Верховный пилотаж
Шрифт:
Но узналось это случайно.
Да, надо добавить, что как стал Шантор Червиц полусверхчеловеком, у него появилась странная привычка. В тубзике или ванной запираться и сидеть там. Но на это никто внимания не обращал. Мало ли, может, челу по таске одиночества захотелось? Ведь чем дольше мажешься, тем дальше в себя уходишь. Ну, некоторые, во всяком случае. Или, большинство, даже…
И еще одну феню за Шантором Червицем замечать стали. Не стало у него отходняков. Все опосля марафона пластом, а Шантор Червиц весел и бодрячком выглядит. И издевается, гад.
– Чо, – говорит, – поленицей полегли под красновинтовой армией? Давай, кто жив остался, за банкой сгоняем?
– Сам и сгоняй. – Шепчут ему полумертвые губы.
– А мне одному вломак.
Так вот, подразнит, подразнит… И не пойдет. Будто ему самому, что он ширнулся, что не ширнулся – похуй.
Вот. Теперь экспозиция, кажись, целиком.
И как-то так вышло, что винтились мы с Шантором Червицем на пару. Никого больше не было. И не предвиделось. Странная ситуация, правда? Ведь винтовые запах фиалок за дюжину миль чуют. А тут всех как пиздячим бздехом сдуло. Или пердячим бздехом?
Ладно, без разницы.
Винтимся.
Я устраиваю себе небольшой передоз. Такой, чтоб не отрубиться, а так, полетать децел. Ну, и налетался… В смысле налетел… Налётал…
Как поршень гармошки до конца довел, дырку пережал, ебнулся на койку и разлетелся в мелкие дербезги. Как и хотел. И было меня много. И все в разных местах.
А потом кусочки меня собираться стали. Постепенно. Причем собираться не совсем в меня, а немножко рядом. Там, где Шантор Червиц тусил.
Он меня не видит. Я – дух, типа. А я его вижу. И, мало того, что вижу так, как обычно все видят, а еще и по-необычному. Вижу как из пупка и из пальцев у него полчища мелких щупалец отходят. Биоэнергия, бля!
А потом они вдруг резко изо лба проросли. И из хуя. А Шантор Червиц вообще стал как медуза.
И тут к нему поползли тараканы. Причем только бабы. Ну, светились они по бабьи. Мужики иначе светятся.
Подползают к нему тараканьи бабы и раком становятся. Кто видел таракана, стоящего раком? Я! А вам такое и не снилось! А приснилось бы – так вы один хирен не увидели бы, ибо проснулись от ужаса. А мне-то просыпаться некуда было. Я и так в сознании. Только вне тела.
И стоят эти тараканиты, и жопами крутят. Каждая насажена на шанторчервицевское стрекало, что изо лба, из третьего его глаза идут. И тут он их на другие стрекала надевает. Изхуйные.
Тараканки разом все замерли.
– Ба, – думаю, – да он же их дрючит! Или просто ебет!
Ага. Смотрю – сношаются, а пригляделся – ебутся!
Но тут самое странное вдруг случилось. Несколько рядов этих таракашек, что ближе всего к Шантору Червицу стояли, вдруг разом лапки подогнули и повалились кто как. И светиться перестали. Жизни в них не стало больше. Ее всю Шантор Червиц высосал.
А остальные вдруг задергались, забегали, и в щели всякие ломанулись. Ну, и я ломанулся. В тело.
Глаза открыл. Встал. Тело легкое. Словно все еще летаю.
На кухню прошел. А там Шантор Червиц следы преступления заметает. Дохлых тараканьих самок веником на газетку.
– Ну, тараканий ебарь, – как приходнулся? – спрашиваю.
Он немножко побелел. Ничего не сказал. Потом стал нормально розовым, но пропотел резко.
– Ты откуда?..
– Да так… Внетелесный приходный выход.
– Этого я не учел. – Бормочет Шантор Червиц.
– Да уж. Ты в следующий раз учитывай. – Советую. – а то не у всех нервы такие как у меня…
– Спасибо. Учту теперь.
– Ты как своих тараканих жен соберешь – экранчик ставь. – продолжаю.
– Да, не пизди, ты. Без тебя знаю что делать.
– Да уж не сомневаюсь.
– Слушай… Ты… Это… Поклянись…
– Что не расскажу? Да на хуй надо! Бабов не хватает – еби тараканов. Дело твое. Хаза у тебя путная. А ежели сболтну – не на тебя, на меня как на психа смотреть будут… А коли поверят… Накроется флэт. А зачем мне себе срать?
– Ну… Верно… В общем. Но, поклянись, все же.
– Клянусь, что пять лет никому не скажу!
Видит он, что большего от меня не добиться. Кивает.
– Лады. Хоть так.
Но у меня все же вопрос остался.
– Слушай. А почему тараканы?
– А они миллионы лет под человеком живут. Энергетика у них самая съедобная. Человеку близкая.
– Ну, живут и живут. Зачем ебать-то?
– Так я ж ебу только когда бабов нет рядом. А так, я их не ебу. Я их ем.
– И потому отходняков нет?
– Ага.
– Круто.
– И еще тут аспектик один…
– Какой?
– Замечал, что все варщики, если они уже лет пять-шесть варят – стопудово вампиры.
– Ну… Не без того. Но не все же…
– Все. Поголовно. Кроме таких, как я. Нам человеков вампирить не надо.
– И что, таких много? Как ты.
– Не скажу.
Такой вот был разговорчик.
Пять лет с тех пор давно прошли. Шантор Червиц потерялся куда-то. Ну а я… Я тараканов есть не стал. Человеки все ж вкуснее.
22. Ода 7
Раскумарке