Чтение онлайн

Ричер кивнул и вернулся в холл. Все пошли за ним вниз, где он сказал, — Приготовьте горячую воду и одеяла. Доктор очень долго пробыла на холоде.

И снова в путь. Он вернулся по подъездной дорожке, используя свои старые следы в глубоком снегу, с трудом передвигаясь от одного к другому. Затем, словно следуя зеркальному отражению своих следов, пошёл от ворот в противоположном направлении, глядя на низкий горизонт перед собой, сражаясь с ветром, проваливаясь в нетронутый снег. Сначала ничего не было видно, затем появилась тень на снегу, тень превратилась в яму, за которой начинались неуверенные шаги, ведущие назад — туда, откуда она пришла.

Вообще-то, следов было две пары.

И яма была большой.

Ричер подполз ближе и увидел двоих людей, лежавших на снегу — женщину в парке и копа в мешковатой желтой полицейской куртке. Оба дрожали от холода, глаза их были закрыты. Ричер откатил копа в сторону и усадил доктора. Она с трудом открыла глаза. Рядом с ней сел и полицейский, и Ричер спросил его, — Как давно вы здесь?

Мужчина сверился с часами и сказал, — Я — около двух часов. Я нашел брошенный автомобиль и пошёл по её следам в снегу, но не продвинулся дальше, чем смогла она. — его речь прерывала дрожь, каждое слово сопровождалось облачком пара.

Женщина была совсем холодной.

Ричер спросил у полицейского, — Далеко ли до вашего автомобиля?

— Дальше, чем до дома.

— Тогда у нас один выход. Я несу её, а вы — её сумку.

— Почему она здесь? Я знаю только, что пропал бриллиант. Кого-то ранили?

— Дочь хозяина дома рожает, ей некому помочь. И бриллиант не пропал, но мы разберёмся с этим позже.

— Кто вы?

— Просто прохожий. Думал, меня угостят здесь чашечкой кофе, или даже рождественским ужином.

— Почему именно они?

— Я думал, они чтут традиции.

— И что они сказали?

— Они были очень заняты.

Ричер взял женщину на руки, затем встал, развернулся и пошёл обратно тем же путём, что и сюда. Полицейский полз сзади, он был меньше Ричера ростом, и не мог идти по пробитым им следам, следовательно, двигался медленнее. Ричер старался идти быстро, чтобы разогреться самому и согреть доктора, для этого он сильнее прижимал её к себе. Она начала приходить в себя, и Ричер ускорился, тут она очнулась и начала вырываться, запаниковав.

— Мы уже подходим, — задыхаясь, сказал Ричер, — Она ждёт нас.

— Который час?

— Почти на три часа позже, чем вы планировали.

— Кто вы?

— Долго рассказывать. Всё началось с голландской женщины. Но сейчас это неважно.

— Схватки уже начались?

— Не очень сильные, возможно, но никаких криков и стонов пока. Она там совсем одна.

— У её мачехи фобия. Я думаю, у неё был свой неудачный опыт.

— Она говорила, что у неё не было своих детей.

— У таких людей их обычно не бывает.

Ричер повернул к воротам и, пытаясь держать равновесие, пошёл по подъездной дорожке, переваливаясь из одного старого следа в следующий, полицейский, пыхтя, полз в двадцати шагах позади. Они подошли к двери, которая открылась немедленно, и на них обрушился шквал горячих полотенец и подогретых одеял. Наконец, доктор пришла в норму и поспешила вверх по лестнице. Дом, казалось, выдохнул и расслабился. Полковник занял позицию в холле второго этажа, вышагивая взад-вперед в классическом стиле, будущий дед так же нервничал, как, должно быть, было поколением раньше, когда он был будущим отцом.

Будущая бабушка застыла на половине пути на второй этаж, держась за перила и не имея сил идти дальше. Она только смотрела наверх, ожидая.

Коп присоединился к Ричеру, ждавшему в дальнем углу коридора и сказал, — Ну а теперь расскажите мне про бриллиант.

Ричер начал, — По описанию это похоже на кулон. Он принадлежал первой жене, а не второй. Так как это достаточно богатые люди, он должен быть довольно большим и тяжелым, поэтому его отсутствие легко заметить. Значит, она потеряла его не во время ужина, который обязательно был, потому что они в вечерних нарядах, а повар уехал еще вчера, до снега. Дочери не было с ними сегодня вечером, но она видела их, когда они вернулись, потому что был большой скандал по поводу кулона её матери, во время которого мачеха, несомненно, сняла его. Позже он куда-то исчез, и, так как скандал был большим, она не помнит, как снимала его, поэтому, восстанавливая события, думает, что потеряла его во время ужина, или слуга, ухаживающий за одеждой, украл его.

— И где же он теперь?

— Дочь взяла его. Это бриллиант её матери. Частично защитная реакция, но, скорее всего, потому, что она рожает совсем одна и чувствует себя увереннее, сжимая вещь, принадлежавшую её матери. Что-то типа талисмана на счастье. Они вызвали вас зря. Кулон у неё в руке или под подушкой.

— Её ребёнок появится в Рождество, как Христос.

— И как еще треть миллиона других детей. Не придавайте этому слишком большого значения.

— Советую вам поискать что-нибудь на кухне. Повар наготовил им еды наперёд, но вряд ли у них будет желание есть сегодня. Слишком много событий. А вы вполне заслужили свой рождественский ужин.

Что Ричер и сделал, не откладывая, один в кухне на первом этаже Траут Холла, пока остальные наверху ждали желанного события. Потом он тихо ушёл, так и не узнав, кто же родился там в этот день.