Чтение онлайн

– Лучше нам не заразиться чумой. Так или иначе, чей Предвестник ты открыл в Иерусалиме?

– Я не знаю, я просто...

– Мы никогда не вернемся домой!

– Конечно, вернемся, Шел. Я читал об этом... Я думаю. Мы вернулись назад во времени, перепрыгивая через Предвестников других ангелов, поэтому, возможно, мы должны попасть, домой таким же способом.

– Ну, и чего ты ждешь? Открой еще один!

– Это не так просто.
– Майлз сдвинул бейсболку на глаза. Шелби едва удавалось разглядеть его лицо.
– Я думаю, мы должны найти еще одного ангела и позаимствовать его тень.

– Ты говоришь так, словно одалживаешь спальный мешок для похода.

– Послушай: Если мы найдем тень, которая перебросит нас в наше время, мы сможем оказаться дома.

– Как мы это сделаем?

Майлз покачал головой.
– Я думал, что сделал это, когда мы были с Даниэлем в Иерусалиме.

– Я боюсь.- Шелби скрестила руки на груди, и задрожала от ветра.
– Просто сделай что-нибудь!

– Я так просто не могу - особенно, не с тобой, кричащей на меня.

– Майлз!
– Шелби вздрогнула. Что это было, что за грохочущий звук позади них? Что-то двигается по дороге.

– Что?

Скрипящая гужевая телега направлялась в их сторону. Стук лошадиных копыт становился громче. Через секунду, кто бы ни ехал на телеге, поднимется на вершину холма и увидит их.

– Прячься!
– закричала Шелби.

Силуэт крепкого мужчины, удерживающего поводья двух коричнево-белых пятнистых лошадей, появился на склоне дороге. Шелби схватила Майлза за воротник. Он нервно возился со своей кепкой, и когда она дернула его за широкий ствол дуба, ярко-голубая кепка слетела с его головы.

Шелби смотрела как кепка - та, которая была частью ежедневного гардероба Майлза в течение многих лет - плывет по воздуху подобно голубой сойке. Затем она упала вниз, в широкую светло коричневую лужу грязи на дороге.

– Моя кепка, - шепнул Майлз

Они стояли очень близко друг к другу, спиной прижимаясь к грубой коре дуба. Шелби взглянула на него и была поражена, увидев его лицо полностью. Его глаза казались большие. Его волосы беспорядочно растрепанны. Он выглядел... красивым, как будто парень, с которым она никогда раньше не встречалась. Майлз застенчиво пригладил волосы.

Шелби прокашлялась.
– Мы заберем ее, как только телега проедет. Просто оставайся вне поля зрения, пока этот чудик на дороге.

Она чувствовала теплое дыхание Майлза на своей шее и бедра прижимающиеся к ней. Почему Майлз был настолько худой? Парень ел как лошадь одно мясо и никакого картофеля. По крайней мере, так бы сказала мать Шелби, если бы она когда-нибудь встретилась с ним - которой больше не будет, если Майлз не сможет найти предвестника, что приведет их в настоящее время.

Майлз заерзал, пытаясь увидеть свою кепку.

– Не шевелись, - сказал Шелби.
– Этот парень должно быть какой-нибудь варвар.

Майлз поднял палец, и наклонил голову.
– Послушай. Он поет.

Участок снега хрустнул под ногами Шелби, когда она вытянула шею из-за дерева, чтобы проследить за приближающейся телегой. Поводырь был краснощекий с грязным воротником рубашки, в не модных брюках, явно ручной работы, и огромном меховом жилете, который он носил с затянутым на талии кожаным поясом. Его маленькая синяя войлочная шапка напоминала смешную маленькую горошину в центре его широкого, лысого, лба. Его песня была о веселом, хриплом кольце мелодий и мальчике, которую он орал во все горло. Стук копыт его лошадей звучал как барабанный аккомпанемент к его громкому, медному голосу.

– Поезжай в город, чтоб заехать за девицей, грудастой девицей, здоровой девицей. Поезжай в город, чтобы взять невесту, на вечер, Дня Святого Валентина!

– Классный.
– Закатила глаза Шелби. Но, по крайней мере, она распознала акцент мужчины, подсказку.
– Итак, я предполагаю, что мы находимся в веселой, старой Англии.

– И я предполагаю, это День Святого Валентина,- сказал Майлз.
– Захватывающе. Двадцатичетырехчасовое ощущение собственного одиночества и жалости... средневековый стиль.

Она для эффекта изобразила джаз на последнем куплете песни, но Майлз был занят наблюдением за телегой, приближающейся к ним.

Лошади были запряжены бесподобными белыми и голубыми уздечками в упряжке. Их ребра блестели. Мужчина ехал в одиночестве, сидя на гниющей деревянной скамье во главе телеги, которая была размером с кузов грузовика и покрытой крепким белым непромокаемым брезентом. Шелби не увидела, что мужчина вез в город, но что бы это ни было, оно было тяжелым. Лошади вспотели, несмотря на холодную погоду, и обшивные доски древесины в основе телеги выгнулись, когда он ехал к стенам города.

– Надо идти за ним, - сказал Майлз.

– Зачем?- Скривилась Шелби.
– Хочешь получить пышногрудую, крепкую служаночку?

– Я хотел бы 'забрать' кого-то, кого мы знаем, чей Вестник мы сможем использовать, чтобы попасть домой. Помнишь? Твой бальзам для губ?
– Он прикоснулся к ее губам пальцем. Его прикосновение на мгновенье лишило Шелби дара речи. – Возможно , у нас появится шанс встретить ангела в городе.

Колеса телеги застонали и вышли из колеи мутной дороги, раскачивая водителя из стороны в сторону. Вскоре он оказался достаточно близко, чтобы Шелби могла видеть грубость его бороды, которая была столь же густой и черной как его жилет из медвежьей шкуры. Его песня закончилась на удлиненном последнем слоге Валентина, и он сделал большой глоток воздуха, прежде чем начать снова. Тогда его песня внезапно прервалась.

– Что это?
– проворчал он.

Шелби видела, что его руки были потрескавшиеся и красные от холода, когда он грубо, дернул поводья, чтобы замедлить их. Животные заржали, остановившись на небольшом расстоянии от ярко-синей бейсболки Майлза.

– Нет, нет, нет, - пробормотала Шелби себе под нос. Майлз побледнел.

Мужчина, пританцовывая, оторвался от скамьи и его ботинок приземлился в густой грязи. Он подошел к кепке Майлза, кряхтя, наклонился, и подбросил ее вверх в мгновенье ока. Шелби услышала, как Майлз тяжело вздохнул.