В подручных у киллера
Шрифт:
– Пылесос! Гнуснейшая машина!
– Почему? – засмеялась Ксюша.
– Воет, как вурдалак!
– А вурдалаки воют?
– Черт их знает! Ксюх, а ты почему спросила, занят ли я? У тебя ко мне дело?
– Ага, есть! Еще какое, – понизила голос Ксюша. – Я сейчас к тебе зайду, можно?
– Конечно! А что за дело-то?
– Расскажу!
– Давай скорее!
Ксюша заглянула на кухню, где бабушка резала овощи.
– Баб, я к Гоше, ладно?
– Ладно, только не очень надолго. Кстати, приводи его сюда, пусть пообедает с тобой, а то у них наверняка нет обеда, уверена, что Юлечка уже с утра в мастерской…
– Это точно. А Гошка там пылесосит!
Гошкина мама – художница и целыми днями пропадает у себя в мастерской. Отец Гошки, тоже художник, уже пять лет назад уехал в Америку да так там и остался.
– Ксюха, привет! Здорово, что ты в Москве, а то вообще никого нету. Только Тягомотину видел…
– Ой, Гошка, что я тебе расскажу!
И она, старательно припоминая все подробности, передала Гошке разговор двух мужчин.
– Да, не слабо! – покачал головой Гошка. – Самое настоящее заказное убийство!
– Гош, но с этим надо что-то делать!
– Это и козе понятно… И ты, значит, не видела их лиц?
– Нет…
– А голоса запомнила?
– Голоса? Да! Голоса я хорошо запомнила, но что толку-то?
– А кто знает, вдруг пригодится? И никаких имен они не называли?
– Никаких!
– Меня вот что интересует: почему они встретились именно в нашем сквере? Либо кто-то из них живет поблизости, либо жертва… какая-то старушка… Да, негусто… Постой, ты говорила, один из них курил?
– Да!
– Бежим!
– Куда?
– В сквер! Вдруг там окурки остались!
– Гошка, не говори глупостей! Зачем тебе окурки?
– Не знаешь, что ли, что окурок иногда бывает самой важной уликой!
– Там возле скамейки урна стоит…
– Урна? Это хуже… Поди разберись, где чей окурок… Но все равно, место происшествия осмотреть надо! Вдруг они там что-нибудь забыли!
– Забудут такие, как же!
Действительно, осмотр места происшествия ничего не дал.
– Меня утешает только одно, – задумчиво проговорил Гошка.
– Что?
– Времени еще много. Два месяца…
– И что мы за эти два месяца сделаем?
– Там видно будет…
– Нет, Гошка, если бы я хоть что-нибудь видела… А так…
– Ты знаешь их голоса, это уже немало!
– Ой, Гошка, я еще вспомнила! – закричала вдруг Ксюша. – Тот, который заказывал, говорил нормально, а этот… киллер… он так странно причмокивал…
– Причмокивал?
– Да!
– Ксюха, это здорово, может, ты еще что-нибудь вспомнишь?
– Нет, вроде больше ничего такого…
– Короче, если ты его услышишь, то обязательно узнаешь… Вот только бы услышать…
– То-то и оно!
– Я вот что еще подумал. Скорее всего, та женщина одинокая, одинокая старушка… И кому-то она мешает…
– Ясное дело. Но мы же понятия не имеем, кто она и где живет. Нет, Гошка, это безнадега…
– Ксюха, ты не понимаешь… Я уверен, мы это распутаем! Обязательно!
– Чтобы что-то распутать, надо ухватиться за какую-то ниточку, а вот ниточки-то у нас как раз и нет!
– Появится!
– Откуда?
– Не знаю пока, просто чувствую!.. Слушай, у меня идея!
– Какая?
– Тягомотина! Она же могла видеть тех мужиков! Запросто!
– Но могла и не обратить на них внимания. И потом, от нее пока добьешься толку…
– Ничего, я сумею из нее вытянуть все, что она видела.
– А как ты объяснишь, зачем тебе это надо?
– Не важно, придумаю что-нибудь.
– Нет, Гошка, тут нельзя болтать лишнего, а вдруг кто-то из них ее знакомый?
– Да ладно тебе, Ксюха, можно подумать: Тягомотина – закоренелая преступница. Попробовать надо, чем черт не шутит, вдруг она приметила тех мужиков! Все равно ничего другого у нас нет.
– Только ты один к ней иди, она на меня плохо действует.
– Это точно, – засмеялся Гошка, – так плохо, что ты из-за нее под скамейку преступников сиганула.
Гошка вытащил из кармана записную книжку.
– Вот черт, у меня нет ее телефона. Ксюха, а у тебя?
– Не помню, надо домой пойти посмотреть.
– Ксюха, будь другом, сбегай! – взмолился Гошка, которому уже не терпелось начать что-то делать.
Ксюша пожала плечами и ушла. Через десять минут она позвонила:
– Гошка, записывай!
– Спасибо, Ксюха.
– Если что-нибудь узнаешь, позвони.
– Еще бы!
И он быстро набрал номер Розы Мотиной.
– Алло, здравствуйте, попросите, пожалуйста, Розу! – благовоспитанно проговорил Гошка.
– Это я.
– Роза, привет, это Гуляев!
– Гоша? – В голосе Розы слышалось безмерное удивление.
– Я! Слушай, Роза, у меня к тебе есть дело.
– Дело? Какое?
– Понимаешь, я не хотел бы по телефону… Давай встретимся!
– Встретимся? Зачем?
– Поговорить надо.
– О чем нам на каникулах разговаривать?
– Роза, я же говорю, дело есть!
– Какое?
– Очень важное!
– А почему именно ко мне?
«Вот чертова Тягомотина, – подумал Гошка, – с ней каши не сваришь, но другого пути все равно нет».
– Понимаешь, Роза, насколько я знаю, ты можешь оказаться единственным свидетелем…
– Что? Каким еще свидетелем?
– Очень важным!
– Ладно тебе, Гуляев, прикалываться!