшей реке к другому берегу. Всадники потеряли время в поисках пологого спуска, но, достигнув поверхности реки, стали стремительно сокращать расстояние до цели.
Преодолев середину реки, Лекс порылся за пазухой, не останавливаясь, развернулся и кинул что-то в сторону преследователей. Раздался глухой удар, под ногами прошла сильная вибрация, в воздух взвилась снежная пыль и ледяные осколки. Отколовшиеся куски льда потянулись вниз по течению, выдавливая уцелевшую твердь в незамерзшую часть реки за излучиной.
Лошади, со всего ходу, проскользив по снегу и льду, остановились в паре метров от тока.
Лекс добежал до берега, обернулся, протер рукой нос и, поддавшись внезапному порыву озорства, хотел отвесить шутливый поклон, но только он стал делать па, как над его головой, в паре метров пролетела стрела.
— Эй, — возмутился алхимик. — Это какой-то новый вид задержания?!
— Не стрелять! — прозвучал грубый голос в ответ.
Один из гвардейцев махнул рукой, и отряд двинулся вверх по течению туда, где лед еще надежно сковывал реку. Кавалькаду спешно догонял всадник, которого Лекс скинул с седла.
— Ладно, — прошептал запыхавшийся алхимик, карабкаясь вверх по крутому склону берега. Теперь никаких сомнений, преследовать его будут до самого Адэ. Похоже за дело взялись всерьёз.
***
После третьего звонка, поезд, издав оглушительный свист, а затем, низкий утробный рев тронулся с места и, набирая скорость, стал спешно покидать город.
Пассажиры, лениво переговариваясь, распихали свой багаж на полки, уселись на места и стали заниматься своими делами: кто принялся читать, другие достал спицы и пряжу, а кто-то просто прислонился головой к стене или окну и закрыл глаза, в надежде провести путь в объятиях сновидений.
Маршрут пользовался у жителей Вирисии большой популярностью, а потому почти в любой рейс поезд был забит под завязку. Разумеется, это не касалось вагонов повышенной комфортабельности, где располагались только лица знатного происхождения, да еще и способные оплатить билет в пять раз дороже обычного. Вот и сейчас в таком вагоне ехало всего семь пассажиров: молодая парочка, перешептывающаяся и, хихикающая всю дорогу, двое грузных серьезных купцов, в полголоса обсуждающих какую-то сделку, сухой старичок, который положил подбородок на набалдашник красивой дорогой трости и, кажется, сразу задремал, да, в конце вагона седеющий, но не старый еще мужчина в очках и молодая девушка с короткими темными волосами со стрижкой каре.