Шрифт:
Отец Александр не любил исповедовать прихожан. Люди на исповеди говорили ему о своих самых тёмных мыслях и делах, о том, что порой никому никогда не расскажут – и это всегда вызывало у него угнетённое и подавленное состояние. После таких бесед восстановить мир и покой в душе помогали только долгие молитвы о кающихся грешниках.
Он понимал, что это его крест, его тяжкий труд – облегчать страждущие души, попытаться наставить заблудших на путь истины и добра.
– В каких грехах каетесь? – спросил он молодую, хорошо одетую женщину, на лице которой толстым слоем лежал крем, а веки и ресницы страдали от излишней косметики.
– Муж у меня умер три года назад. Не могу я без мужчин – в этом мой грех.
– На всё воля божья, – отец Александр пытался подобрать слова, чтобы и утешить, и вразумить человека, – Может ещё выйдешь замуж. Только у чужого огня не грейся, с женатыми не греши.
– Где ж их возьмёшь не женатых. А замуж я и сама не пойду, хватит с первым намучилась – пил сильно, оттого и умер.
– Даже, если хорошего человека встретишь? – не поверил священник, – Надо уметь ждать и молится.
– Тяжело ждать батюшка, а ведь я уж не молодая.
– Это тебе кажется. В жизни всё лучшее достаётся тем, кто ждать умеет. Не родит поле хлеб в один день – потрудиться нужно.
Женщина ушла. Отец Александр надеялся, что он смог зародить в её душе хоть какие-то сомнения в том, что она живёт неправильно и нужно попытаться что-то изменить. Но на какую почву упали его слова: благодатную или каменистую – он не знал.
– Батюшка, я взятки беру. Должность у меня высокая. Они несут, а я беру. Сколько раз уже говорил себе, что не буду больше брать. Ведь всё есть – дом, машина, дача, детям квартиры купил. А всё равно беру.
Конец ознакомительного фрагмента.