Чтение онлайн

Я непроизвольно хмурюсь. Я не люблю, когда он произносит имя моего мужа. Даже не знаю почему… С другими такого нет, а стоит Павлу назвать имя и отчество страшной ошибки в моей жизни, как внутри всё обрывается.

– Хотите другого водителя?

Он принимает мою реакцию на свой счет и отнимает пальцы, решив, что все-таки переходит границы. А я едва сдерживаюсь, чтобы не поймать его ладонь и не ощутить чарующее тепло вновь.

– Нет. – Я качаю головой и смотрю в окно, наблюдая, как за столиками летнего кафе сидят беззаботные парочки. – Я хочу, чтобы поехали вы.

– Костюм или я могу обойтись джинсами?

– А что вы любите больше? – Я все же поворачиваю голову и смотрю в его расслабленное лицо.

Павел всегда так спокоен, он напоминает скучающего в отставке военного, который не понимает, как мирная жизнь вообще может напрягать. Хотя это недалеко от правды, я наводила справки и знаю, что он служил в структурах быстрого реагирования. Может, поэтому он выглядит старше своих тридцати с небольшим. Его взгляд слишком глубокий и умный, оказавшись под которым невозможно отделаться от мысли, что в твоих интонациях он читает больше, чем в словах.

Он очень проницательный и явно подмечает незаметные остальным мелочи по сторонам, он даже с моим мужем нашел общий язык. Да так ловко, что Павел – единственный человек из подчиненных, на кого не повышают голос и не срывают собак по любому поводу.

Мне иногда хочется спросить его, в чем секрет, чтобы тоже научиться этому волшебству.

– Не переношу костюмы. – Павел легонько улыбается, чуть приподнимая уголки рельефных губ, и я замечаю, как его красивая улыбка отражается в темных глазах ярко полыхнувшими искорками. – Особенно галстуки, особенно если их надо завязывать.

По нему видно, что он знает, что я сейчас улыбнусь, отреагировав на его легкую шутку, и я улыбаюсь. Я бы не смогла удержаться, даже если бы захотела.

– Тогда не нужно. – Я смелею под его ласковым взглядом и протягиваю ладонь к тонкому галстуку, распускаю узел и вытягиваю полоску мягкой ткани из-под ворота его рубашки. – Не хочу их больше видеть. Никогда.

– Я знал, что выбрал правильную работу.

Он смотрит, как я неспешно скручиваю галстук, и протягивает руку, чтобы забрать его.

– Вы не любите ее, я знаю, – я неожиданно для себя признаюсь ему и кладу галстук на раскрытую широкую ладонь. – И у вас есть свой бизнес, прибыльный и разрастающийся, это я тоже знаю.

– А ваш муж?

– Конечно, служба безопасности такие вещи докладывает сразу. Но он думает, что вы не хотите терять с ним контакт и поэтому остаетесь водителем. Он ждет, что вы попросите об одолжении или принесете бизнес-план, чтобы он вложился.

– Мне плевать, что он думает.

В его низком голосе прорезаются резковатые нотки, которые пугают меня. О моем муже нельзя говорить таким тоном. Даже когда его нет рядом. Даже в своих мыслях.

– Мне важно, что думаете вы.

Я не ожидаю столь прямых слов и чувствую, как горло схватывает железом.

Зачем он? Так прямо?

– Я думаю, что вы ходите по тонкому льду. – Я нервно сглатываю и вдруг вспоминаю о стаканчике кофе, который поставила рядом с собой.

Как я не разлила… Очень просто: Павел придерживает его двумя пальцами. И уже замечает направление моего взгляда и отрывает стакан от кожаного сиденья, чтобы передать мне.

– Может быть, Ольга, – соглашается он. – Но я умею плавать и не боюсь холода.

Мне нужно в отель в центре города. Странное место для встречи с собственным мужем, но в нашем браке нет ничего нормального. От слова совсем.

Я познакомилась с ним шесть лет назад, когда работала администратором в одном люксовом местечке, где собирались на второй завтрак местные чиновники и крупные держатели бизнесов. Вечером те же люди приезжали с любовницами – и средние чеки вырастали в три-четыре раза. Но я была молода, на меня действовала атмосфера больших денег, роскоши и реальной власти, которая обрушивалась с порога заведения.

Что-то удивительное и волнующее кровь, пусть ты всего лишь наблюдатель со стороны и не имеешь к этому отношения. Но красиво же, так притягательно и для избранных…

Мне везло первые месяцы, мне мило улыбались и не искали поводов, чтобы грубо ткнуть, кто здесь хозяин, а кто всего лишь обслуживающий персонал. Пока не появился мой будущий муж. С ним всё началось именно с конфликта, что стоило прочитать как намек судьбы и бежать подальше.

В тот день я выслушала гневную речь по поводу криворукого официанта и повара, который точно его родственник, если ему достался тот же природный недуг. Кажется, я побледнела, хотя Дмитрий Олегович ни разу не повысил голос. Он тогда не увлекался ультрачастотами, как сейчас, но отделал меня ледяным тоном и презрительным взглядом так, что мне захотелось уволиться в ту же секунду.

Только оказалось, что я вывела его из себя как работник, но приглянулась как девушка. Он начал добиваться, ездить за мной, распускать руки… От страсти, как я решила. У меня до сих пор нет ответа, почему он все-таки взял меня в жены, но тогда я проявила чудеса самовнушения и смогла в его наглых поступках разглядеть мужчину, потерявшего голову от сильных чувств.

Очень сильных.

Первый раз он трахнул меня в лифте. Задрал юбку, силой прижал к зеркальной стенке кабинки и трахнул. Страсть, одним словом. Молодые наивные девушки и не такое дерьмо умеют красиво подать в своей голове. А потом в моей жизни стало так много неконтролируемой “страсти”, что хотелось заползти в укромное место и спрятаться ото всех на свете. Пока я ему не надоела.

Я до сих пор непроизвольно ежусь в тесных кабинках лифтов. Даже сейчас, когда рядом стоит Павел и смотрит, как сменяются цифры этажей на электронном табло. Он незаметно стал моим личным водителем, а заодно и охранником. Хотя начинал у мужа, но Дмитрий Олегович посчитал, что ему можно доверить супругу.

– Может, подождете в холле? – предлагает Павел, когда створки со звонким щелчком начинают ползти в разные стороны.

– Думаете, он не один?

Павел молчит, потому что ответ висит в воздухе.