Весельчаки
Шрифт:
— Да, эти подвыпившие соседи совершенно не могут пользоваться дверьми!
— Да таких соседей…
Какая-то старушка говорит:
— Я знаю одного соседа, товарищ милиционер, который беспрерывно хлопает дверьми.
Другая старушка говорит:
— А я знаю соседку, которая всё время хлопает дверьми — трах! бах! — как пушка в Петропавловской крепости, и я думаю, уже двенадцать, а ещё утро.
И ещё некоторые старушки заговорили о своих соседях, которые хлопают дверьми.
Милиционер засмеялся:
— Этак выходит, каждый день вам всем прищемляют головы?
Две первые старушки радостно закивали головами в знак согласия, не сообразили сразу, потом одумались и замотали головами в разные стороны: нет, мол, наши головы в порядке, и никто их никогда не прищемлял…
Шофёр уехал по своим делам, а милиционер погрозил Кате пальцем на прощанье.
Только старушки ещё долго обсуждали поведение соседей.
А Катя рада. Сосед виноват. Не она.
Туфли — р-раз! — на шкаф! Панамку на кровать! Мама уберёт.
Кривляется у зеркала. Поёт. Ведь ей актрисой быть.
— Ах, доченька пришла! Где ты?
— Я здесь! Обедать мне пора!
Мама обнимает дочку и весело ей в ушко напевает в какой раз:
— Все здоровы, я, мы, ты,
Если руки вымыты!
Эти строчки с плаката. Плакат на стене. Но он совершенно не действует на Катю.
— А я в море купалась, — отвечает Катя.
Ну, в море так в море. Хотя она врёт. Да и море при чём? Но мама ей не стала противоречить. Вы ведь уже знаете Катин характер.
Нет, ещё не знаете!
Узнаете.
Мать ставит ей обед на стол. И никак не может на свою дочку налюбоваться.
Пришёл отец с работы и тоже не может на свою дочку налюбоваться.
А Катя морщится.
Мать говорит:
— Я сегодня на работе задержалась и наспех приготовила обед.
— А почему бы нашей дочке, — говорит отец, — хотя бы изредка, самой не приготовить?
Катя смотрит на родителей вытаращенными глазами и сразу перестаёт есть.
А мама смотрит на отца умоляющими глазами, чтобы он молча ел.
Но отец тоже перестаёт есть и говорит:
— Между прочим, многие дочки моих сослуживцев постоянно готовят обеды для своих семей.
— А я вот не умею, — говорит Катя.
— Но можно научиться, — говорит отец, — раз дочки моих сослуживцев…
— А между прочим, дочки твоих сослуживцев, — говорит Катя, — не умеют скакать на лошадях.
— Я этого не знаю, — говорит отец.
— И между прочим, мои родители тоже не умеют скакать на лошадях.
— При чём тут лошади?
— Скакать на лошади и быть вагоновожатым…
— При чём тут вагоновожатый?!
— И пионервожатым.
Теперь уже с удивлением родители смотрят на свою дочку.
— И быть чемпионом олимпийских игр и водить реактивные самолёты…
— При чём?! — вдруг закричал отец. — При чём всё это? Реактивный самолёт! О!!!
— А при том, — говорит Катя, — что не может один человек одновременно скакать на лошади, летать на самолёте, быть пионервожатым, вагоновожатым и чемпионом олимпийских игр…
— Но ты-то тут при чём?
— Я? Фу… Фи… Фу…
— Она у нас прекрасно плавает, — вступилась мать.
— Пока она болтает у нас прекрасно, — сказал отец, — с ней просто страшно разговаривать: пионервожатые, вагоновожатые…
Суп в тарелке остыл.
А этого и добивалась Катя, чтобы с ней невозможно было разговаривать.
Фантазии у неё хватает только на то, чтобы мама приготовляла обеды, а она их ела.
Подружка ей с улицы кричит:
— Ка-атя-а-а!!!
Катя ей с дивана отвечает:
— Че-его-о-о?!!
— Иди-и-и-и сюда-а-а-а!!!
— Заче-е-ем?
— Пойдём куда-а-а-а-нибу-у-удь!!!
— Куда-а-а-а?
— Не знаю-у-у-у!!!
— Слуша-а-ай!!!
— Слушаю-у-у-у!!!
— Не могу я вас больше слушать, — говорит отец, — я не могу заснуть! Пошла бы ты спросила, что у неё там такое произошло?
— А я босиком, — говорит Катя.
— На балкон хоть сходи.
— А я без платья.
— Так надень.
— А мне лень. Неохота вставать.
— А у меня голова разрывается на части, — говорит отец. — Что же, она так и будет кричать до утра?
— Покричит и перестанет, — говорит Катя. — Да она уже ушла.
Но вдруг снова:
— Ка-атя-а-а-а!!!
Эх, Катя, Катя…
Кате нужно решать задачу, а она болтает по телефону.
— Алло, Маша?
— А я тебе сейчас звонить хотела, — говорит Маша.
— А я тебе сейчас решила позвонить, — говорит Катя.
— А ты мне раньше не звонила?
— А раньше меня дома не было.
— Вот это интересно. И меня тоже дома не было.
— Вот здорово-то получается.
— Потрясающе получается. А у меня всегда потрясающе получается. Поэтому всех вокруг я потрясаю. А вчера я иду, а навстречу мне Петька идёт. И на меня не смотрит. А я делаю вид, что на него тоже не смотрю.