Чтение онлайн

– Да, я подобрала тебя на дороге, далеко от Москвы. Ты помнишь, куда и с кем ехала?

– Нет.

– А что ты помнишь?

– Яркий свет, вспышку… Альбом с фотографиями…

Андрей сказал, что у нее небольшая гематома на затылке и что скорее всего у нее сотрясение мозга. Уже завтра он со своим молчаливым кудрявым товарищем отвезет Машу в диагностический центр, где ей сделают все необходимые обследования, в том числе томографию. Анна заплатила ему хороший аванс, поэтому была уверена, что Андрей теперь будет появляться здесь довольно часто. И чтобы отработать свой аванс, и чтобы заработать остальное.

Еще пару дней тому назад деньги для Анны означали лишь возможность спокойно жить, не задумываясь о завтрашнем дне и не испытывая обычные для положения разведенной женщины страхи по поводу грозящей нищеты и даже голода. Ведь она, по сути, ничего не умела толком делать, разве что прекрасно вязала. Но тех денег, которые она имела, продавая связанные ею свитера и шали, не хватило бы даже на необходимое, не говоря уже о том, что она могла позволить себе сейчас благодаря помощи бывшего мужа Григория. Находясь с ним в браке, она не была в этом смысле так свободна, как сейчас, тратя деньги, как ей заблагорассудится. Но когда денег много, то и не знаешь им цену. И лишь сейчас, когда она с легкостью отдала Андрею тысячу долларов, она поняла, что такое деньги и как много проблем можно решить с их помощью. Это не платье купить, не духи. Эти деньги помогут Маше выздороветь и прийти в себя. Анна была уверена, что со временем ее подопечная обязательно вспомнит, что с ней произошло и как случилось, что она потеряла ребенка. Главное, не проговориться о ребенке. Пусть она вспомнит все сама.

– Постепенно ты сама все вспомнишь, а сейчас тебе надо побольше спать, есть и набираться сил. Ты как себя чувствуешь?

Маша подняла на нее глаза, и Анна увидела в них выступившие слезы.

– Я понимаю, тебе не по себе, ты боишься чего-то… Но это естественно. Скажу главное – ты относительно здорова. Руки-ноги целы. Внутренние органы – тоже. Только вот на голове небольшая шишка, но это не страшно. Даже если у тебя сотрясение мозга, то все это проходит со временем.

– Но… п-память…

– А память вернется. Ты, наверно, смотрела по телевизору передачу «Жди меня». Знаешь, как много пропадает людей, потому что они ничего не помнят. Как правило, это происходит из-за травмы головы. Ты можешь меня спросить, почему я не отправила тебя в больницу. Отвечаю: я хотела сначала услышать твое мнение по этому поводу, понимаешь? Ведь я не знаю, кто ты и как случилось, что ты оказалась в машине, в овраге…

– Я б-была в машина одна?

– Нет. За рулем сидел парень. Ты помнишь его?

– Нет.

– Он погиб.

И тут Анна поняла, что совершила глупость, сказав ей об этом таким обычным тоном, не подготовив ее. Ведь это они с Андреем знают, что Машу кто-то избил и что за рулем мог быть именно тот человек, который и нанес ей эти синяки и ссадины. Но Маша может этого не знать, не помнить. А что, если за рулем был ее муж, который вырвал ее из рук бандитов или, предположим, другого мужчины, любовника…

Но, к счастью, Маша никак не отреагировала на сообщение о том, что ее спутник погиб. Она, похоже, вообще ничего не помнит.

– Если ты скажешь, что хочешь в больницу, я тотчас тебя туда отвезу. Обещаю тебе. Но прежде я должна тебе кое-что показать.

С этими словами Анна принесла и разложила на своей ладони прямо перед глазами Маши две оранжевые клеенчатые бирки с обрывками веревки.

– Вот эта с надписью «Имя – Стерва» была привязана к правой руке, а вот эта – «Профессия – Сволочь» – к левой. Теперь ты понимаешь, почему я не поместила тебя в больницу?

Маша смотрела на бирки широко раскрытыми глазами. Слезы ее высохли. О чем она сейчас думает? О ком? Поняла ли она, что с ней произошло и кто мог вот так пометить ее? И главное, за что? Знает ли она за собой грехи?

– Ты можешь предположить, кто привязал к твоим рукам эти веревки? И почему этот кто-то считает тебя стервой и сволочью?

– Нет.

– Ты не обязана говорить мне правду. Потому что это – твоя жизнь. Ты мне только скажи, останешься ли ты у меня до полного выздоровления или тебе вызвать «неотложку»? Это важно для меня, потому что, как ты понимаешь, я же сейчас несу за тебя ответственность…

– В больнице плохо, – сказала она вялым голосом и вдруг потеряла сознание. На мгновение. Закрыла глаза, и Анна испугалась. Но вот она снова очнулась. – Я забыла, как вас зовут?

– Обращайся ко мне на «ты», так проще будет. А зовут меня Анна. Можно просто Аня. Фамилия моя – Винклер.

– Я не хочу в больницу.

– Боишься?

Маша молча кивнула.

– Я сейчас принесу тебе бульон, и ты должна будешь его выпить. Все до капли. Это очень важно. А потом, вечером, я дам тебе яйцо. Когда почувствуешь в себе силы подняться, скажешь, я помогу тебе.

Маша снова кивнула и сказала со вздохом, словно через силу:

– Спасибо.

Она проглотила весь бульон, и Анна устроила ее на кровати повыше, чтобы она могла смотреть телевизор.

– Это музыкальный канал. Слушай, смотри…

Она боялась, что, увидев на экране сцену насилия, Маша испытает повторный шок, поэтому решила сначала дать ей возможность послушать хорошую музыку, а потом пусть она посмотрит специальный канал «Е» с показом мод. Это легкие для восприятия и поднимающие настроение каналы, как раз то, что надо выздоравливающей.

В восемь вечера позвонил Миша, сказал, что приедет. Как обычно.

– Но ко мне нельзя… – Анна с трубкой удалилась на кухню и разговаривала там вполголоса.

– Почему? – возмутился не привыкший к отказам Михаил. – Ты не одна?

Если скажу, что не одна, он сразу же подумает, что я с мужчиной.

– Хорошо, приезжай. Просто у меня сейчас гостит сестра, понимаешь? Она приболела, и я положила ее в спальню.

– Раз болеет, пусть лежит и не встает. – В его голосе она почувствовала раздражение.

– Хорошо, приезжай, я тебя жду.

Она заглянула в спальню. Маша спала. Волосы ее, рыжие, блестели при свете лампы. Она казалась маленькой измученной девочкой. А на экране танцевала, отдавшись во власть зажигательной музыке, пышущая здоровьем блондинка с золотистыми блестками на лице. Какой контраст.