Чтение онлайн

— Я просто устал, только и всего. Девять месяцев в Афганистане кого угодно доведут до инфаркта. Враждебное население, адский климат, ядовитые насекомые и змеи, да и виски не достать ни за какие деньги. Кроме того, там почти нет женщин — только наши военнослужащие, а с ними лучше вообще не связываться, себе дороже выйдет. В наших частях очень жесткие дисциплинарные требования, поэтому любая интрижка чревата серьезными осложнениями для обоих партнеров, — пояснил он. — Тут десять раз подумаешь, а стоит ли оно того.

— Ты вернулся в Штаты две недели назад. По-моему, этого достаточно, чтобы найти женщину.

— Проститутки мне ни к чему. — Доусон опустил жалюзи и с улыбкой повернулся к Хедли. — Что касается приличных девчонок, то последняя из них вышла замуж за тебя.

Он пытался шутить, но морщины на лбу Хедли стали глубже. Поняв, что притворяться бессмысленно, Доусон погасил улыбку и, вернувшись в кресло, уставился на какую-то щербинку в полу.

— Мучают кошмары? — спросил Хедли напрямик.

— Сейчас уже лучше, — уклончиво ответил Доусон.

— Иными словами — все эти две недели ты почти не спал.

Доусон вскинул голову.

— Сейчас мне лучше, — раздраженно повторил он. — Непросто, знаешь ли, вот так, сразу, вернуться к мирной жизни, к обычным делам, привычкам.

— О’кей, предположим. Что еще?

Доусон отбросил назад упавшие на лицо волосы.

— Хэрриет! Та еще заноза в заднице! Она способна здорово осложнить мне жизнь.

— Только если ты ей позволишь.

— Но она посылает меня в Айдахо! В Айдахо, представляешь?!

— Что ты имеешь против Айдахо?

— Ничего. Равно как и против слепых. И против кипучей деятельности тех, кто любит летать на воздушных шарах, я тоже по большому счету ничего не имею, просто… просто это не моя тема. Я не пишу и никогда не писал о событиях такого масштаба. Неудивительно, что редакционное задание не вызывает у меня энтузиазма.

— Думаешь, тебе удастся нарыть что-нибудь получше?

Хедли задал этот вопрос небрежным тоном, но за ним явно что-то скрывалось — что-то вполне конкретное и достаточно важное. И интересное. Такое, что могло бы заинтересовать Доусона. Несмотря на подавленное настроение, репортер непроизвольно сделал стойку. Хедли был ему не только крестным отцом, но и близким другом и на протяжении многих лет служил для Доусона поистине бесценным источником информации о деятельности Федерального бюро расследований.

Правильно истолковав молчание Доусона, Хедли продолжил:

— Есть одно любопытное местечко… Город Саванна в Джорджии. До недавнего времени там проживал отставной капитан морской пехоты Джереми Вессон, отслуживший один срок в Ираке и два — в Афганистане. Герой-ветеран, награжденный кучей медалей и орденов. После службы в Афганистане он вышел в отставку и, похоже, слетел с катушек. Примерно пятнадцать месяцев назад этот парень завел бурный роман с замужней женщиной Дарлен Стронг. Для любовников дело закончилось скверно — обманутый муж Уиллард Стронг застукал обоих, что называется, с поличным. Послезавтра он предстанет перед судом округа Чатем по обвинению в двойном убийстве. Я хочу, чтобы ты отправился на процесс и как можно подробнее вник в суть дела. Что?.. — спросил он, увидев, что Доусон качает головой.

— Нет.

— Почему?

— В Саванне сейчас лето.

— Какое лето, опомнись! Сентябрь на дворе!

— Саванна расположена намного южнее Вашингтона. Там сейчас жарко, душно и влажно, а я отвык от такого климата. Уж лучше я поеду в Айдахо. Уголовщина — не моя специальность, к тому же этот парень, Вессон, был военным, афганским ветераном, а я сыт войной по горло. Я просто не хочу писать о мертвом морпехе — в последнее время мне слишком часто приходилось сталкиваться со смертями. Знаешь… — задумчиво добавил Доусон, — быть может, на самом деле задание, которое дала мне Хэрриет, это именно то, что мне сейчас нужно. История о слепых воздухоплавателях, она… насквозь позитивна. Она дарит надежду, бодрит, вселяет оптимизм и веру в победу человеческого духа. Никаких тебе оторванных конечностей! Никакого пропитанного кровью камуфляжа! Никаких укрытых национальным флагом цинковых гробиков с трупами наших славных парней!..

— Я еще не сказал тебе главного.

— Ну так говори же, и покончим с этим, — мрачно заметил Доусон. — Только имей в виду: скорее всего, я все равно откажусь.

— В ходе расследования полиция нашла на одежде Дарлен следы спермы Вессона. Это, разумеется, поможет прокурору выстроить дело против рогоносца Уилларда, но фишка в другом…

— В чем же?

— Наш агент-резидент в Саванне — мой старый друг, когда-то мы с ним даже болели за одну бейсбольную команду. Звать его Сесил Кнуц.

— Агент-резидент?

— Да, есть у нас такая должность. Иными словами, Сесил — большой начальник в Управлении ФБР штата.

— И что?

— Сесил получил отчет из Объединенной системы данных ДНК. Они исследовали сперму Вессона, и выяснилось, что такой образец уже имеется в базах.

— Ты хочешь сказать, что Вессон уже был зарегистрирован в системе?

— Вот именно. Причем довольно давно.

Хедли сделал паузу, чтобы допить оставшийся в бокале виски. Доусону, впрочем, было ясно, что старый друг просто пытается таким незамысловатым способом подогреть его интерес. Он коротко кивнул и сказал:

— Ладно, ты меня заинтриговал. Давай выкладывай, что там у тебя.

Хедли отставил в сторону опустевший бокал и слегка подался вперед.

— Образец ДНК капитана морской пехоты Джереми Вессона совпал с образцами, полученными нашими экспертами при исследовании пеленки, которую мы много лет назад нашли в Голденбранче — в той самой комнате, где Флора Штиммель родила своего ребенка.

При этих словах Доусон невольно вздрогнул. Он был не просто заинтригован: сейчас его лицо выражало крайнюю заинтересованность и тревогу.

— Прежде чем ты задашь свой вопрос, — сказал Хедли, внимательно наблюдавший за выражением лица крестника, — я скажу только одно: ошибка исключена. Ее вероятность не больше одной сотой… нет, даже одной тысячной процента. Никаких сомнений быть не может! Образец, полученный нами в семьдесят шестом, и аналогичная проба капитана морской пехоты Вессона идентичны. Кстати, образец ДНК Флоры нам тоже удалось выделить из образцов крови и околоплодных вод. Так что мы можем с уверенностью утверждать: ребенок, биологический материал которого остался на пеленке, ее сын. И этот ребенок, видимо, Джереми Вессон… Кстати, его возраст не противоречит подобному выводу. Лично я на сто процентов уверен, что он — сын Карла и Флоры.