Верность
Шрифт:
Уинзор. Что-о?.. (В его тоне и взгляде оттенок оскорбленности, как если бы он хотел сказать: "В моем доме?") То есть как так - украли?
Де Левис. Я положил бумажник под подушку и пошел в ванную. А когда вернулся, денег уже не было.
Уинзор. Бог мой! Сколько?
Де Левис. Почти тысяча фунтов - девятьсот семьдесят, насколько помню.
Уинзор. Фью-ю! (И опять в его тоне оттенок оскорбленности, как если бы он считал не совсем приличным иметь при себе столько денег.)
Де Левис. Я сегодня на скачках продал мою Розмэри букмекеру Кентмену, и он уплатил мне наличными.
Уинзор. Как? Эту клячу, которую Дэнси весной отдал вам даром?
Де Левис. Да. Но я с тех пор заставил ее здорово поработать, и теперь она пойдет на кембриджширский приз. Меня всего пятнадцать минут не было в комнате, и я запер дверь, уходя.
Уинзор (снова оскорблен). Вы заперли...
Де Левис (не заметив этого тонкого нюанса). Да, и ключ у меня был вот здесь. (Похлопывает себя по карману.) Посмотрите! (Протягивает ему бумажник.) Он оказался набит моей бумагой для бритья.
Уинзор (колеблясь между чувством, что таких вещей не бывает, и сознанием, что придется все-таки в этом разобраться). Какая неприятность, Де Левис!
Де Левис (со стальной ноткой в голосе). Да. Я желал бы получить свои деньги обратно.
Уинзор. Вы не записали номера банкнот?
Де Левис. Нет.
Уинзор. А какого они были достоинства?
Де Левис. Одна в сто фунтов, две по пятьдесят, остальные по пять и по десять.
Уинзор, Что вы хотите, чтобы я сделал?
Де Левис. Если нет кого-нибудь, кто, по вашему...
Уинзор (глядя на него). Разве это возможно?
Де Левис. В таком случае, я считаю, полиция должна осмотреть мою комнату.
Уинзор. Бог мой! Мы же не в Лондоне; в такой час ближе Ньюмаркета никого не найдешь - четыре мили!
Дверь из спальни внезапно распахивается, и на пороге появляется леди Адела.
Она в халатике и в кружевном чепчике поверх уложенных на ночь волос.
Леди Адела (затворяя за собой дверь). Что случилось? Вам нездоровится, мистер Де Левис?
Уинзор. Хуже. У него украли кучу денег. Почти тысячу фунтов.
Леди Адела. Да что ты! Как? Откуда?
Де Левис. У меня из-под подушки, леди Адела, а дверь была заперта, я был в ванной.
Леди Адела. Как интересно!
Уинзор. Интересно! Ты лучше скажи, что нам делать? Он хочет, чтобы их вернули.
Леди Адела. Разумеется. (Внезапно поняв.) О! Но... Как неприятно!
Уинзор. Вот именно. Что я должен сделать? Вызвать всех слуг из их комнат? Обыскать сад? Ведь это будет грандиозный скандал.
Де Левис. Кто там рядом со мной?
Леди Адела ("холодно). О! Мистер Де Левис!
Уинзор. Рядом с вами? С этой стороны Дэнси с женой, а с той мисс Орм. Какое это имеет отношение?
Де Левис. Может, они что-нибудь слышали.
Уинзор. Сейчас их спросим. Но Дэнси был внизу, когда я уходил. Адела, позови Морисон. Нет! Слушайте. Когда это случилось - точно? Установим как можно больше алиби.
Де Левис. Точно? Во всяком случае, в течение последних двадцати минут.
Уинзор. Морисон давно у тебя?
Леди Адела. Я поднялась наверх ровно в одиннадцать и сейчас же ей позвонила.
Уинзор (глядя на часы). Полчаса назад. Значит, она ни при чем. Пошли ее за Маргарет и за обоими Дэнси. Больше никого нет в этом коридоре. Нет. Отошли ее спать. Чтобы не было лишней болтовни. Ты не сходишь ли за ними сама, Адела?
Леди Адела. Посоветуйся с генералом Кэнинджем, Чарли.
Уинзор. Правильно. Адела, ты не могла бы и его позвать? Вы в самом деле хотите, чтобы я вызвал полицию, Де Левис?
Де Левис (он уязвлен чуть заметной презрительной интонацией в голосе Уинзора). Да. Хочу.
Уинзор. Хорошо, Тогда вот что. Пройди тихонько в мой кабинет и позвони в Ньюмаркет, в полицейский участок. Кто-нибудь там да будет, в такой день наверняка задерживали пьяных. А я пока вызову Трежера и поговорю с ним. (Нажимает кнопку звонка.)
Леди Адела уходит к себе и затворяет дверь.
Уинзор. Послушайте, Де Левис! Это ведь не отель. В приличном доме такого не бывает. Вы уверены, что не ошиблись, что их не украли у вас еще на скачках?
Де Левис. Абсолютно уверен. Я пересчитал деньги как раз перед тем, как класть под подушку; потом запер дверь и ключ положил сюда. А дверь там одна.
Уинзор. А балконная дверь - как она была, когда вы уходили?
Де Левис. Открыта.
Уинзор (отдергивает портьеры на собственной балконной двери). У вас балкон, как и у меня. Вы не заметили там приставной лестницы или еще чего-нибудь?
Де Левис. Нет.
Уинзор. Очевидно, это все-таки было сделано с балкона, если только кто-то не запасся отмычкой. Кто знал, что вы получили эти деньги? Где Кентман вам платил?
Де Левис. Да там же на ипподроме, возле конюшен.
Уинзор. Люди кругом были?
Де Левис. О да.
Уинзор. Кто-нибудь подозрительный?
Де Левис. Я не обратил внимания.
Уинзор. Вас, очевидно, еще там приметили и проследили.
Де Левис. А как они узнали, в которой я комнате?
Уинзор. Как-нибудь ухитрились. (Стук в дверь из коридора.) Войдите.
Входит дворецкий Трежер, молчаливый степенный человек, чей облик и манеры почти сверхъестественно соответствуют его должности. Де Левис бросает на него быстрый, недоверчивый взгляд, что не ускользает от внимания Уинзора и