Чтение онлайн

Даже не знаю, что и делать.

Лихорадочно соображая, как поступить, рассматриваю те самые туфли, что надевала утром. Отлично, значит обувь менять не стали.

Решаю пока оставить в покое платье и заняться макияжем. Маркус не говорил наносить его, но почему бы не сделать этого? В конце концов, о том, что запрещено краситься, в договоре прописано не было…

Наношу тушь на ресницы, когда взгляд цепляет телефон, одиноко лежащий на темном покрывале кровати.

Джеймс звонил. Он велел остаться и сделать все, что потребует Вольтури. Видимо, деньги, предложенные Маркусом, пересилили все его принципы.

Обычно на вечера, приемы и банкеты меня не пускают. Даже в сопровождении мужа.

Муж…

Тонкое золотое колечко на безымянном пальце начинает сдавливать кожу при воспоминаниях об этом. Наверное, слишком смело называть Джеймса моим супругом, но куда уж деться – официально дела обстоят именно так.

Отлично помню тот день – десятое марта – поздно сходящий снег, дождливая погода, редкие, полупрозрачные лучики солнца через толстую завесу облаков…

Даже природа была против этого брака. Но та же природа меня едва не убила, поэтому соглашаться с ней не вижу смысла.

В который раз следует вспомнить, Белла, что прошлое далеко позади. Отныне впереди только будущее с Джеймсом, Маркусом и кем-нибудь ещё, кто со временем сможет удовлетворять финансовые запросы, выдвигаемые твоим благоверным.

Заканчиваю наносить серебристые тени на веки и смотрю в стеклянную поверхность, дабы убедиться, закончила ли я. Неожиданно, в нем появляются черные глаза.

Вздрагиваю, но вскрик сдерживаю внутри себя.

Маркус.

На мужчине хорошо сидит черный костюм. Смоляные пряди расчесаны, уложены на плечи. Даже запонки – и те надеты.

Видимо, сегодняшний вечер действительно важное событие, раз даже Вольтури к нему принарядился.

Вопрос – почему?

– Ты готова? – его оценивающий взгляд пробегается по моему отражению, а затем замирает на спине, где не до конца застегнуто платье.

– Почти.

Откладываю подальше тени, оборачиваясь к мужчине.

– Мне нужна твоя помощь, Маркус. Пожалуйста.

– Само собой, BoginiyadiRoz(«Богиня Роз»), - широко улыбается он, - но тогда, и ты мне поможешь.

Учтиво киваю, догадываясь, что нужно будет сделать.

– Сними туфли, - приказывает Вольтури.

Послушно разуваюсь, делаю шаг от зеркала и оставленной обуви.

– На колени.

Следующий приказ тоже вполне понятен. Теория подтвердилась.

Маркус опирается спиной о стену, его руки опущены по швам.

– Начинай, моя девочка.

И я начинаю. Сначала тянусь к ремню его брюк, затем спускаю их, после несколько секунд смотрю на его мужское достоинство и открываю рот.

В такие моменты как сейчас я стараюсь много не думать. Когда мысли заползают в сознание, становится просто невозможно сосредоточиться, а в моем случае любой провал – наказание.

Слышу, как звякают запонки Маркуса о стену, когда его правая рука начинает скользить по её поверхности, ища поддержки.

В то же время ощущаю левую ладонь на своих волосах. Она с такой силой упирается в макушку, что скоро расколет мою голову пополам.

Что же, осталось немного…

По прошествии десяти секунд хватка Вольтури ослабевает. Его пальцы нехотя пробегаются по моему лицу, к шее.

– Теперь я застегну твое платье.

– Спасибо, Маркус, - поднимаюсь, облизывая губы. Знакомый вкус снова заполняет рецепторы.

Застежка резко взлетает вверх, отчего прищемляет маленький участок кожи. На этот раз сдержать себя не получается.

Приглушенно вскрикиваю, инстинктивно дергаясь назад.

– Не стоит, - шепчет на ухо мужчина, - постой спокойно, моя девочка.

Делаю спасительный вздох и, как велено, замираю.

Маркус ведет молнию вниз, и боль опять пронзает кожу. Снова дергаюсь.

– Там всего капля крови, Изабелла, - неодобрительно качает головой он.

– Конечно, - по привычке отзываюсь я, стараясь подумать о чем-нибудь, что поможет отвлечься. Может быть о море? О парусах, что скользят по волнам в погожие майские деньки? Или о белом песке на Карибском пляже…

Мой любимый канал – «Канал Путешествий». За время отсутствия Джеймса я успеваю просмотреть как минимум две программы. А если принять во внимание, что дома его не бывает в течение всей недели, то у меня довольно много времени на любимое занятие.

На самом деле, я никогда не путешествовала. Родители не имели достаточно средств, а заговаривать о подобном с мужем – смерти подобно. Остается только ожидать, что когда-нибудь выпадет шанс увидеть что-то, кроме тоскливого пейзажа США за окном.

Отрывает от приятных мыслей то, что ранка внезапно начинает саднить, а на шее чувствуется горячее дыхание Маркуса.

– Вот и все, - посмеивается он.

– Спасибо, Маркус, - выдыхаю, прикрывая глаза.

– У меня кое-что есть для тебя, Изабелла, - его голос постепенно отдаляется. Немного расслабляюсь, обрадованная данным обстоятельством.

Открываю глаза, глядя в зеркало, в направлении, куда отошел мужчина.

К сожалению, он уже возвращается из левого угла спальни. В неестественно белых руках бордовая ювелирная коробочка. Скорее даже коробка. Довольно большая.

– К зеркалу, - командует он.

Делаю три шага вперед, возвращаясь к зеркальной поверхности и оставленным туфлям.

Упираюсь взглядом в лицо Вольтури, застывшего в нескольких сантиметрах от меня. Коробочка исчезла. Вместо неё в его ладонях теперь что-то блестящее и серебристое.

Оно очень скоро оказывается на моей шее. Застежка щелкает сзади.

Удивленно разглядываю украшение – а это именно оно. Тяжелое ожерелье со вставками разнообразных камней. Здесь есть и рубины, и изумруды, и кое-что белое посередине внушительных размеров. Мои глаза распахиваются, когда я догадываюсь, что это и есть бриллиант. Не думала, что увижу такой когда-нибудь за всю свою жизнь.