Чтение онлайн

Ричер встал, весь покрытый коркой песка. У него не было полотенца, и он использовал свою рубашку, чтобы смахнуть её с себя, а затем встряхнул её и надел на себя. Девушка повернула к нему голову и спросила:

— А ты где живешь?

Ричер указал.

— В верхней части улицы, — сказал он.

— Можно, я пойду назад вместе с тобой?

— Конечно. Почему?

— Ну, вдруг эти мальчишки там.

— Их нет. Они уехали на весь день.

— Они могут рано вернуться.

— Они требуют, чтобы ты платила за проход по дороге?

Она кивнула:

— Я не буду платить.

— Что они хотели?

— Я не могу сказать тебе.

Ричер промолчал.

Девушка спросила:

— Как тебя зовут?

Ричер ответил:

— Ричер.

— А меня — Хелен.

— Рад знакомству, Хелен.

— Как давно ты здесь?

— Со вчерашнего дня, — сказал Ричер. — А ты?

— Примерно неделю.

— Надолго?

— Похоже на то. А ты?

— Не уверен, — сказал Ричер.

Девушка встала и стряхнула песок со своего полотенца. Она была стройной, маленькой, но длинноногой. Ногти на ногах были покрыты лаком. Они вместе вышли с пляжа прямо на длинную бетонную улицу. Впереди было пусто. Ричер спросил:

— Где твой дом?

Хелен сказала:

— Слева, ближе к началу.

— А мой справа. Мы почти соседи.

Ричер проводил её до дома, но ее мать уже пришла, поэтому его не пригласили. Хелен нежно улыбнулась, поблагодарила его, и Ричер перешёл улицу к своему дому, где он нашел только горячий неподвижный воздух и пустые комнаты. Поэтому он просто сидел на крыльце и убивал время. Через два часа три унтер-офицера вернулись домой на своих мотоциклах, затем еще два, и еще два в автомобилях.

Спустя тридцать минут обычный американский школьный автобус вернулся с матча, и толпы соседских детей высыпали из него и разошлись по своим домам, ограничившись жесткими взглядами в сторону Ричера. Ричер посмотрел в ответ так же тяжело, но не двинулся с места. Отчасти потому, что он не видел свою цель, что было странно. Он огляделся вокруг, затем еще раз, и к тому времени, когда дым от дизеля рассеялся, он был уверен: жирного вонючего парня с фурункулом не было в автобусе.

В конце концов Джо вернулся домой, тихий, задумчивый и неразговорчивый. Он не сказал, где был, он вообще ничего не сказал. Он просто направился на кухню, вымыл руки, послушал гудок в новом телефоне, а затем отправился принимать душ, что было необычно для Джо в это время суток.

Следующим, на удивление, был их отец, тоже молчаливый, задумчивый и неразговорчивый. Он выпил стакан воды, послушал гудок в телефоне и скрылся в гостиной. Последней была их мать, сражающаяся с кучей пакетов и букетом цветов, которые женский комитет подарил ей во время обеда. Ричер забрал у нее пакеты и отнес их на кухню.

Она увидела новый телефон на столе, и её лицо просветлело немного. Ей всегда было не по себе, пока она не связалась с отцом и не убедилась, что у него есть информация, как с ней связаться. Во Франции сейчас было на семь часов раньше, чем в Японии, поэтому там было раннее утро, и это было хорошим временем для беседы, так что она набрала длинный номер и услышала гудки.

Ей, конечно же, ответила домработница, и через минуту в раскаленном домике на Окинаве всё встало с ног на голову.

Стэн Ричер связался прямо с нового телефона с клерком своей компании, который вышел на парня, который вышел на другого парня, как костяшки домино, и за тридцать минут Джози нашлось место на последнем гражданском рейсе вечером в Токио, а еще через сорок — пересадка в Париж.

Ричер спросил:

— Хочешь, чтобы с тобой кто-нибудь полетел?

Его мать ответила:

— Конечно, я хотела бы этого. И я знаю, ваш дедушка Мутье хотел бы увидеть вас снова. Но я могу задержаться там на пару недель, а может и дольше. А вам нужно пройти тест, а там и школа начнется.

— Они всё поймут, а я не против пропустить пару недель. И я мог бы пройти тест, когда вернусь. А, может быть, они и вовсе забудут о нем.

Но отец сказал:

— Твоя мать хочет сказать, что мы не можем себе это позволить, сынок. Билеты на самолет стоят дорого.

Такси тоже было дорогим, но спустя два часа они взяли одно в аэропорт. Старый японец указал на большой квадратный «Датсун», и Стэн сел впереди, а Джози с мальчиками поместились на заднем сиденье. У Джози была небольшая сумка. Джо был только из душа, только волосы уже не причесаны. Так он был больше похож на себя с обычно растрепанными волосами. Ричер был еще в кристалликах соли и песке после пляжа. Все большей частью молчали.

Ричер помнил деда очень хорошо. Он встречался с ним три раза. У него был шкаф, полный протезов. По-видимому, наследники умерших ветеранов до сих пор официально были обязаны вернуть протезы производителю для подгонки и возможного повторного использования. Это было частью сделки, еще с давних времён. Дедушка Мутье говорил, что каждый год или около того, некоторые изделия вновь появляются у него в доме. Иногда два или три в год. Некоторые из них были изготовлены из ножек столов.

Они вышли в аэропорту. Было темно, и становилось прохладно. Джози обняла Стэна и поцеловала его, затем обняла Джо и тоже поцеловала, потом обняла Ричера, поцеловала его и отвела в сторону, чтобы прошептать ему на ухо длинный список указаний. Потом она одна пошла в очередь на регистрацию.

Стэн с мальчишками вышел по длинной наружной лестнице на смотровую площадку. Рейс JAL 707 уже ждал на асфальте, освещенный прожекторами и окруженный специальными автомобилями. Трап подкатили к его передней двери, и двигатели медленно заработали. За взлетно-посадочной полосой открывался ночной вид всей южной половины острова.

Их длинная бетонная улица лежала неразличимая на расстоянии нескольких миль отсюда на юго-запад. Десять тысяч маленьких пожаров горело в их районе. Костры на заднем дворе, каждый из которых мерцает ярко в основании и отправляет тонкие столбы дыма высоко в небо.